Речные заводи (том 1) - Най-ань Ши - Страница 63

– Хотя подарок мой и очень скромен, надеюсь, вы примете его.

Однако братья Юань стали отказываться и согласились взять серебро лишь после того, как вмешался У Юн.

– Нельзя отказываться, если дарит друг.

Затем все отправились провожать братьев Юань. По дороге У Юн потихоньку наставлял их и закончил свою речь следующими словами:

– Смотрите не задерживайтесь, когда придет время! Наконец, братья Юань распрощались с друзьями и направились в свою деревню Шицзецунь, а Гун-Сунь Шэн и Лю Тан остались в усадьбе Чао Гая. У Юн часто навещал их, чтобы еще и еще раз обсудить задуманное дело.

Не вдаваясь в подробности, расскажем лишь о том, как начальник окружного управления в Дамине, Лян Чжун-шу, накупив подарков на сто тысяч связок монет, приготовил их к отправке и назначил день выхода каравана. И вот однажды, когда он сидел со своей женой во внутренних комнатах, та спросила его:

– Дорогой супруг! Когда же отправятся люди с подарками?

– Все уже готово, – отвечал Лян Чжун-шу, – и завтра-послезавтра можно было бы двинуться в путь. Только одно меня тревожит.

– Что же именно? – спросила жена.

– В прошлом году я также израсходовал на покупку подарков сто тысяч связок монет, – отвечал Лян Чжун-шу. – Но люди, сопровождавшие караван, оказались ненадежными, и все драгоценности попали в руки разбойников, которых еще до сих пор не удалось выловить. Так и в этот раз я никак не могу найти среди моих подчиненных достойного, которому смог бы доверить подарки. Это меня я беспокоит.

– Вы всегда говорили, что это человек чрезвычайных способностей, – сказала жена, указывая по направлению к террасе. – Почему бы вам не назначить его начальником охраны и не отправить с подарками? Я думаю, что он справится с поручением.

Взглянув в том направлении, куда указывала жена, Лян Чжун-шу увидел Ян Чжи и, поразмыслив немного, подозвал его к себе и сказал:

– А я и забыл про вас! Так вот, если вы доставите подарки к месту назначения, это даст мне возможность повысить вас в должности.

Сложив руки и отвесив почтительный поклон, Ян Чжи промолвил:

– Осмелюсь ли я ослушаться приказа вашей милости?! Не знаю только, готовы ли подарки и когда мне следует отправиться.

– Я велел отрядить десять больших повозок из областного управления, – сказал Лян Чжун-шу. – Охрана их поручена моим людям. На каждой повозке прикреплен желтый флаг с надписью: «Подарки ко дню рождения императорского наставника». Кроме того, к каждой повозке будет приставлен сильный и выносливый воин. В ближайшие три дня караван отправится в путь.

– Прошу вас, не подумайте, что я уклоняюсь от вашего поручения, – сказал Ян Чжи, выслушав эту речь, – но ехать с подарками я не смогу. Покорно прошу вас найти для этой цели какого-нибудь другого, более достойного и надежного человека.

– Так ведь я стараюсь для вашего же блага, – удивился Лян Чжун-шу. – К поздравительному письму, которое я посылаю сановнику Цаю вместе с подарками, я приложу письмо, в котором буду просить его щедро отблагодарить вас. А затем, по его распоряжению, вы вернетесь. Стоит ли отказываться от всего этого?

– Господин мой, – отвечал Ян Чжи. – Я слышал, что подарки, посланные в прошлом году, были захвачены разбойниками и что разбойников пока еще не выловили. В нынешнем году разбойников на дорогах развелось еще больше. Водного пути в Восточную столицу нет, и ехать можно лишь сушей через горы Цзыцзиньшань, Эрлуншань, Таохуашань, Саньгайшань, Хуанниган, Байша-у, Еюньду, Чисунлинь, где разбойников всего больше. По этим местам не рискуют ходить в одиночку даже бедняки. А если разбойники узнают, что отправлены ценные подарки, то, конечно, постараются захватить их. Пойти с караваном – значит, обречь себя на гибель; не лучше ли оставить эту затею?

– Но можно усилить военную охрану, – возразил Лян Чжун-шу, – и все будет в порядке…

– Даже если бы вы послали десятитысячное войско, ваша милость, – сказал Ян Чжи, – то и оно вряд ли справилось бы с разбойниками. При одном известии о разбойниках, стражники разбегаются.

– Так, по-вашему, совсем не надо посылать этих подарков? – спросил Лян Чжун-шу.

– Сопровождать их я согласился бы лишь при одном условии, только не знаю, примете ли вы его? – ответил Ян Чжи.

– Раз уж я поручаю вам это дело, почему бы мне не принять ваше предложение! – отозвался Лян Чжун-шу. – Говорите…

– По-моему, – сказал Ян Чжи, – подарки не следует отправлять на повозках, – лучше увязать их в десять тюков и подвесить к десяти коромыслам, как это обычно делают купцы, а для переноски подарков выделить из охраны десять рослых воинов, которые и отправятся под видом носильщиков. Кроме того, мне нужен будет еще один человек в помощь – вот и все. Мы будем выдавать себя за купцов и потихоньку доставим подарки в Восточную столицу. Только так, я полагаю, это и может сойти благополучно.

– Что ж, это верно, – согласился Лян Чжун-шу, выслушав его. – Я пошлю письмо и заверяю вас, что при возвращении вы будете повышены в должности.

– Премного благодарен вам за ваше высокое внимание ко мне, – ответствовал Ян Чжи.

В тот же день Лян Чжун-шу снова позвал Ян Чжи, велел ему упаковать подарки, а также выбрать воинов, которые будут их нести.

На следующий день Ян Чжи вызвали в управление, и, когда он прибыл туда, навстречу ему вышел Лян Чжун-шу.

– Когда же вы собираетесь в путь? – спросил он.

– Разрешите, ваша милость, доложить вам, – с поклоном отвечал тот, – что завтра утром готов выйти с караваном. Жду лишь ваших распоряжений.

– Моя супруга, – оказал Лян Чжун-шу, – посылает коромысло с подарками для жен своего отца, которые я также поручаю вам. А для вручения подарков она отправляет с вами мужа своей кормилицы – управляющего Се и еще двух начальников стражи.

– В таком случае, ваша милость, я не могу сопровождать подарки, – сказал Ян Чжи.

– Почему же вы не можете? – удивился Лян Чжун-шу. – Все уже увязано и приготовлено к отправке.

– Я отвечаю за сохранность десяти коромысел с подарками, – почтительно возразил Ян Чжи, – и носильщики этих коромысел подчиняются мне. Они будут отправляться в дорогу в назначенное мною время, останавливаться, когда я прикажу, отдыхать и ночевать там, где я найду нужным. Теперь же вы хотите послать вместе со мной управляющего вашей супруги и двух начальников ее охраны. Управляющий этот служит у вашей супруги, да к тому же еще муж ее кормилицы. Если в дороге между нами возникнут разногласия, я не смогу настоять на своем. И когда мы не выполним поручения, разобраться в том, кто прав, кто виноват, будет трудно.

– Ну, этому легко помочь, – оказал Лян Чжун-шу, выслушав его. – Я распоряжусь, чтобы все они подчинялись вам, вот и все.

– Если так, то не смею отказываться и жду ваших распоряжений, – отвечал Ян Чжи. – И если только я не выполню данное мне поручение, вы можете сурово покарать меня.

– Не зря я избрал вас для этого дела, – сказал довольный Лян Чжун-шу. – Вы человек умный, я – предусмотрительный.

Он тут же вызвал управляющего Се и двух начальников, назначенных сопровождать подарки, и объявил им:

– Командир Ян Чжи согласился охранять одиннадцать коромысел с подарками, посылаемыми в Восточную столицу, где должен будет передать их наставнику государя. Вся ответственность за выполнение этого поручения лежит на нем. Вы трое будете сопровождать его и в пути должны во всем ему повиноваться: вставать, находиться в дороге, делать привалы и останавливаться на ночлег только по его приказу. Перечить ему вы не должны. Отвечать же вам придется лишь за то, что поручила вам моя супруга. Будьте осторожны. Поскорее отправляйтесь и быстрее возвращайтесь назад. Смотрите, чтобы все было в порядке.

Выслушав Лян Чжун-шу, управляющий обещал выполнить все, что ему приказано. В тот же день Ян Чжи был назначен главным начальником охраны каравана.

На следующее утро, едва рассвело, тюки с драгоценностями были перенесены в управление для отправки. Старый управляющий и два начальника охраны также несли небольшие узлы с подарками. Затем прибыло одиннадцать рослых воинов, переодетых носильщиками. Ян Чжи надел широкополую соломенную шляпу и легкую одежду из темной материи, опоясался широким поясом, на котором висели кинжал и сабля, и обулся в соломенные туфли. Старый управляющий переоделся купцом, а начальники охраны – его подручными. У каждого был меч и несколько хлыстов. Затем Лян Чжун-шу снабдил их нужными бумагами, и они, плотно закусив, распростились и двинулись в путь.