Летопись Третьего мира. Ч.4 Тень Ораны (СИ) - Версон Мария - Страница 71

Блеск уходящего за горизонт солнца озарял открывшуюся перед Тео красоту и величие самой таинственной в мире монашеской школы. Гигантских размеров ледяная крепость, со стенами и воротами, готовыми устоять перед любым штурмом. Здесь обучались сильнейшие из монахов, но не только: здесь, в этой крепости, обучались все женщины, кому была дарована способность генерировать энергию сияния.

Храм Северной Звезды – это запретное царство знаний, хранителем которого на протяжении всех семи веков его существования была никто иная, как Веллизы Тоурен, больше известная как Монтера Дива.

Её дочь, Сфирита Дива, с которой Тео посчастливилось оказаться в очень близких отношениях, была не только предыдущей королевой Ораны, но и первым из рожденных медиумов. Вскоре после событий на четвертом острове, когда стала известна тайна личности и были раскрыты безумные поступки старшей из рода Дива, Млинес, зная, что монтерцы не смогут принять участие в грядущей войне, обратилась к Тео с просьбой.

Её слова его немало удивили. Конечно, после того как мастер познакомился с Орой, ему, да и всем вокруг, в голову приходили мысли о возможном родстве этих двоих. Но самым убедительным было то, что это заметил даже самый, помимо всего прочего, невнимательный монах в истории - Стижиан, оговорившись, что его наставница в Храме так же походила на них обеих.

Зная, что Визы является не просто родственницей, а матерью Млинес, услышать от последней слова «убедись в том, что она мертва» было странно. Тео, повинуясь, отправился сюда, но не только для того, чтобы увидеть растущее из бело-голубой пыли критши, ставшее могилой для той, кто основал монашеское учение. Он хотел разузнать кое-что, о чем ему рассказал сын.

Пока еще, в будущем гигантское, ледяное критши было крохотным ростком, скромно выглядывающим из белой пыли. Склонившись рядом, мастер протянул руку к серебрящимся крупицам, но отдернул её: ему почему-то стало жутковато.

Тео ходил по заиндевевшим коридорам и комнатам Храма, то и дело попадая из подсобных помещений в основные, куда было бы не стыдно привести саму королеву. Ах да, весь их род бывал тут.

Храм оказался умершим. Державшиеся столетиями окна и ставни треснули, впустив внутрь снег и холод, укутавший все внутри. Бесценная библиотека со свитками и книгами неизвестного возраста оказалась погребена под толщей льда и снега, равно как и большинство залов и комнат.

Осмотревшись, Тео двинулся к угасающему источнику тепла. Стижиан рассказывал о нём, об огромном стержне, тянущемся через всю гору, на вершине которой и расположен Храм.

Мастер не был согласен бы называть это место горой. Когда он только вышел в заснеженную долину, то обратил внимание, что огромная ледяная глыба, на которой расположился Храм, словно приросла к холодной горе, но не была её частью. Вся глыба целиком напоминала вытянутое яйцо, на вершине которого бриллиантом мерцал Храм. Но это место совершенно точно не было горой.

Тео не стал спускаться в подземелья: он сразу отправился наверх, вдоль испещренного рунами огня гигантского стержня.

Он уже давно прекратил свое вращение, должно быть, когда Визы скончалась, но температура стержня была столь гигантской, что до сих пор он излучал легкое тепло.

Тео взбежал вверх по винтовой лестнице, растущей вокруг стержня, пока не наткнулся на обрыв – дальше лестница отсутствовала. Мастер оглянулся и вздрогнул:

- Не люблю зиму, - пробурчал он, выглядывая на балкон и осматриваясь.

Темно, видно плохо, но расстояние между балконом и почти плоским участком горы виделось хорошо. Тео осмотрел балкон и задался вопросом: зачем кому-то строить балкон, который выходит на стену? Ни прекрасного вида, ничего - только лёд и камень. На ум приходила лишь одна мысль: этот Храм был построен не здесь. Но если так, то кто и как сюда его переправил?

Тео пригнулся и стал осматривать перила и пол, и вскоре громко хмыкнул. Проведя рукой по ледяному настилу под ногами, он увидел здоровенные крошки печенья с орехами, вмороженные в лед. Такое когда-то любил готовить его сын.

Продолжая оглядываться, мастер стал взбираться по ледяной стене Храма вверх, на вершину башни. Оказавшись там, он не стал любоваться красотами заснеженной долины: его взгляд тут же приковала щель в центре башни. Это была широкая дыра, трещины от которой грозились разрушить башню уже много веков, но этого не происходило.

Аккуратно переставляя ноги, мастер ходил вокруг дыры, но не рискнул заглядывать в неё. Он чувствовал. Что-то. Что-то очень незнакомое, чужое, но совсем неагрессивное.

Тео поднял голову к небу и сощурился. Холодный северный ветер трепал его седые волосы и нашептывал идею:

- А ведь может же такое быть, что это было не падение, а восхождение Северной Звезды?

Он стоял посреди комнаты башни, где находилась пышно убранная заиндевелая пустая кровать, а прямо над ней сияло алое небо заката. Вокруг кровати стояли пятеро людей, с которых прямо на глазах исчезали пыль и корки льда, сменяясь чистыми убранствами и новой человеческой кожей.

Сердце Тео едва не остановилось, когда один из них сделал шаг вперед. Это был высокий мужчина, с виду лет сорока. Он носил длинные каштановые волосы, убранные за уши, и легкую мантию цвета кофе с молоком. У него был острый разрез глаз и приспущенные усталые веки, из-под которых выглядывали темно-синие бусины глаз.

- Все-таки нашлась сила, что её пробудила. – Проговорил Фузу, глядя на почти взявшего себя в руки монаха. - Прости, Амит, я не уберег тебя. Ты все же стал её рабом. Но ничего. – Он отвернулся от Тео и посмотрел на прочие четыре силуэта. – Надеюсь, в вас найдется сила.

Каждый из четверки улыбнулся. Среди них были трое мужчин и одна женщина: высокая, беловолосая, с перевязанными широкой черной лентой глазами. Другой, не совсем человек, слева от неё, красноволосый мужчина с синеватой кожей, он прикрывал голову капюшоном, но часть его лица, по которой стекали капли воды, всё же виднелась. Третьим среди них был невысокий парнишка, с виду лет пятнадцати. Его кожа походила на пересохшую потрескавшуюся землю пустыни, а вместе с воздухом, вырывающимся из его груди, выходила пыль. Последний же, четвертый, был весь укутан одеждами, и разглядеть его оказалось невозможным.

- Ты ведь Теоллус? Один из мастеров Амита? – Фузу снова обратился к нему.

- Я глава монастыря, но я почти не преподаю… Кто вы? – Глаза Тео метались с одного на другого, пока снова не вернулись к синим глазам собеседника.

- Я Фузу. – Улыбнулся он. – Или же Фузасу. Тоурен. Я… Я первый из медиумов, был рожден до падения Северной Звезды. С тобой же, мастер Тео, мы сталкивались, когда я исполнял роль духа Амита.

Тео не нашел причин не верить сказанному. Из всего, что он сейчас увидел и услышал, монтерского мастера интересовал лишь один вопрос:

- Это ведь было не падение, да? – Он посмотрел на пустую постель посреди комнаты. – Северной Звезды никогда не было?

- О, она была, уверяю тебя, но просуществовала считанные секунды. Сейчас, Тео, она собирается снова стать Звездой, и мы любой ценой должны помешать этому.

- Я готов выслушать вас и поверить вашим словам. Я был одним из немногих, кто знал имя духа Сен’Ина Амита Лоури и… Вы не лжете. Но то, что вы представились Тоуреном…

- Ключевые лица истории этого мира связанны между собой куда теснее, чем ты можешь себе представить. Я Фузасу, я отец Малькольма, который взял фамилию Тоурен и передал её целому народу. Но сейчас нас должен беспокоить не он и даже не армия демонов, пусть даже она вот-вот уничтожит Орану.

При этих словах, Тео по-настоящему вздрогнул: он уже давно не получал вести из столицы, и вдруг, он слышит это.

- Нас должна беспокоить только Звезда.

- Вы говорите о той женщине, что дремала в этой башне несколько сотен лет? О…

- О той, кого ты и все прочие люди зовут Богиней. – Фузу сжал губы и покачал головой из стороны в сторону. – Она никогда не была богом. Бог в этом мире всего один, и его рассудок и воля сейчас во власти Звезды.