Последняя черта - Кожанов Семен - Страница 15

— Ну и что они тебе рассказали? — с усмешкой спросил Василий.

— Я ж тебе говорю — чушь какую-то, про то, что ты якобы получил две пули во время отработки упражнения по штурму зданий. И вся эта пляска происходила под руководством эмиссара российских спецслужб, прибывшего в Крым для организации отрядов по противоборству силового захвата власти исламистами.

— Собственно говоря, мне добавить нечего, — лаконично произнес Вася.

Нет, ну вы видели, и этот придурок туда же. Да что у них там произошло, что они такую чушь несут?

— А, я понял! — меня осенила гениальная догадка. — Вы же не успели договориться! Ты же был в отключке. Ветров и Вовка сговорились, вот и несут одну и ту же чушь, а ты не знаешь, что говорить, вот и тянешь время!

— Я очень удивлен, что они тебе это рассказали, — тихо, произнес Василий. — Пока я еще был в сознании, мы договорились объяснять, что это был несчастный случай из-за неосторожного обращения с оружием.

— Ну ладно, давай я тебя проверю: как во время штурма, вы были разбиты?

— Всего нас шестеро, и разбились мы на две тройки: в первой тройке — я, Енот и Ветер, а, во второй — Кречет, Сева и Синька.

— А как фамилия россиянина, который выдает себя за офицера спецслужб?

— Кружевников.

Вот и приплыли. Они что и вправду отрабатывали упражнения по штурму зданий? Так и все остальное тоже получается правда? И про вооруженный захват власти в Крыму тоже правда? Нет, этого не может быть! Это же бред какой-то! Хотя почему бред? Только потому, что я не хочу в это верить?

— Так что, Вася, действительно резня в Крыму, намечается? — тихо спросил я.

— Именно, — так же тихо ответил он. — Точно тебе говорю, через недели две, крайний срок — месяц, татары начнут боевые действия.

— Ну а доказательства какие-нибудь есть? — задал я тот же вопрос, ответ на который от младшего Серова вчера так и не услышал.

— Есть, — твердо ответил Василий. — Доказательства есть. Своими глазами видел.

— Если не секрет, что за доказательства?

— Сева нам показывал фотографии, сделанные со спутника, на них четко видно лагеря для подготовки боевиков. Лагеря находятся в Белогорском, Бахчисарайском, Симферопольском районах, в Старом Крыму и Джанкое. Там было видно тысячи людей. Понимаешь? Спутник их сфотографировал во время намаза, тысячи людей в военной форме. Понимаешь? Еще нам показывали брошюрки и печатную продукцию, которую выпускают для татарской молодежи. Это кошмар какой-то — суть всей их пропаганды сводится только к одному — выгони русских из Крыма, и полуостров тут же превратится в Швейцарию, у каждого татарина появится трехэтажный особняк с фонтанами и павлинами!

— И это все доказательства? — недоуменно спросил я.

— А тебе что, мало? — вопросом на вопрос ответил старший Серов.

— Честно — мало. Я тебе больше скажу: все, о чем ты сейчас говорил, для меня вообще не доказательства!

— Это еще интересно, почему же? — закусив от волнения нижнюю губу, спросил Василий.

— Да, потому что любую печатную продукцию: фото, буклеты, листовки можно подделать. Или это не мы с тобой в «фотошопе» фотографии «старили» и лицензию для прокурорской проверки сделали такую, что проверяющие ничего не заподозрили?

— Хорошо, какие тебе нужны доказательства, чтобы ты поверил?

— Ну к примеру, почему бы, зная о местонахождении лагерей для подготовки боевиков, вы туда не съездили и не посмотрели на них своими собственными глазами? Могли бы и пару «языков» захватить, чтобы допросить!

— В смысле взять «языков»? — не понял Вася. — Как это взять «языков»?

— Легко! Приехали в место базирования боевиков, выявили пути их постоянного перемещения и захватили несколько человек в плен. Что непонятного?

— Так ведь война еще не началась. Как можно в мирное время брать «языков» и тем более допрашивать их? На нас же потом милицию и эсбэушников натравят. Да и охраняются эти вражеские базы, наверное, очень хорошо!

— То есть ты готов, опираясь только на неподтвержденные данные, поставить под угрозу свою жизнь и жизнь всех своих близких? — укоризненно произнес я.

— Вот именно, чтобы спасти всех своих близких мы и ввязались в это дело!

— Это все лирика и сопли, — жестко прервал я Васю. — У вас был хоть какой-то план? Этот ваш Сева, он же вроде как спецназовец, соответственно человек опытный. Он должен действовать согласно приказам и инструкциям.

— Так он так и действовал! Кружевников регулярно получал инструкции и разведданные из центра. Опять же — оружие! Оружия он где, по-твоему, столько взял?

— Ну и что у вас там были за стволы?

— АК-74М, новенькие, черный пластик, с креплениями под всякие разные «приблуды». На всех автоматах установлены коллиматорные прицелы и лазерные целеуказатели! Кевларовые «бронники» и каски новейшего образца, я такие только по телевизору видел, и то, не у нас в Украине, а на российских выставках современного вооружения. Всем выдали пистолеты «Вектор», он же «Гюрза». А гранаты? Не РГДэшки и «феньки», а РГН и РГО. Вот, где он их, по-твоему, мог достать? Ты понимаешь, что за всем эти чувствуется государство, причем не рiдна ненька Украина, а именно — Россия.

— Да понял я уже, как вы все в этого Севу влюблены! — зло огрызнулся я. Что-то меня начал этот разговор злить. Что еще за Кружевников? Откуда этот хрен появился? Что ему надо?

Василий ничего не ответил, так как в дверь осторожно постучали, потом дверь приоткрылась и в палату осторожно зашел один из тех пацанов, которые дежурили в коридоре. Паренек подошел к столу и поставил на него большое хрустальное блюдо, в котором лежали вымытые фрукты. Я кивком головы показал ему, чтобы он исчез как можно быстрее.

— Вася, ты можешь мне конкретно сказать, что вы должны были делать? Для чего вас готовили?

— Российская разведка должна была сообщить, когда в Керчи появятся полевые командиры татарских отрядов. Наша задача уничтожить их.

— Василий, ты хоть сам понимаешь, что говоришь? — нервно произнес я. — Ты служил в Национальной гвардии Украины, фактически это внутренние войска. Согласен — наша часть была приравнена к спецназу, но боевого опыта у тебя нет. Твой брат Вовка служил в пограничных войсках, тоже боевого опыта у него нет. А остальные — Енот и Синька — служили в десантуре. Но сколько сейчас служат в украинской армии? Год! Чему можно научить бойца за год? Картошку чистить да плац подметать! Ветров, тот вообще — семнадцатилетний подросток, который даже в армии не служил. Это же бред! Ты хоть это сам понимаешь?

— Ничего это не бред, — как-то неуверенно произнес Василий.

— Нет, Вася, именно бред! Самый настоящий бред! — видя, что старший Серов начал сомневаться, я методично принялся пробивать его защиту, призывая в помощники логику: — Ну какие из вас штурмовики? Вы даже боевого опыта не имеете! Ну ты сам подумай, в первую же тренировку с применением боевых патронов умудрились сами же себя и подстрелить! Ты пойми, в штурме зданий нужен совершенно другой опыт! Видел, как ОМОН или СОБР тренируются? Так они ничего другого не делают, только тренируются, причем годами тренируются, чтобы потом взять каких-нибудь злодеев. И двадцатилетних сопляков среди спецназовцев нет. А у вас что? Ничего! Единственный среди вас человек с реальным боевым опытом и подготовкой как-то умудрился тебя же и подстрелить. Ну прикинул? Согласись, что это больше похоже на фарс и бред!

— Ну а оружие? Современное стрелковое оружие, гранаты, бронежилеты и каски откуда?

— С этим согласен — непонятка какая-то! Мне бы с этим вашим разведчиков Севой поговорить. Иначе ничего путного я не скажу.

— Леха, ну ты же сам говорил, что татары когда-нибудь решат поднять головы и захватить Крым себе, — привел свой последний аргумент Василий.

— И какое это отношение имеет к нашим баранам? Я прекрасно помню, что я говорил. Я тебе даже больше скажу: я на пятьдесят процентов уверен, что действительно татары в ближайшее время могут решиться на силовой захват власти в Крыму. Есть у меня кое-какие доказательства в пользу этой версии. — Вчерашнее сидение в интернете натолкнуло меня, именно на такие мысли. — Но я, хоть убей, не могу понять вашей роли во всем этом! Не вяжется все вместе: с одной стороны — груда новейшего оружия, а с другой стороны — банда никчемных вояк, которые представляют опасность, в первую очередь, для самих же себя. Театр абсурда какой-то!