Внутренняя красота - Кэй Маргерит - Страница 13

– Гордится! Мой отец считает… – Джованни глубоко вздохнул и разжал кулаки, удивившись неистовости собственной реакции. Он перестал думать о своем отце. Не преднамеренно. У него не было родителя, достойного подобного звания. – По горькому опыту я знаю, можно расположить к себе отца, если делать то, чего он хочет. Но тогда он посчитает, что так и должно быть и что он прав. Кресси, такого человека не заставишь гордиться своим ребенком. А если попытаешься добиться этого, станешь совсем несчастным.

– Я не считаю себя несчастной. У меня нет иного выбора, чем пытаться. Я не такая, как вы, не вольна поступать по своему желанию. У меня нет своих средств, а единственный талант вряд ли принесет мне пользу.

Она снова скрестила руки на груди, крепко обхватила себя, ее глаза блестели, выражение лица стало мрачным. Если бы только отец знал, как она несчастна, но в этом-то и все дело, не так ли? Лорду Армстронгу, как и графу Фанчини, его отцу, наплевать на то, что они сделали своих детей несчастными во имя семейной родословной. Джованни разозлился, видя Кресси такой, зная, что ей придется страдать до тех пор, пока она будет делать то, что считает своим долгом.

– Почему вы угождаете им, отцу, его жене, его сыновьям! Почему позволяете им обращаться с собой пренебрежительно?

– Как вы смеете? Какое имеете право?

Кресси вскочила с кресла и хотела проскользнуть мимо него, но Джованни поймал ее за руки. Ее непослушные локоны рассыпались по плечам.

– Кресси, я не хотел обидеть вас, – сказал он уже ласковее. – Совсем наоборот. В действительности я стараюсь помочь вам. Вы несчастны и станете еще несчастнее, если не прекратите угождать своему отцу. Поверьте мне.

– С какой стати?

Кресси права, зачем слушать его, раз он не способен объяснить? Джованни покачал головой:

– Я сказал слишком много. Я лишь хотел узнать человека, которого собираюсь написать. Что вы за человек, что вы за женщина… – он коснулся ее лба, – и что у вас вот здесь… – Он положил ладонь на то место, где у нее билось сердце. – Вот что я хотел узнать.

Кресси резко вздохнула:

– Вас может разочаровать то, что вы обнаружите.

– Сомневаюсь.

Ее глаза были широко раскрыты. Их цвет поражал. Серебристо-белый, ярко-голубой, берлинская лазурь, ни одна из его красок не уловит точный оттенок. Под его рукой билось сердце Кресси. Как это ему могло прийти в голову, что ее лицо некрасиво? О чем она сейчас думала, глядя на него?

– Dio![15] – Он убрал руку с ее груди и отступил назад. Mi displace[16]. Простите меня. Мне не следовало… однако внутри вас борются столько разных чувств. Они добиваются, чтобы их услышали. Я никогда не разочаруюсь в том, что обнаружу в вас.

Кресси покраснела, она, похоже, вообще не привыкла к комплиментам, особенно к столь неожиданному, какой только что услышала.

– Спасибо, – сказала она смущенно. – Думаю, на сегодня достаточно. Я должна проверить, как дела у Беллы.

Она вышла из комнаты так быстро, что он не успел ответить. Джованни опустился в кресло, которое она освободила, развязал шейный платок и закрыл глаза. Он совершил ошибку, упомянув в разговоре своего отца, но было трудно не заметить сходство ситуаций, в которых оба оказались. Прошло четырнадцать лет с тех пор, как Джованни встретился с графом Фанчини. Он все еще до боли отчетливо помнил разговор во дворце во Флоренции. Они спорили, их голоса эхом отдавались в мраморном помещении. Его шаги гулко стучали, пока он уходил. Ледяной гнев графа перешел в ненависть, он стал угрожать, поняв, что сын не склонится перед его волей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.