До любви две мили и один шаг (СИ) - Любимова Софа - Страница 31

— Леди Блайт эти конфеты подарил лорд Беккет, сэр. Вот и записка есть, — она взглянула на меня, мол, можно показать записку констеблю?

— Да, пожалуйста, — одобрила и долго смотрела, как мистер Фокс тщательно изучал аккуратно выведенные строчки.

— Лорд Беккет ваш друг? — он поднял на меня глаза полные праведного ужаса. Само имя Чарльза наводило его на мысль, что дело об убийстве будет весьма занятным.

— Лорд Беккет друг моего мужа, сэр.

— Как конфеты оказались у жертвы?

Я взглянула на дверь, ведущую в холл, понимая, что там находится труп горничной, чьего имени я даже не знала. Слово «жертва» вызвало волну холодных мурашек. А если бы эти конфеты попробовала я? Меня бы тоже назвали жертвой или, упаси боже, телом.

— Я отдала ей сладкое, мистер Фокс.

— Зачем?

— Я что попадаю под подозрение, сэр? — он начал меня нервировать, — захотела и отдала.

Он недовольно погримасничал.

— Скоро родственники заберут тело, — сказал, видя, что все мы напряжены, — завтра утром я приеду с детективом из Шрусбери, а пока я вас оставлю.

Натянуто улыбнувшись и, поклонившись, он вышел. Я взвыла.

— Шерри, умоляю! Не могу здесь находиться!

— Леди Блайт, — тихо прошептала она, — как мне жаль бедную горничную…кто мог это сделать…

Коулл бережно поглаживал Шарлотту по плечу, шепча на ухо слова утешения.

А мне, как бы плохо это не звучало, было жаль только себя! Это меня хотели убить! Убийца еще на свободе! Что мешает этому негодяю или негодяйке ударить меня ножом где-нибудь в саду или на улице. Конечно, я не верила, что именно Беккет захотел меня уничтожить — уж слишком все очевидно, не в его манере.

Я вырвалась на воздух, выйдя через черный ход, и потребовала, чтобы мне подали лошадь. Отмахнувшись от Китти, я взлезла в дамское седло и пустила лошадь галопом.

Беккет остановился в доме одного не очень состоятельного помещика, на правах постояльца. Ему, естественно, не могли отказать не только из-за происхождения, но и из-за денег, которые он никогда не считал. Я ворвалась в дом, как сумасшедшая истеричка, отгоняя назойливого дворецкого. О, поглядите, Беккет завел настоящего дворецкого в форме! Заносчивый мерзавец! Я имела наглость самостоятельно подняться в спальню, ища его и окрикивая по имени. Слуги пытались остановить меня, но я лишь ярилась, толкаясь и сыпля проклятиями.

Я влетела в его личные покои, ногой распахнув дверь, и застала умилительную картину. Чарльз встрепенулся, изумленно вскидывая брови. Изумилась и мисс Вебер, которая сдула с лица прядь волос и выглянула из-за его плеча. Он откатился в сторону, в ворох белоснежных простыней с глухим смешком.

— Леди Блайт? — захохотал громко, — хотите присоединиться?

— А-ну, брысь отсюда! — рявкнула я на Лив, заметив ее платье, валяющееся в углу, и со всего маху бросила ей в лицо.

— Леди Блайт, — Чарльз сел, наблюдая за мной с похабной улыбочкой, — вы лишили меня удовольствия.

— Успеете насладиться! — прошипела, видя, что Оливия, ничуть не смущаясь, принялась натягивать платье.

Я схватила ее за руку, вытолкнула за дверь и воззрилась на Чарльза.

— Вижу, вы развлекаетесь!

— Советую вам делать то же самое. Жизнь слишком коротка, — он спокойно откинулся на руки, продолжая лежать. — Чем обязан столь внезапным визитом?

— Во-первых, вы, Чарльз Беккет — настоящий подлец! Во-вторых, для чего, черт побери, вам понадобилось присылать мне отравленные конфеты?

Он скептически изогнул бровь.

— Вы случайно не перегрелись на солнце, леди?

— Объясните это мертвой горничной в моем холле, которая слишком любила сладости!

Он откинул простынь и поднялся. Я поспешила отвести глаза.

— Подробнее! — потребовал, быстро одеваясь.

— Она попробовала конфеты и умерла.

— Кто принес конфеты?

— Ваш посыльный, наверно. Не знаю. Конфеты и записка лежали на комоде в холле.

— Сегодня я не передавал никаких конфет.

Я обернулась, заглядывая ему в лицо. Он преспокойно застегивал брюки.

— Вы шутите? Это был ваш почерк… на записке…

— И что я там написал? — он усмехнулся, вынимая из шкафа рубашку.

— Что желаете мне долгих лет жизни.

— Поздравляю, у вашего убийцы потрясающий черный юмор.

Он подошел к зеркалу, завязывая шейный платок. Будь моя воля, я бы его этим платком и придушила.

— И еще, — произнесла, не сводя с него глаз, — мой дом, Шил-парк подожгли.

— Не удивительно, — откликнулся, мрачно улыбаясь через зеркало, — у кого вы увели мужа, леди Блайт?

Я поборола детское желание показать ему язык.

— Ни у кого. А вы считаете, что это сделала женщина?

— Будь я на месте убийцы, пустил бы вам пулю в лоб. Всякие ухищрения и подлости — это слишком муторно для меня.

— Это для вас. А другие, наверняка, так забавляются от нечего делать. Ни одна женщина в здравом уме не подкинет в дом конфет, полагая, что есть их буду только я. Представьте, что было бы если бы я угостила ими Шарлотту или Китти.

— Сколько конфет съела ваша горничная.

— Это горничная миссис Эванс, — уточнила я, — и я не смотрела, сколько она съела.

— Возможно, яда в одной конфете было бы не так много для того, чтобы убить. Убийца рассчитывал на то, что вы съедите все, а если с кем-нибудь поделитесь отделаетесь лишь тошнотой и головокружением, что тоже неплохо для мести.

Я схватилась за голову. Ума не приложу, кто так меня возненавидел.

— Есть одна ниточка, Чарльз, которая может вывести нас на след.

— Нас? — он накинул фрак и обернулся ко мне. — Хотите впутать в это меня?

— Ваша записка и конфеты вас уже невольно впутали. Я говорю нас, потому что…

— А это неплохо звучит, — протянул он, улыбнувшись, — нааас. Нас! Верно, Анна?

— Это звучит отвратительно. Но мне ничего не остается. Так вот, пожар в моем доме разжег некий мистер Стоун, гувернер из дома мистера и миссис Ричмонд.

— А эти Ричмонды, это кто?

— Скромное семейство… я никак им не навредила.

— И для чего некому мистеру Стоуну вас убивать?

— Не знаю.

Беккет подошел ко мне, по-светски беря под руку и выводя в коридор.

— Вы должны вернуться домой, леди Блайт. Я все устрою. Обещаю.

— Что вы будете делать?

— Предоставьте это мне. Беременным женщинам нельзя волноваться.

— Я ни за что не вернусь домой к Шерри. Там был убит человек.

— Ну что ж, — он откровенно надо мной подтрунивал, — если вам спокойнее рядом со мной, то поедем вместе. Пора же нам налаживать отношения. Рано или поздно вы станете моей супругой, леди.

Я хотела сказать: «только через мой труп», но проглотила язык, пугливо взирая на Чарльза.

ГЛАВА 22

Истинной английской благопристойностью не пахло в промышленном районе Шропшира. Здесь семьи рабочих ютились в тесных комнатушках, ссыпаясь по ночам в одну единственную кровать вшестером, а поутру — злые и угрюмые — брели на работу. Из этих окраин происходил родом мистер Стоун, и не удивительно, что он попытался оттуда вырваться.

Лорд Беккет, облачившись в простой сюртук темно-синего цвета, восседал передо мной в кэбе. При виде этого холеного джентльмена, который решил сыграть роль помещика средней руки, меня разбирал мрачный гогот. Я сама выглядела не лучше — черная вуаль с мушками, темно-коричневое дорожное платье, наглухо застегнутое до самого подбородка. Этакая чета плантаторов стручковой фасоли…

— И как я согласилась?

— В вас есть азартная жилка, — произнес Чарльз, — мы с вами в этом похожи.

Я не стала спорить, но одарила его недовольным взглядом.

— У вас есть подозреваемые, кроме Стоуна?

— Я полагаю, что Стоун всего лишь исполнитель.

— Получается, у гувернера нет повода для убийства? — усмехнулся мой попутчик. — Вы теряете хватку, леди Блайт. Могу допустить, что на вас сказывается беременность.