Злыднев Мир. Дилогия (СИ) - Чекрыгин Егор - Страница 353

Укар был недоволен…. Да какого Злыдня? – Укар был в бешенстве. …Он был в бешенстве уже наверное последние месяца два. Но именно сейчас сдерживать вой гнев стало особенно трудно.

Проклятье…. Он подготовил идеальный штурм. Уже сегодня к вечеру, оба лагеря и крепость этого Наследника‑Самозванца‑Иликтоонтамтакой, должны были пасть. Мнимая атака на поместье, выманивала Второй и Шестой из лагерей, где они и подставятся под фланговый удар конницы Укара, а тем временем, его люди обойдут поле боя, и захватят оставшиеся пустыми лагеря…. Кое кто думает что пойма речушки слишком топкая, и потому не проходимая? – А Укар велел навести там гать…. Бревна пришлось заготавливать злыдень знает где. Лошадей не хватало, и легионеры тащили их на собственных плечах, а работать приходилось только по ночам, да еще и под усиленной охраной. Так, чтобы противник ничего не пронюхал о строительстве. И все это ради четырехсот митров достаточно крепкой дороги, способной выдержать проход по ней примерно тридцати тысяч легионеров. Да одна только организация всего этого строительства прямо под носом врага, должна была обеспечить ему лавры несравненного полководца! А после захвата лагерей, он Укар пустил бы вход свой главный сюрприз….

…И тут приходит приказ обвешанный самыми важными печатями в Империи, с повелением возвращаться в Город…. Злыднев сын Аттий Бузма, умудрился обойти его и тут. – Пока он строил свою гать, – Аттий Бузма устроил в Городе бунт.

…Но и это было еще не самым худшим. – Самым худшим было то что он перестал понимать что происходит вокруг него!

Вызов из забвения был чудом. Он Укар прожил долгий век, и повидал немало разных чудес, но когда его, оправленного в вечную позорную ссылку в дальний гарнизон, вдруг призвали в Город…. – Это было самым удивительным из чудес. …Даже смерть Мэра, не должна была дать ему, осужденному Самой Высшей Властью, ни малейшей надежды на воскресение. – Высшая Власть слишком уважала себя, чтобы отменять распоряжения, или даже прихоти своих предшественников …И вдруг, зов в столицу…, вручение в его руки жезла Верховного Командующего. …И шанс, напоследок надрать задницу, единственному достойному сопернику за всю его жизнь…, – выскочке Аттию Бузме! …Нет. Укар не ненавидел и не презирал его… Более того, он даже не удивился, когда Зипис Аптибал, с глазу на глаз поведал ему, что Аттий Бузма был единственным человеком, пытавшимся встать на его защиту…. Но, – надрать задницу Аттию Бузме, – это была давнишняя мечта. Встретиться с ним на поле боя, равными силами и в открытой схватке. И наконец‑то сразиться с кем‑то, кто не обречен заранее на поражение, численным превосходством твоего войска, его лучшем вооружением или организацией. …Вот тут бы и стало ясно чего каждый из них стоит…. Но Аттий Бузма и тут обманул его. Нет, не тем что как‑то умудрился почти незаметно захватить поместье, которое он, Укар, превратил в крепость, (хотя все это сильно походило на предательство, – предательство было делом нормальным. Полководец должен предвидеть даже его)…. Но вот почему он внезапно начал отступать, когда добился такого превосходства? В чем тут хитрость? Хотел его куда‑то заманить, придумал сильный ход? Сильный ход это бунт в Городе? Но какой смысл? Куда проще разбить войска противника тут, на поле боя, и уже потом взять Город в качестве приза, без всякой драки. Горожане будут счастливы открыть перед ним ворота. – Почему он этого не сделал? Чего он добивается? – Вот эти вопросы и не давали покоя Командующему Укару….

– …Командующий. – Занятый собственными мыслями Укар даже вздрогнул, когда к нему внезапно обратился дежурный тысячник. – Индские наемники, покидают войска.

– Те самые специалисты по баллистам без баллист, которых нам навязали из Дворца? – иронично уточнил Укар.

– Да Командующий. – Мне пришли рапорты от каждой тысячи к которым они были приписаны…. Все они внезапно снялись с места, и начали уходить на восток…. Без приказа, и не спросив разрешения. …Прикажешь догнать и вернуть?

– Да ладно…. от этих клоунов не было никакого толку ни на поле боя, и в лагере. Очередная выходка Наследницы…, да хранят ее боги. …Не до них сейчас. На вот, почитай. Нам приказано возвращаться в Город, для подавления начавшегося там бунта…. То‑то будет веселье, – штурмовать Город, каждую минуту ожидая удара в спину…. Вели сворачивать лагерь. Мы выходим через час.

… Командующий, позволь доложить – Лагерь собран. Легионы к маршу построены…. Но, там пришли парламентеры от противника….!

– Хорошо, пусть первые тысячи сразу выходят на Прибрежный Тракт. Конницу в арьергард., Их быстрые ноги понадобятся нам, чтобы отгонять назойливых выродков Аттия Бузмы. И можешь позвать этих парламентеров

…– Привет Гект Бар. – Укар, не чинясь, первым поздоровался с вошедшим Командующим Шестым Легионом. Однако демонстративно не предложив «гостям» сесть, или традиционной чаши вина с закусками. – Они так и остались неловко топтаться у входа. И если с Гектом Баром он хоть поздоровался, – прочих своих гостей, Укар вообще намеренно игнорировал. – Хоть ты и выбрал не ту сторону, но мне приятно видеть что из того щенка каким ты был лет двадцать назад, вырос настоящий Командующий. С чем пришел?

– Приветствую Командующего Укара. – Церемонно, строго по уставу, но чувствуя себя неловко, ответил ему Гект Бар. Рад видеть что у него все…, э‑э‑э … хорошо…..

– Брось нести чушь. Ты больше не можешь говорить в моем присутствии, о себе в третьем лице, ибо переметнулся на сторону врага. Так что уставы Империи больше не для тебя. – Укар говорил вроде доброжелательным тоном, но при этих словах Гект Бар сдулся словно проколотых бычий пузырь.

‑…Позволь представиться и мне. Я Цинт Виннус Оттон. В данный момент, занимаю должность Мирного Соправителя Империи. – Быстро влез в разговор другой парламентер, оттирая плечом потерпевшего столь оглушительное фиаско Командующего Шестым Легионом. А имя этого благородного воина, – сотник Торус. Возможно ты слышал о нем.

– Как же не слышать…. Некогда первый меч Миротворцев Центральных Гор…, продавший этот самый меч Самозванцу. …Да и тебя я помню, – ты был мальчиком на побегушках у этого выскочки Аттия Бузмы…. Вижу он дал тебе высокий пост в своем шутовском правительстве? …Что ж, – высокий взлет…, вроде как лягушку пнуть. – взлетит высоко, да жаль что летать ей недолго, а шмякаться о землю, – больно….. Ну да ладно. – Так с чем вы пришли? А то я тут занят, знаете ли!

– Рад Командующий Укар, что годы и несчастья не сломили твоего колючего нрава. – Цинт Виннус Оттон откровенно улыбался. В отличии от вояки Гекта Бара, его простой словесной пикировкой пронять было сложно. Скорее он ей наслаждался, резвясь словно дельфин в родной стихии. – Однако пришли мы чтобы договориться. …Подозреваю, что в ближайшее время нам придется двигаться в одну сторону, по одной и той же дороге. Да и цели у нас, в общем‑то будут общие. – Усмирить бунт в Городе, и не допустить большой крови. Так что я считаю, – глупо будет отвлекаться в пути, на попытки убить друг дружку.

– А с чего ты решил что знаешь хоть что‑то о моих планах?

– Брось дорогой Укар…. Право это даже как‑то смешно…. Мы все знаем про приказы которые тебе присылали…. Более того, – при подходе к Городу, ты получишь еще один. Скажи сам слова, которые ты хочешь прочитать в нем!

– Не понял? – Ты правда думаешь что сможешь выудить из меня…..

– О…, нет! Конечно же нет драгоценный Укар. – Лицо Цинта Виннуса Оттона просто источало сладость и добродушие. А светскость и непринужденность вида, с которым он стоял, посреди палатки, перед сидящим на кресле Укаром, привела бы в восторг даже его собственного строгого учителя Манер, что муштровал его в этой дисциплине большую часть детства. Со стороны казалось что это он Цинт Виннус Оттон тут хозяин, и все остальные лишь его слуги или бедные приживалы. Даже сам Укар, невольно чувствовал себя униженным просителем во Дворце Благородного Сенатора…. – Я не в коей мере не пытаюсь что‑то из тебя выудить. – Продолжил благодушно Цинт Виннус Оттон, поглядывая сверху вниз на сидящего Укара. – Напротив, – моя цель, открыть свои карты, и ясно показать тебе, кто заправляет делами в Империи. Скажи любую чушь, которая никогда не может появиться в приказе с проставленными печатями Дворца, Сената, и Высшей Канцелярии. Только придумай что‑то действительно оригинальное. Когда спустя несколько часов, к тебе прискачет гонец из Города, и ты прочтешь эти слова написанными пурпурными чернилами на золоченой бумаге, в окружении высших печатей Империи, – ты сильно пожалеешь, если там будет написана какая‑нибудь банальщина. А уж как пожалеют об этом историки грядущего…. – Цинт Виннус Оттон картинно вздохнул.