До любви две мили и один шаг (СИ) - Любимова Софа - Страница 33

Мы глядели друг на друга, и он внезапно усмехнулся, принимая правила этой не совсем честной игры.

Я почти не сомневалась, что Беккет все узнает. Как гадкий хитрый лис он был очень проницателен. И я должна быть к этому готова. Он любезно довез меня до поместья Шарлотты и выжидающе глядел, будто я должна потчевать его чаем в знак благодарности. Я же лишь фыркнула, собираясь хлопнуть дверцей и подобрав юбку прошествовать к дому, но вдруг меня остановила следующая картина: перед домом прохаживался слуга, нервно теребя рукав, а рядом стоял экипаж. Я резко ухватилась за Чарльза и буквально выволокла его на улицу. Прикроюсь им, как щитом, все-таки имя этого человека имеет какое-то магическое воздействие на шропшировских жителей.

— Всегда ценил ваше гостеприимство, — буркнул он, разжимая мою руку и перекладывая в свою ладонь.

— Кого еще принесло? — прошипела я и окликнула слугу: — Что здесь происходит?

— Констебль, леди, — пояснил тот, взирая на меня и Чарльза, как на двух привидений.

Мы молча вошли в дом.

Первое, что привело меня в восторг, это преображение моего спутника, который выглядел все так же нелепо в своем сюртуке. Превратившись в одно мгновение в влиятельного политика, он навел страх на присутствующих. Это, кстати, второе. Все повскакивали со своих мест, благоговейно раскрыв рты. Даже моя Шерри, которая уже видела Беккета, как-то вся сжалась.

— Господа, — Чарльз кивнул, переходя сразу к сути, — надеюсь, у вас есть хоть какие-то новости.

— Боюсь огорчить вас, лорд Беккет, — заговорил детектив, которого я видела впервые в жизни.

Я перевела взор на Чарльза, делая ему знаки, чтобы он молчал по поводу мистера Стоуна. Конечно, я не собиралась выгораживать гувернера, которому, честно говоря, было уже на все плевать. Я не хотела, чтобы подозрение пало на Китти, которая безумно походила сейчас на любительницу отравить свою хозяйку.

— К сожалению, все улики указывают именно на вас, — сказал констебль лорду Беккету извиняющимся тоном, — Я ни в коем случае не хочу вас обвинить. Быть может, выставить вас в дурном свете кому-то очень выгодно.

Я закатила глаза. Что ж, про меня здесь все забыли. Констебль решил, что все дело в репутации Беккета. Конечно, меня хотели убить лишь для того, чтобы выставить его в дурном свете. Н-да…

Я опустилась на диван, и Шерри тотчас села рядом, схватив меня за руку и прижав к своей груди.

— Они сказали, что яд был слишком необычным, — шепнула мне на ухо.

— И?

— Видите ли, когда Патти вернулся из Индии, он привез яд для травли крыс. Все до одной сдохли через пару часов.

Если бы не воспитанная годами выдержка, я бы чертыхнулась. Неужели Патрик Вебер так возненавидел меня, что пошел на убийство? Но как он связан с мистером Стоуном?

Я откинулась на подушку, устало вздохнув. Убийства убийствами, но я чертовски хочу есть и спать…

ГЛАВА 23

Среди ночи меня разбудило подозрительное желание придушить лорда Беккета. Я вскочила с постели, подлетела к окну, распахивая его и задыхаясь от волнения. Китти, которая спала на соседней кушетке, вскинула голову. Я заверила ее, что чувствую себя просто восхитительно, хотя внутри разрасталась плохо контролируемая паника. Чарльз непременно узнает, кто отец моего ребенка… Это ясно, как день. А я никак не могу защитить Джеймса. Я создала ему слишком много проблем этой ужасной связью.

— Кэтрин! — позвала я компаньонку так, как звала крайне редко. — Подай мне мое черное дорожное платье!

Она молча села, протирая глаза, видимо не совсем понимая, чего мне вдруг не спиться среди ночи.

— Мое платье! — потребовала я.

— Вы… вы хорошо себя чувствуете?

— Я же сказала, что просто потрясающе, — начала вскипать, — принеси платье, Кэтрин Хостер!

— Куда вы собрались? Леди Блайт? С вами все хорошо?

Я подошла к шкафу, распахнув обе дверцы и попросту начала все из него выбрасывать. Китти остановила меня, почтительно отстранив и отыскав нужное платье.

— А теперь помоги одеться…

Когда я была полностью одета и приведена в порядок насколько это возможно в темноте и второпях, я приказала Китти разбудить слугу и вывести во двор мою лошадь. Пока Китти причитала и отчитывала меня, как девчонку, я спустилась в холл, и тут мы обе, как по команде замерли, переглянулись и бросились в самый темный угол за дверью. В гостиной раздавались тихие голоса:

— Думаете, она знает?

— Я не смогу долго от нее скрывать… — этот голос принадлежал Шарлотте.

— Вы должны пообещать мне, — мужской голос я тоже хорошо знала.

— Я не хочу ее ранить… еще не время… но она может и сама обо всем догадаться.

Китти несдержанно хихикнула, и голоса затихли. Раздался звук захлопывающейся двери и, вторя ей, я дала своей компаньонке внушительную затрещину.

— Черт побери! — выругалась глухо, — Коулл и Эванс любовники.

Китти продолжала гоготать, пока я на нее не шикнула.

— Но вот интересный факт, с каких пор мистер Коулл имеет свободный доступ в этот дом? Может быть, ему было не столь трудно зайти и оставить на комоде коробку конфет? — убедившись, что влюбленные поднялись на второй этаж, я потянула горничную на выход.

— Под ваше подозрение попали все жители графства, леди, — произнесла она, когда слуга, стараясь не шуметь, вывел лошадь, и я водрузилась в седло. — Я не отпущу вас одну ночью, леди. Я поеду с вами.

Этакая защитница, поглядите. Я откровенно усмехнулась.

— Тебя я тоже подозреваю, поэтому поеду одна.

Я пришпорила лошадь, и та понесла меня по дороге. Мне еще не приходилось ездить верхом ночью, когда единственный свет, освещающий путь, это свет полной луны. Вокруг меня несдержанно стрекотали кузнечики, заливались на соседнем пруду лягушки, а в воздухе стояла густая пряная прохлада, которую я с наслаждением втягивала. Проселочная дорога, дикий кустарник и шелест листвы наводили на меня страх, но я лишь крепче сжала поводья, повторяя, что до поместья Остина не так уж далеко. Однако через двадцать минут мне сделалось дурно, и пришлось спешиться, чтобы хоть как-то прийти в себя. Я уж было начала жалеть о содеянном, как вдруг за поворотом дороги, отчетливо вырисовывающимся, раздался протяжный волчий вой. Я дрогнула и едва не поседела от ужаса. Волки? Здесь, в Шропшире? Или это не волки вовсе, а оборотни… или дикие лесные фейри… Показалась тень — внушительная и трепещущая. Щелчок затвора… Разве оборотни носят с собой оружие?

Вцепившись в лошадь, я готова была увидеть все, что угодно. Сердце выпрыгивало из груди, решив, что лучше доконать меня сердечным приступом. Святые небеса… я зажмурилась.

Долгие секунды ожидания проходили бесследно, но ничего не происходило, и я распахнула глаза, увидев, что на фоне полной луны передо мной стоит человек. Его рука сжимает рукоять ружья, небрежно перекинутого через плечо. Я шумно выдохнула.

— Вы меня напугали, сэр, — дрожащим голосом произнесла.

Но, честное слово, он продолжал пугать меня, ибо не собирался ничего отвечать. Я еще раз обвела его взглядом. Что он здесь делает с ружьем? Ночью? Ведь он не на охоте… или на охоте, но жертва здесь… я?

— Сэр? — мои пальцы зачем-то ощупывала крутой круп лошади.

Я не могла понять, кто этот незнакомец. Луна, как назло, не была зашторена тучами и выглядывала из-за его спины.

— Что вы здесь делаете ночью, леди Блайт? — наконец, я услышала его голос, и мое сердце громыхнуло о ребра.

— А вы? — просипела, потеряв голос.

— Танцуете под луной, леди, или торопитесь на шабаш? — вместо ответа язвительно спросил он.

— А вы вышли пристрелить пару тройку кроликов?

— А вы всегда отвечаете вопросом на вопрос, — его спокойный самоуверенный голос чертовски бесил, но вместе с тем вызывал желание броситься на шею.

— Только в тех случаях, когда у собеседника нет с собой ружья. А сейчас это нервное.