Наследство колдунов (СИ) - Варламов Евгений Степанович - Страница 2

- Да я еще и не составлял никакого плана. Я думал, с тобой.

- Логично! "Чего один не сделает, сделаем вместе". Ну, давай, рассказывай, куда ехать, на чем, когда? Ты, кстати, не забыл, что тебе завтра на работу? Что делать будешь?

- Заявление на отпуск напишу. А если не дадут, на увольнение.

- Ну, хорошо! Дальше. На чем поедем?

- На поезде.

- Прямо в деревню?

- Нет, до Тулы, а там еще километров тридцать.

- Ну, давай, разрабатывай маршрут. Когда у нас полнолуние?

- Щас посмотрю в инете. У тебя где комп?

- Да у меня его сроду не было.

- Вот черт. Ну ладно, дома посмотрю. Короче, тогда я пошел. Маршрут составлять, время подбирать. Ну и всякое такое.

- И деньги.

- Какие деньги?

- А ты что, зайцем в Тулу поедешь? На экспедицию нужны средства. И с запасом. А у меня как в поговорке: "в одном кармане вошь на аркане, в другом блоха на цепи". Так что думай, родной!

- Ладно, что- нибудь придумаем. Пока!

С тем Сержик и отбыл.

Глава вторая

Хорошо выспавшись, часов в одиннадцать утра Захаров решил побаловать себя завтраком. Благо холодильник не успел еще опустеть. Достал хлеб, масло, сыр, и поставил на огонь чайник. Поразмыслив, затеял яичницу. Порезал кусочек бекона, и только собрался бросить его на раскаленную сковородку, как раздался звонок. Он радушно отворил дверь, и увидел Сержика в компании такой симпатичной девушки, что чуть не потерял дар речи. Чуть выше Сержика, с отличной фигурой, затянутой в джинсу, с волнистыми каштановыми волосами, стянутыми на затылке в хвост, и с решительным выражением прекрасных карих глаз под соболиными бровями.

- Проходите, - промямлил Захаров, засмущавшись, - что-то вы рано.

- Кой черт рано, Захаров! - воскликнул бодрый Сержик, - время к обеду.

- А я только завтракать собрался. Будете?

- Давай, ты завтракать будешь, а мы пообедаем. Знакомься, это Люська. Она теперь будет в нашей команде. Ты уж извини, но по-другому никак было нельзя. Я ей все рассказал, и она впечатлилась.

Захаров застенчиво взглянул исподлобья, протянул Люське руку, и буркнул: - Антон.

- Люсьена, но все зовут меня Люськой - обворожительно улыбнулась ему девушка, и он внезапно почувствовал, что эта девушка и есть та самая его вторая половинка, про которую говорят, что ее обязательно нужно найти.

Почувствовав запах перекаленной сковородки, Захаров, извинившись, бодро рванул на кухню, оставив молодых людей раздеваться и разуваться. Когда они вошли на кухню, десяток яиц уже шкворчал на сковородке, а целая куча бутербродов была увенчана полосками сыра. Подоспел и чайник, так что завтрако-обед получился на славу.

Наконец Сержик оторвался от кружки с чаем, и, отдуваясь, торжественно объявил:

- Дело в шляпе! У Люськи есть машина!

Захаров сразу представил себе ярко-красный "Матиз", подходящий для такой роскошной девицы, и поморщился. Сержик между тем продолжал:

- Полнолуние - послезавтра. Лопаты есть, ключи от бабкиного дома есть. У Люськи есть немного денег. Рассчитаемся с ней позже. Ты не против? - спросил он у Захарова.

- Да нет, не против. Только - за! Люся для нас просто находка.

- Это ты ее просто плохо знаешь, - засмеялся Сержик.

- Что у тебя с работой? - спросил Захаров.- Уволился?

- Нет, к моему удивлению шеф дал две недели в счет отпуска. Видно, не хочет со мной расставаться.

- Ну конечно, ты программист, а меня, охранника, вышвырнул не глядя. Вообще-то я не в претензии. Обрыдло каждый день цепного пса изображать.

- Ну и ладно, - сказал Сержик, - Люська у нас пока вообще вольная орлица в поисках работы, так что готовимся к выезду. Люська, на тебе припасы.

- Какие припасы?- спросила Люська. - Список давай.

- Да какой список? Купи чего-нибудь пожрать на троих дня на два, да и все.

- Ладно. Когда выезжаем?

- Давайте завтра с утра, часов в десять. Чтобы заранее все обсмотреть и подготовиться.

На том и порешили.

На следующий день Захаров встал пораньше, размялся, и стал собираться в дорогу. Достал смену белья, чистые носки, свитер и штык-нож от винтовки Манлихера, подаренный ему одним приятелем - "черным копателем". Вернее, это был окопный вариант штыка в металлических ножнах - кинжал. Выглядел он очень внушительно, что добавляло его владельцу уверенности в себе.

Далее последовал хороший аккумуляторный фонарь, заряженный "под завязку", складной швейцарский нож с множеством функций, солдатская фляжка, заполненная чистым спиртом, и пара банок тушенки. Завершил дорожный набор хороший электрошокер, такой же, как выдавался ему на постылой работе. Немного подумав, Захаров достал с антресолей почти новые юфтевые сапоги офицерского образца. Сапоги чуть ссохлись, но под действием свиного жира и обувного крема приняли первоначальный вид. Следуя логике, Захаров пошарил на бельевых полках и нашел прекрасный кусок байки, который чудесным образом превратился в две портянки. Ничего, что они были розового цвета, зато в них можно было смело пускаться в дальний путь.

Наконец сотовый запел "Комбат, батяня, батяня, комбат", и Сержик предложил ему спускаться. Мол, карета подана. Захаров не спеша оделся, поправил криво висевшее зеркало в прихожей, и внимательно посмотрел на себя. В зеркале хмурился рослый, коротко стриженный, лопоухий молодой человек с трехдневной щетиной на широком лице. Его голубые глаза внимательно вглядывались в Захарова, словно запоминая его таким, как сейчас.

Вздохнув на прощанье, Захаров надел шапку, куртку, подхватил дорожную сумку, и, громко топая сапогами, отправился за приключениями.

На улице был месяц март, вроде бы и весенний, но до настоящей весны в Москве было еще далеко, судя по всему. Снег на обочинах лежал плотными грязными кучами, и не собирался таять. Солнце скрылось за плотными облаками свинцового цвета, легкий ветерок мел по дороге поземку.

Никакого красного "Матиза" поблизости не было, а вместо него у подъезда стояла темно-синяя трехдверная "Нива" с работающим мотором. Захаров было замешкался, но тут отворилась водительская дверь, и Люська, сидевшая за рулем, крикнула ему:

- Давай, Антон, шевелись! А то у меня бензина мало.

Захаров оббежал "Ниву", и открыл дверцу, из которой выпал задремавший Сержик. Подхватив его, и сунув на заднее сиденье, Захаров втиснул туда же свою сумку, и, устроившись на переднем сиденье, захлопнул лязгнувшую дверцу.

- Осторожней, ты, - заворчала на него Люська, - не на тракторе.

Она лихо тронулась с места, и "Нива", грохоча своими членами, резво рванулась вперед. В машине было тепло, правда, из печки пованивало вениками, но это скоро прошло. Сержик на заднем сиденье опять задремал, а Захаров, почуяв тепло, с довольным видом расстегнулся и снял шапку.

- Куда едем? - спросил он у Люськи, ловко крутящей баранку.

- Сейчас на заправку заедем, а потом на Варшавское шоссе, и прямо в Тулу. А там еще раз сориентируемся. Мимо Тулы не проедем.

Захаров согласно кивнул головой, и прикрыл глаза. Правда, задремать ему не удалось. Люська оказалась экстремальным водителем, склонным к нарушению правил, поэтому процесс вождения сопровождался вскриками, руганью и яростными жестами непутевым водителям, не желавшим уступить ее "Ниве" дорогу. Захаров, ничего не понимавший в вождении, инстинктивно вжимался в сиденье, когда стремительно летящая по скользкому асфальту "Нива" обгоняла сразу несколько автомобилей, осторожно плетущихся по своим делам. В общем, через несколько минут он уже пожалел, что сел на переднее сиденье. На заднем сидении он, в случае чего, был бы значительно целее.