Рассвет ночи - Кемп Пол - Страница 62

Зала под куполом оказалась простым открытым пространством с металлической крышей. Металл украшали выгравированные с большим мастерством таинственные символы. Кейл не мог даже представить, для каких целей строилось это место.

В центре залы, вырываясь из камня, словно лезвие гигантского клинка, возвышался изумительный кристалл. Сияя многочисленными гранями, камень пульсировал силой и испускал тот самый янтарный луч, ударявший в потолок пещеры.

— Я же сказал, что убью тебя, — промолвил Эревис, удивившись собственному ледяному тону. Так обычно разговаривал Ривен — тоном убийцы, делавшего свою работу.

Слаад попытался отползти от Эревиса, но лапы его не слушались, волочась мертвыми плетями.

— Ты так и сделал, — ответил Азриим, и даже его ментальный «голос» казался пропитанным болью.

С неожиданной быстротой он перевернулся и, направив к Кейлу ладонь, произнес магическое слово. С пальцев слетел веер разноцветных лучей, взорвавшийся вокруг убийцы…

…и без следа растворившийся в Клинке Пряжи. Эревис почувствовал, как меч запульсировал полученной мощью и задрожал от близости к магическому янтарному лучу.

Разноцветные глаза Азриима расширились от ужаса и изумления. Слаад повернулся и потащил свое полумертвое тело к упавшему предмету. Он лежал совсем рядом: серебряный орех, покрытый черными венами, размером со сжатый кулак Джака. Семя.

Рванувшись вперед, убийца с силой опустил ногу на спину Азриима. Слаад зашипел от боли и рухнул на живот.

— Ты ведь не убьешь меня в такой кошмарной одежде, правда? — спросил Азриим, и Кейл едва не расхохотался нелепости вопроса.

Он заметил, что раны, нанесенные Клинком Пряжи, начали закрываться, а кожа твари почти срослась. Вскоре слаад вновь сможет ходить. Существо исцелялось очень быстро, быть может даже быстрее, чем сам Кейл. Ему придется прикончить Азриима и сделать это с особенной жестокостью.

Убийца помедлил, размышляя, не стоит ли связать слаада и заставить его рассказать все о Страннике.

Нет, решил он. Эревис сам выяснит все другим путем. Азриим должен умереть. В данный момент этого требовала chororin.

Он высоко занес Клинок Пряжи.

— Это конец, — произнес он приговор и с радостью понял, что слышит собственный голос, а не холодный тон Ривена.

Азриим повернулся к нему лицом — лицом к смерти. В разноцветных глазах, ставших громадными, не было страха.

Кейл увидел в них изумление, но причину понял слишком поздно.

Пронизывающая боль взорвалась в спине убийцы. Магическая сталь, вонзившись в его плоть, уперлась в ребра. Опустив голову, Эревис увидел, как плащ прорвали лезвия двух кинжалов, пронзив тело насквозь.

Кинжалов Ривена.

Кровь хлынула из ран, в глазах помутилось, но каким-то образом Кейл устоял на ногах. Драйзек вытащил кинжалы, заставив Эревиса застонать от боли, объявшей все тело. Он хотел обернуться, но тело не послушалось. Все, что он мог делать, — это стоять прямо. Убийца попробовал крепче сжать Клинок Пряжи, но почувствовал, как он выпал из его руки.

— Это конец, Кейл, — проговорил Ривен голосом холоднее зимней стужи. — Это конец.

Кинжал вновь пронзил тело Эревиса. И еще один. Он не мог даже стонать. Сила ушла из ног, и убийца рухнул на пол. Казалось, падение длилось целую вечность.

Он еле дышал. Все звуки представлялись бесконечно далекими, и Кейл не понимал, что происходит вокруг. Он ясно слышал лишь шелест собственного дыхания и неритмичные удары сердца.

Эревис лежал на боку, не закрывая глаза. Тело отчаянно пыталось исцелиться, но убийца подозревал, что ничего не получится. Слишком глубокие раны нанес Ривен. Как и сам Кейл, одноглазый зент знал, как нужно убивать. И как предавать.

Какой-то частью разума Кейл думал, когда же Драйзек принял решение переметнуться на другую сторону и как долго планировал он предательство. Почему-то Эревису вспомнился Уровень Тени. И он проклял себя за глупость и доверчивость. В голове у него ясно прозвучал издевательский смех Азриима.

Ривен прошел мимо Кейла, мимо поверженного слаада и подобрал серебряное семя. С окровавленными клинками в руках он вернулся к Азрииму и направил оружие ему в грудь.

— Мой разум открыт, — сказал Драйзек твари. — Прочти его.

Азриим сузил разноцветные глаза, и Кейл почувствовал поток ментальной энергии. По лягушачьей морде расползлась клыкастая ухмылка.

— Я отправлюсь с тобой и буду участвовать во всем, что планируется. — Ривен одновременно и просил, и приказывал.

Слаад не возражал. Драйзек убрал кинжалы и протянул руку, чтобы помочь твари подняться. Азриим принял ее и медленно встал на лапы.

— Отдай мне семя, — велел он.

Ривен пропустил приказ мимо ушей, и Кейл не видел, но с легкостью представил усмешку на лице убийцы.

Все еще сжимая в руке семя, Драйзек повернулся к Эревису и опустился на колено, так чтобы тот видел лицо убийцы. Живой глаз Ривена был ледяным, на месте второго — лишь черная дыра. Жрец подумал о переулке в Селгаунте, где Ривен был беспомощен перед ним. Надо было убить его тогда.

— Я всегда на стороне победителей, Кейл, — сказал убийца. — Ты не видишь этого, никогда не видел. Но ты уже проиграл. — Ривен поднялся и плюнул в лицо Эревису. — И я достаточно долго был Вторым.

Кейл попытался схватить убийцу за ногу, но не смог, закашлялся кровью и с трудом выдавил:

— Ты всегда… будешь Вторым… для меня, зент.

Мгновение Ривен молчал, и Кейл ожидал последнего удара кинжалом. Его не последовало, и, когда убийца заговорил, Эревис услышал усмешку в его голосе:

— Сейчас так не кажется.

Вместе Ривен и Азриим подошли к гигантскому кристаллу в центре залы. Мгновение они смотрели на янтарный луч, питавший Черепов и поддерживавший свод над Скаллпортом.

Более не церемонясь, Драйзек отдал слааду семя. Тот смешался, но принял артефакт.

Азриим оглянулся на Кейла и сказал Ривену:

— Если он выживет, то придет за тобой.

— Я на это надеюсь, — ответил Драйзек, холодно воззрившись на Эревиса.

— Надо найти тебе новую одежду, — улыбнулся слаад и затем опустил семя в луч янтарного света.

Как только серебряный артефакт коснулся оранжевого луча, то рассыпался на миллион сверкающих частичек, и все они роем огоньков взметнулись вверх. Янтарное сияние потемнело, став пурпурным. Даже сам воздух изменился. Внезапно раздался низкий, вибрирующий гул, от которого у Кейла заложило уши. Звук становился все громче и громче.

Зала стала сотрясаться, вся башня вздрогнула. Громадный кристалл треснул, и по его граням побежал миллион линий.

Повернув голову, Кейл увидел, что снаружи от потолка отделялись сталактиты и, грациозно падая, с грохотом разбивались в руинах, поднимая клубы пыли. Пошел каменный дождь.

И именно в этот момент Эревис понял, что кровотечение из раны на спине остановилось. Тело зажило. Превозмогая слабость, убийца дотянулся рукой до кармана и достал свой священный символ. Мягкий бархат приятно ласкал пальцы.

«Я — Первый, — подумал он. — Я — Первый».

Он обыскал свой разум в поисках заклинаний, способных остановить убийцу и слаада. Нашел одно, но не сумел произнести его, не в силах был сосредоточиться. Эревис мог только смотреть на врагов и видеть в них причину собственного поражения.

Азриим, ухмыляясь как лунатик, достал жезл телепортации. Ривен остановил его, схватив за руку.

— Я иду с тобой, — сказал он.

— Я другого и не ожидал, — продолжая глупо улыбаться, признался Азриим.

Он стал возиться с жезлом.

Откуда-то сзади Кейл услышал негодующий голос Джака:

— Ривен! Ты, бессердечный сукин сын, я знал, что так и будет!

Слаад с убийцей удивленно оглянулись.

Повернув голову, Кейл увидел в арке хафлинга и Магадона. Оба они смотрели на него. Эревис попытался жестом дать им понять, что с ним все в порядке, но смог лишь моргнуть, не отрывая взгляда от друзей.

— Ублюдок! — бросил Джак Ривену.

Быстрее молнии хафлинг выхватил два метательных кинжала и послал их через залу.