Незнакомец под луной - Деверо Джуд - Страница 40

– Нет. Поэтому моего брата зовут Рид.

– Это я помню, – улыбнулся Трэвис, ложась рядом с ней. – Что-то не так?

Она не могла признаться Трэвису в том, что у нее на уме. У них с Клариссой много общего. Между ней и Трэвисом все временно. Он приехал в Эдилин помочь матери и скоро погрузится в сложный бракоразводный процесс. Вернется к своей работе. К гламурной жизни в Нью-Йорке. Ким и скучный маленький Эдилин станут всего лишь памятью. Будет он улыбаться много лет спустя, когда подумает о ней?

Она пыталась выбросить эти сцены из головы. Они вместе, и это главное.

Ким снова повернулась к нему.

– Все в порядке. Досказывай.

– Видимо, Кларисса призналась, что отцом был некий доктор Тристан. По-моему, твоим подругам было легко найти его по Интернету.

– Они так и сделали. Доктор Тристан Джейнс…

– Как название города?

– Да, – вздохнула Ким. – Он умер в 1893-м.

– Понятно. Итак, Кларисса приезжает в Джейнс-Крик, влюбляется в местного доктора, они забавляются на сене. Но прежде чем успели пожениться, она забеременела, а он умирает. Она возвращается в Эдилин, рожает ребенка, потом…

– Соединяется с возлюбленным, – докончила Ким.

– Будем надеяться, что так и было. Но если твои подруги знают все это, зачем послали тебя сюда?

– Джоус и Джемма новенькие в городе.

Трэвис вопросительно вскинул брови.

– Они родились не в Эдилине, – пояснила Ким. – Хотят, чтобы я узнала, был ли женат доктор Тристан и были ли у него еще дети.

– Кузены? Мечтают найти новых родственников?

– Боюсь, что так. Если я действительно отыщу молодых потомков, Джоус, возможно, усыновит их, а Джемма захочет составить генеалогическое древо всей семьи.

– А ты изготовишь для них украшения?

– Да, если появятся новые идеи, – простонала Ким. – С тех пор как я встретила тебя, не нарисовала ни одной модели. И вообще я едва помню, чем зарабатываю на жизнь.

Взгляд Трэвиса стал серьезным.

– Ким, если ты хотела…

Она не совсем поняла, что хотел сказать Трэвис, возможно, пытался предложить заплатить за украшения. Но она ничего не желала слышать и поэтому сменила тему:

– Так когда мы поговорим со здешними жителями, которые достаточно стары, чтобы помнить 1893-й?

– Если доктор Тристан умер здесь, следует поискать надгробие и фотографию. Может, там что-то написано, а может, кто-то похоронен рядом с ним. Если у него была жена, она тоже там.

– Может, нам повезет, и ее звали Лесли.

Ким не хотела говорить ничего подобного. Нужно держаться спокойно и невозмутимо. Но вместо этого ведет себя, как кто-то из… из маленького южного городка.

– Я, пожалуй, лучше оденусь, – решила она и попыталась встать с кровати.

Но Трэвис поймал ее за руку.

– Пожалуй, стоит сказать тебе правду.

Она продолжала сидеть спиной к нему, прикрывая грудь простыней. И чувствовала себя так, будто слова обнажили перед Трэвисом не только тело, но и душу.

– Твоя жизнь принадлежит тебе, и между нами только…

Она хотела сказать «секс», но не смогла. С другими парнями она ухитрялась сохранять ни к чему не обязывающие отношения. Один даже сказал, что она вечно над всем подшучивает. Но это Трэвис! На следующий день после его возвращения в город она послала Джессе е-мейл, в котором сообщила, что человек, в которого она была влюблена с восьми лет, приехал в город. Возлюбленный или нет, но ей не следовало шутить насчет Тристана и его красавицы-девушки.

Когда она даже не повернулась, чтобы посмотреть на него, Тристан разжал руки.

– Я не приходил так долго, потому что сначала должен был все узнать о себе, – тихо пояснил он. – Я сын богатого человека и хочу удостовериться, смогу ли сам содержать себя. Не желаю быть одним из деточек трастового фонда, живущих за счет папаш. Что я буду за мужчина, если это все, что могу тебе предложить?

Ким по-прежнему не двигалась.

Он тяжело вздохнул.

– После того как я получил диплом адвоката, отец предложил мне выгодную высокооплачиваемую работу, но я отказался. Он был в бешенстве! Закрыл мой трастовый фонд, так что я оказался без денег. Сказал, что самому мне не выплыть, и, по правде говоря, я боялся, что он прав.

Ким, наконец, обернулась.

– Я хотел уехать от него как можно дальше, так что улетел в Лос-Анджелес вместе с другом на его частном самолете. Остановился у него, пока искал работу. Я был так зол, что когда услышал о вакансиях в группе каскадеров, пошел туда и получил работу, потому что был тех же размеров, что и Бен Аффлек. Из-за него меня дважды убивали. Но мне все удалось, и я смог зарабатывать себе на жизнь. Только в мире трюков… Я был достаточно хорош, но понял, что тело когда-нибудь меня подведет. Поэтому и уволился. И потом это не жизнь… для тебя.

– Для меня? – удивилась она.

– Конечно. Я говорил, что жил только ради тебя.

– Но…

А она думала, что подобные вещи говорят все мужчины. И не стоит воспринимать их буквально.

– И что ты делал потом?

– Собирался работать в адвокатской конторе. Меня наняли в славную консервативную фирму в северной Калифорнии. Я думал проработать там год-другой, а потом вернуться в Эдилин и увидеться с тобой. Хотел знать, может быть что-то… взрослое между нами. А если у меня будет хотя бы двухгодичный опыт, может, я сумею найти работу в Эдилине или поблизости.

Ким затаила дыхание, но ничего не сказала.

– Все шло по плану, пока моя мать не украла несколько миллионов с одного из счетов мужа. Он в ярости примчался ко мне и завопил, что убьет ее.

Ким ахнула.

– Он, конечно, не имел в виду, что убьет ее буквально, но я знал: она так несчастна из-за него, что сама желала себе смерти. Я точно знал, куда она поехала. В город, где мы с ней были счастливы, как никогда в жизни.

– Эдилин.

– Верно. Но поняв все это, я понял также, что надежды скоро увидеть тебя нет. Я знал отца. Он выследил бы меня и таким образом нашел мать.

– Поэтому ты стал на него работать?

– Да.

– Но не собирался оставаться у него навсегда?

– Так далеко я не задумывался. Казалось, что мечта всей моей жизни была так близко, и вот я уже работаю на отца восемьдесят часов в неделю. У меня почти не оставалось времени на сон, не говоря уже о том, чтобы остановиться и подумать.

– Но хватило времени увидеть все мои выставки украшений, – не выдержала Ким. Гнев снова взял верх над ней. – Если я так много значила для тебя, почему ничего не сказал мне? «Привет, Ким. Помнишь меня?» Да что угодно! Я не знала твоей фамилии, а искала тебя много лет. Я…

Трэвис прижал ее к себе и стал гладить по волосам.

– Как я мог прийти к тебе? Ты была так успешна. Восходящая звезда в ювелирном мире! Я следил по Интернету за каждым твоим шагом и видел, что ты каждый день достигаешь новых высот. А я… я по-прежнему оставался отцовской марионеткой. Мне нужно было доказать себе, что я мужчина.

– И в постели? – ядовито прошипела она.

– Да. И это тоже. Одно дело, когда девчонка учит тебя кататься на велосипеде, и совсем другое – когда пытается учить тебя, что именно делать в постели. Так куда мне положить эту большую штуковину? – пропищал он фальцетом.

Ким не выдержала и рассмеялась. Но тут же отстранилась от него и подняла глаза.

– Это ты отпугивал от меня всех мужчин, помимо Дэйва?

– Нет, но не выпускал их из поля зрения.

– И что это означает?

Трэвис пожал плечами.

– Что ты делал? – насторожилась она.

– Всего лишь обычная проверка, ничего особенного, никакого вмешательства. Когда я видел, что ты куда успешнее их, сразу расслаблялся. Ты вполне могла перепугать их до смерти.

– Большое спасибо. Можно подумать, я размахиваю шпагой и скачу без седла.

– Мне такая сцена нравится.

Его глаза смеялись.

– Ты! – начала она. – Ты годами протаскивал меня сквозь ад! Я тосковала по тебе, но не могла найти и…

Она замолчала, когда он поцеловал ее.

– Я хочу загладить свою вину.