Незнакомец под луной - Деверо Джуд - Страница 39

– Люблю слышать твой смех, – прошептал он, проводя губами по ее плечу. – Когда мы были детьми, я думал, что никогда не видел никого счастливее тебя.

Губы скользнули по ключице, рука легла на грудь.

Подняв голову, он взглянул на Ким:

– Твоя любовь к жизни, все, что я усвоил от тебя, помогли мне вынести все эти ужасные годы.

Ким попыталась спросить, почему он не позвонил, когда она была в колледже, но Трэвис запечатал ей губы поцелуем, и она обо всем забыла.

Он ласкал ее, гладя тело, пробираясь между ног, а когда коснулся мягкого средоточия желания, она ахнула. Он продолжал нежно ласкать ее, и она отдалась ощущениям, удовольствию его прикосновения.

Он снова лег на нее, и она с радостью приветствовала его тяжесть, его силу.

Трэвис входил медленно, наполняя ее, проникая все глубже. Улыбаясь, когда увидел ее светящееся наслаждением лицо.

Но она тут же открыта глаза и удивленно взглянула на него. Волны оргазма уже накатывали на нее, поднимая все выше. До этого она ни разу, никогда…

– Трэвис… – прошептала она.

– Я здесь, беби, – выдохнул он и перевернулся на спину, так что она оказалась сверху. Ладони лежали на ее бедрах.

Ким вцепилась в его плечи. Кончики пальцев впились в кожу. Она продолжала подниматься и опускаться. Их тела сталкивались с силой девятого вала. Когда она больше не смогла вынести, он толкнул ее на кровать, обхватил бедрами и вошел так глубоко, что она задохнулась.

И упал на нее, ослабевший от всего, что случилось сейчас. И от любви. Он прижимал ее к себе, словно боясь, что она исчезнет.

На секунду ей показалось, что он заснул. Но стоило шевельнуться, как он ослабил объятия.

– Я сделал тебе больно?

– Ни в коем случае.

Трэвис приподнялся, оперся головой о руку и взглянул на нее.

– Так что ты хочешь делать?

– Расспросить тебя о бывших подружках, – сказала она, даже не улыбнувшись.

И была вознаграждена мгновенным выражением ужаса во взгляде, прежде чем он улыбнулся.

– Хочешь наказать меня, верно?

– Да, – призналась она, гладя его волосы. С той первой ночи, когда он появился в лунном свете на свадьбе Джессы, она хотела его коснуться.

– Ты должен пожалеть о том, что лгал мне.

– Ну, не то чтобы лгал…

– Разве в законе не говорится, что уклонение от правды ничем не лучше прямой лжи?

– Ну откуда мне знать о законах, – хмыкнул он, блестя глазами. Повернулся на спину, заложил руки за голову и стал смотреть в балдахин. Но когда Ким попыталась отодвинуться, снова притянул ее к себе. Ее голова очень удобно легла в изгиб его плеча. Она провела ладонью по светлым волосам на его груди.

– Ты уже успела оглядеться? – спросил он.

Ким так отвлекло ее занятие, что она сначала не поняла, о чем он.

– Откуда эти шрамы?

На ребрах было целых три. Сбоку от живота – один.

– Каскадерские трюки, – коротко обронил он, не вдаваясь в подробности. – Я имел в виду городок.

– А что с городком?

– Ты его видела?

Она приподнялась, безмолвно требуя поцелуя, что он и сделал.

– Нет, – сказала она наконец.

Он лег рядом. Не дождавшись дальнейших вопросов, она взглянула на него.

– Ты на что-то намекаешь?

– Разве ты приехала сюда не по делу? Не затем же, чтобы выйти за этого проходимца-лузера, верно?

– Я не стала бы…

Она не позволит ему втянуть ее в спор!

– Хорошо, что ты откупился от него! Собираешься научиться стряпать, чтобы достойно управлять новой кейтеринг-компанией?

– Я намерен подарить бизнес Расселу.

– Для столь недавнего знакомства вы на удивление крепко подружились, – съязвила Ким.

– Похоже, он приходит в восторг, видя, как я несчастен.

– А почему ты несчастен? – выпалила она. Но тут же, что-то вспомнив, осеклась.

Трэвис глянул на нее.

Она прищурилась.

– Если попытаешься вызвать во мне жалость, я начну допытываться, почему ты приходил на мои арт-шоу но никогда не давал о себе знать.

Трэвис мгновенно оскорбился. Но тут же кривовато улыбнулся.

– Похоже, мы квиты. Как по-твоему, в номере есть хоть какая-то еда?

– Если нет, можешь купить отель и воспользоваться собственной кейтеринг-компанией. Открыть филиал «Максвелл индастриз» прямо здесь, в Джейнс-Крик.

Трэвис покачал головой:

– По-моему, мой отец и ты прекрасно поладите. Мало того, он, пожалуй, немного тебя испугается.

– Смешно, – буркнула Ким. Но втайне осталась довольна его словами. Значит, он собирается познакомить ее с отцом. А может, и с матерью. Еще раз.

Трэвис откатился к краю кровати и встал. Ким жадно наблюдала за ним. Она натянула на себя одеяло, и было что-то приятное, даже эротичное в том, что она, надежно укрытая, смотрит на абсолютно голого Трэвиса.

Занятия спортом подарили ему воистину прекрасное тело с перекатывавшимися под кожей мышцами. Правда, на коже было немало шрамов, но они только добавляли ему мужественности.

– Ну как, сойду? – хрипловато спросил Трэвис.

– Еще как! – улыбнулась она.

Улыбнувшись в ответ, он натянул спортивные штаны, походил по номеру, зашел в ее комнату и вернулся с большим портфолио, сделанным для нее Джеммой.

– Что это?

– Настоящая причина, по которой я здесь.

– Не возражаешь, если я…

– Конечно, смотри сколько хочешь. Я еще не читала.

Трэвис растянулся рядом и стал читать документы. Она подумала, как мало, в сущности, о нем знает. С другой стороны, может, знает все. Мужчина со шрамами, полученными при выполнении опасных трюков, был тем же мальчиком, который научился кататься на велосипеде и через несколько часов уже делал сальто. Мальчик, который сидел на дереве и читал об Алисе и Безумном Шляпнике, был мужчиной, который сейчас увлеченно просматривал исторические документы.

– Ты действительно не читала? – спросил Трэвис и, положив бумаги на живот, притянул ее к себе.

– Я увидела слово «кладбища» и закрыла папку. Я что-то пропустила?

– Посмотрим… Хочешь, чтобы факты представили, как в волшебной сказке или как в зале суда?

Идея с залом суда была соблазнительной. Она хотела бы слышать его речь перед присяжными. Но он, возможно, пользовался своей внешностью, чтобы обаять жюри, а этого она видеть не хотела.

– Волшебная сказка, – выбрала Ким.

– Ладно, – улыбнулся он. – В давнем 1893 году жила-была молодая женщина из Эдилина, штат Вирджиния, по имени Кларисса Олдредж. Однажды она решила провести лето в Джейнс-Крик, штат Мэриленд.

– Почему? Почему она уехала из Эдилина?

Трэвис поцеловал ее в лоб.

– Понятия не имею, почему она покинула город, где все знают всех и обо всех.

– Если не считать некоторых матерей, – пробормотала Ким.

– Будешь слушать или язвить?

– Дай подумать, – начала она, но увидев взгляд Трэвиса, попросила продолжать.

– Так о чем я? Мисс Кларисса Олдредж приехала в Джейнс-Крик летом 1893-го. Никто не знал причин, но полагаю, что здесь у нее были друзья и она хотела провести с ними лето. Верно?

Ким кивнула.

– Так или иначе, но мы точно знаем, что в сентябре она вернулась в Эдилин уже беременной. И никому не открыла имя отца ребенка, так что горожане, любившие посплетничать, предполагали, что он женат. Кларисса никогда никого не поправляла, что бы они ни говорили. Проблема в том, что вернулась Кларисса другой. Меланхоличной. Грустной.

– Неудивительно, – заметила Ким. – Незамужняя и беременная в 1893-м? Чудо еще, что ее не побили камнями!

– Думаю, такое случалось гораздо раньше. Но бедняжка умерла через несколько часов после рождения сына.

– Как? Джоус и Джемма мне не рассказывали!

– Возможно, не хотели расстраивать. На смертном одре Кларисса сказала брату Патрику: «Назови его Тристаном и молись, чтобы он был доктором, как отец». Послушай, что, все доктора с фамилией Олдредж зовутся Тристанами?

– Так зовут тех, кто должен унаследовать Олдредж-Хаус, – рассеянно ответила Ким.

– Не твоя ветвь?