Империя Масок (ЛП) - Уикс Патрик - Страница 20

Те дворяне, что были помудрее, съехали на осенние праздники в свои пригородные поместья. А те, что поглупее, усилили стражу.

Так, медленно, но верно, весть разлетелась от Халамширала по всему Орлею.

Для Селины же недели после провального гамбита Гаспара проходили легко и приятно. Она подписывала дипломатические документы, просматривала отчеты, проводила аудиенции для ищущих покровительства изобретателей и художников, планировала бал в честь Верховной Жрицы, где могла бы пообщаться с дворянами и добиться некоторого прогресса в разрешении напряжённой ситуации между храмовниками и магами.

От рыжеволосой представительницы Верховной Жрицы всё не было никаких новостей. Ни отказа, ни подтверждения, и от этого молчания у Селины в животе всё завязывалось в узел. Она снова лежала без сна, глядя на рассвет, а рядом с ней на кровати свернулась Бриала.

Орлею нужен ещё один Мор, думала она. Не то, чтобы он бы серьезно помог, да она никогда бы и не пожелала таких масштабных разрушений своей империи. Но Мор был бы, по крайней мере, проще. Собираешь всех, кто может сражаться, бросаешь их в бой с порождениями тьмы и надеешься, что Серые Стражи уничтожат Архидемона. Политика отодвигается в сторону, пусть и не сразу, но постепенно — истории вокруг того неразумного вероломства Логэйна Мак Тира по отношению к Серым Стражам и попытки захватить власть во время последнего Мора в лучшем случае сбивали с толку, но ведь даже дикие ферелденские арисоткраты смогли объединиться.

Если из Предела Бездны вдруг полезут порождения тьмы и начнется новый Мор, успокоится ли Великий Герцог Гаспар и использует ли все свое непревзойдённое военное мастерство в битве с врагом, который того заслуживает? Обратят ли храмовники и маги свою ярость на порождений тьмы?

Селина вздохнула. Как бы просто это ни звучало, она знала, что новый Мор разорвёт Орлей на части вернее, чем любые гражданские распри. Более того, каждый Мор влечёт за собой уничтожение культур и утрату знаний. Во время войны не строят библиотек. Её университет, дворяне, учащиеся мыслить критически вместо бездумного следования по стопам отцов, простолюдины и даже эльфы, медленно пробивающие себе путь к знаниям... Всё это будет отброшено ради борьбы за жизнь.

— Тебе надо поспать, — пробормотала рядом с ней Бриала.

— Извини, что разбудила.

— Не извиняйся, — Бриала потянулась, проведя рукой по боку Селины. — Надо было разбудить меня раньше.

— Императорская ноша, — с улыбкой сказала Селина. Кожа её любовницы казалась тёмной, контрастируя с молочно-белым атласом ночной сорочки.

Бриала перекатилась на живот и встретилась взглядом с Селиной.

— Позволь мне разделить её с тобой.

— Я не хочу, чтобы ты разделяла ее, Бриа, — Селина погладила Бриалу, чтобы смягчить свои слова. — Ты — мои глаза и уши. Я хочу... — она прижала Бриалу к себе. — Я хочу, чтобы всё это было только моим. Нашим.

Бриала мягко высвободилась из объятий Селины и села, по-прежнему глядя на неё.

— Ваше Величество, вы знаете, что это невозможно, — она взяла Селину за руку тёплыми и сильными пальцами. — Ты уже ответила Ремашу?

Глаза Бриалы поутру были такими большими и тёмными. Всё равно что смотреть в бездонный омут, глубокий и в то же время успокаивающий.

— Ты же знаешь, что он теперь на стороне Гаспара, — сказала Селина со вздохом. Они оба во всеуслышание поклялись друг другу в верности вечером после того, как Гаспар сделал предложение Селине во время охотничьей поездки, а Бриала спасла Мишеля из ловушки барда. Гаспар провалился на обоих фронтах, но осознание того, что Ремаш для них потерян, придавало победе горечь.

Бриала сжала её ладонь.

— Но он же может вернуться? Если ты ответишь ему, не признавая за ним измены, он может найти правление рядом с тобой более заманчивым, нежели служение Гаспару. Страх вызвать твой гнев официальным отзывом сватовства может заставить его...

— Тогда я потеряю тебя, — произнесла Селина, и слова застряли у неё в горле. — Бриа, ты — всё, что у меня есть. Всё, чем я являюсь.

Она снова крепко прижала Бриалу к себе, чувствуя, как тёплые руки обнимают её. Атлас сорочки Бриалы скользнул по коже Селины, словно кошка, выгибающая спину от ласки.

— Создатель, иногда я тебе завидую.

Она тут же поняла, что сказала что-то не то. Она почувствовала, как Бриала застыла, хотя и не разжала объятий, и голос её звучал беспечно, когда она ответила:

— Императрица Орлея завидует эльфийской служанке?

— Ты знаешь, что я имею в виду, Бриа, — всё ещё обнимая Бриалу, Селина погладила её по спине. — Ты могла бы уйти отсюда, стать кем-то другим.

— Этот кто-то всё равно будет эльфом, — улыбнулась Бриала, но Селина знала, что она задета за живое.

— Да, я знаю. Но я... Я рождена, чтобы сидеть на троне. Я не могу делать что-то другое. С тех пор, как мои родители и леди Мантильон... — она запнулась.

На этот раз Бриала отстранилась.

— Ты была бы прекрасным учёным, — сказала она, встав и натянув своё одеяние, — до тех пор, пока не начала бы оспаривать решения Императора Гаспара. Тогда, наверное, и неприятности последуют, — она улыбнулась через плечо.

— Скорее всего, ты права, любовь моя, — Селина тоже поднялась и надела платье, как будто ничего не произошло. — И... Я подумаю насчет Ремаша.

Бриала кивнула, надела маску, а затем вышла через проход за зеркалом. Селина вздохнула и достала свой небольшой волшебный чайник.

Похоже, этим утром она будет пить чай в одиночестве.

Бриала узнавала новости у своих связных на рынке, когда вернулся Фелассан.

— Я не ожидала увидеть тебя раньше, чем через несколько месяцев, — сказала она, когда он, пробравшись мимо спорящих над фургоном с товарами торговцев, появился в её поле зрения. — Какой приятный сюрприз.

Несмотря на то, что плащ наставника был, как всегда, ничуть не запачкан грязью, невзирая на его непрерывные странствия, лицо Фелассана в тени капюшона выглядело напряжённым и уставшим.

— Я заскучал по виду твоего очаровательного личика в маске, дален, однако вернулся по более насущной причине. Что ты слышала о Халамширале?

Бриала прошла за ним в парк, где они беседовали всего несколько дней тому назад.

— Ничего, — ответила она. Неподалеку несколько богатых купеческих сынков смеялись, перебрасывая друг другу винный бурдюк и топча траву. Они бросали на неё косые взгляды, но она проигнорировала их и понизила голос. — Все мои птички запаздывают. Обычно они возвращаются поздней осенью. Я ничего не слышала с кораблей, прибывающих со всех концов Недремлющего Моря.

Он устало улыбнулся.

— Что же, в таком случае я не зря притащил сюда свои старые кости. Какой-то слабоумный шемленский лорд зверски убил эльфийского торговца безо всякой причины. Озлобленные голоса в эльфинаже призывают к миенхарель.

Шок от услышанного был настолько силён, что Бриала невольно рассмеялась.

— Из-за одного торговца? Скольких из нашего народа жестоко убивают каждый день?

— Никогда не знаешь, куда в сухом лесу ударит молния, — Фелассан сел на траву, — но я уже чую дым.

И он все подробно рассказал ей, назвав имена лорда и убитого эльфа, хотя это и не имело особого значения.

— Так значит, эльфы восстанут? Они будут разбиты. Это же... — она замолчала и начала сердито вышагивать по траве. — Они что, думают, что это поможет императрице? Это последнее, что ей нужно!

— Друзья разорванного на кусочки торговца будут просто убиты горем, — произнёс Фелассан. — Ведь они постоянно заботятся прежде всего о потребностях Селины.

— А должны бы! — Бриала повернулась к нему. — Она склоняет на свою сторону Верховную Жрицу, она противостоит Гаспару... Если это навредит ей, ты думаешь, эльфам станет лучше при Гаспаре?

— Если я чему-то и научился, — заметил Фелассан, — так это тому, что крупные политические перевороты почти никогда не совпадают с тем, что я думаю, — он лениво махнул рукой. — С другой стороны, то, о чём думаешь ты, может изменить реакцию императрицы Орлея на эти новости. Уверяю, ты первая, кто узнал об этом в Вал Руайо.