Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том I - Френч Джон - Страница 492

— Здесь — указала она.

На бедре мертвеца была странная метка.

— Что это? — спросил Сонека. — Это змея?

— Похоже — проговорил Бронци, наклонившись и разглядывая мертвую кожу. — Змея… или какая-то рептилия.

Сонека приказал оставить часового у трупа и послал одного бойца оповестить командующего постом. Затем они с Бронци вышли на улицу.

— Мятежник? — спросил Сонека.

Бронци кивнул. — Скорее всего. На нем метка.

Сонека промолчал. Различные виды агрессивных рептилий были самым распространенным видом эмблем и символов на Нурте.

— Неужели они способны вот так изменить человека? — произнес Гуртадо.

— Понятия не имею. С той ночи в Тель Утане я готов поверить, что они способны на все, что угодно.

Бронци вытер рот тыльной стороной ладони.

— Послушай, Пето, причина по которой я сюда прибыл это именно та ночь. Я не хотел тебя бросать там.

— Я бы никогда и не подумал иначе.

— И все таки. Я уже начал собирать людей, чтобы отправиться искать тебя, но мне запретили.

— Могу себе представить — проговорил Сонека.

Бронци удивленно взглянул на него.

— Что это значит?

Сонека прошел еще несколько шагов и остановился, всматриваясь в огромный булыжник на горизонте. Тьма обволакивала его, смешиваясь с легким туманом из пыли.

— Мои люди были принесены в жертву, чтобы открыть проход в Тель Утан. Лон и еще несколько человек об этом знают, но я приказал им молчать. У меня свои соображения по этому поводу.

— Откуда ты узнал об этом? — не сводил с него глаз Гуртадо.

— Те, кто пожертвовал нами, сказали мне об этом в лицо.

— И мне. Значит, ты их видел? Специалисты, да?

— Альфа Легион, — медленно сказал Сонека и посмотрел на своего друга. — Столько историй за все эти годы и вот, я встречаю их, самых скрытных и хитрых из всех Астартес.

— Я стоял совсем рядом с ним, он сказал мне не вмешиваться. Он рассказал мне причины и посоветовал держать рот на замке по поводу услышанного.

— О ком ты говоришь?

— Альфарий!

Сонека улыбнулся. — Гуртадо, они все называют себя Альфариями.

Бронци потряс головой.

— Нет, Пето, это был Примарх, я клянусь! Я видел его лицо!

— Я верю тебе. Святая Терра, что же за война здесь ведется?

— Война лжи, маскировки и хитрости. Иначе зачем привлекать именно этот Легион?

— Я не полностью уверен относительно важности, — сказал командир поста Кослов. Он был бригадиром одного из Кримейских полков снабжения и являлся ответственным за операции в тылу кампании.

— Мы тоже — ответил Бронци. — Но факт остается фактом. У нас есть тело неизвестного воина с признаками нестандартных анатомических операций и татуировкой рептилии.

— Всевозможные уловки и тайные операции постоянно используются в этой войне — заметил Сонека.

Кослов взглянул на обоих.

— Откуда вы знаете?

— У нас свои источники — осторожно сказал Бронци.

— Если Нуртийцы пытаются внедрить в наши ряды своих бойцов, следует немедленно сообщить командованию — продолжил Пето. — Необходимо исследовать тело, чтобы была возможность распознать противника. Послушайте, это может стоить целой войны. Возможно это ответ на вопрос, каким образом эти сволочи все время оказываются рядом с нами и нападают неожиданно.

Кослов глубоко вздохнул и встал из-за стола. Свет исходил всего от пары люминесцентных ламп, потому в помещении царил полумрак.

— Довольно необычно обсуждать это с двумя гетманами, — произнес он. — И все таки. Что нам делать?

И Бронци и Сонека признали, что прежде всего стоило связаться с Хонен Му. Если среди них действительно немало агентов Нуртийцев, следовало действовать осторожно. Нужно было найти кого-то, кому можно доверять, кто имел дело со специалистами и соответственно понимал всю важность ситуации.

Кослов дал им доступ к главному вокс-передатчику в лагере и лично активировал командный канал связи биометрическим ключом со своего запястья.

— Канал безопасен — произнес он и вышел из комнаты.

Бронци подошел к воксу.

— CR23, CR23, говорит Командир Джокеров, прием.

Из передатчика раздалась серия монотонных гудков, металлических щелчков и помех, после чего осталось только бесконечное шипение. Бронци повторил запрос. Ответ раздался десять секунд спустя.

— Командир Джокеров, это CR23, принимаем ваш сигнал, прием.

Голос был холодный, но отчетливо слышный, как если бы говорящий стоял в соседней комнате.

— CR23, мне необходимо поговорить с Уксором Хонен Му. Код Джанибег 5. Прием.

— Подтвердите код пожалуйста, прием — ответил вокс. Гуртадо вновь поразился удивительному качеству связи.

— Джанибег 5. Подтверждаю, прием.

— Один момент, командир Клоунов. Ждите.

Снова ждать. Еще две минуты бессмысленной траты времени. Бронци взглянул на Сонеку.

— Командир Клоунов, это Хонен. Бронци, лучше бы это не было одной из твоих выходок. Прием.

Говорила явно Хонен Му, сомнений не было.

— Это не так Уксор. Поверьте, все серьезно. Слушайте. У меня здесь труп. Я почти уверен, что это разведчик Нуртийцев, слишком уж изменено тело. Нам нужен приказ, что делать, прием.

Пауза.

— Мне нужно больше информации Бронци. Прием.

— Уксор, мне кажется, необходимо чтобы кто-то из техноадептов провел здесь полную проверку. Возможно в нашей обороне огромная дыра. Я думаю, надо выслать сюда челнок и я отошлю образец флоту? Прием.

— Ждите, Командир Клоунов.

— Она насторожилась — прошептал Бронци, отодвинувшись от вокса.

Оба гетмана вспотели от жары. Массивный вокс неплохо грел воздух в закрытом помещении.

Они ждали более пяти минут. Сонек начал мерить комнату шагами, когда передатчик снова ожил.

— Командир Джокеров, ответьте, это CR23.

— CR23, это Командир Джокеров, прием.

— Бронци, где вы находитесь, прием?

— CR345, Уксор. Прием.

— Слушайте меня, Бронци. Я не могу рисковать с кораблем. Есть кое-какие детали, которые я не могу раскрывать по воксу, даже по закрытому каналу. Предлагаю вам немедленно отправиться сюда. Покиньте Тель Кхат и двигайтесь на запад, по Дороге Сармака. Если не задержитесь, будете на CR8291 на рассвете. Я пошлю туда отряд, они вас подберут и сопроводят до нашей позиции. Все ясно, прием?

Бронци кивнул, понимая, что Хонен его все равно не видит.

— Ясно Уксор. Прием.

— Справитесь, Бронци? Прием.

— Естественно.

На секунду на линии послышались помехи.

— CR23? Бронци? Мне нужно знать, кто еще в курсе происходящего?

— Повторите, прием?

— Кто знает детали произошедшего, гетман? Прием.

Гуртадо нахмурился.

— Я, командир поста, медсестра, возможно несколько штатных сотрудников.

— Все ясно, спасибо Бронци. Пока стоит сохранить это в секрете. Вы готовы выдвинуться сейчас, прием?

— Да Уксор. Командир Джокеров, конец связи.

Лампы погасли, вокс отключился. Бронци дернул рубильник вокс-передатчика и поднялся.

— Ну что, я пойду.

— Почему ты не назвал меня? — спросил Сонека.

— Что?

— Когда она спросила, кто знает об этом, почему ты не назвал мое имя?

— Потому что ты остаешься здесь.

Бронци перебросился парой слов с Кословым и пошел в свою комнату. Сонека последовал за ним.

— Почему это я остаюсь? — быстро спросил он.

— Не начинай.

— Бронци? — в тоне Сонеки появились угрожающие нотки. Бронци остановился и обернулся, посмотрев на старого друга.

— Это только из-за меня, или Хонен Му звучала настолько серьезно?

— Она говорила более чем серьезно, я же сказал. Слушай, что-то происходит Пето. Мне нужно чтобы ты прикрыл меня.

— Что?

— Ты будешь моим тузом в рукаве. Если что-нибудь вдруг пойдет не так, ты знаешь все, что знаю я. Поэтому ты остаешься здесь.

— Ничего не пойдет не так — сказал Сонека.

Бронци засмеялся.

— Сколько лет мы с тобой были солдатами?

— Достаточно, чтобы узнать, что прикрывание твоей задницы никогда не бывает тратой времени, — сказал Сонека и потряс головой. — Слушай, мы беспокоимся без повода.