Сказки народов Америки - Ващенко Александр Владимирович - Страница 100

100

Наутро черт посылает Силача по воду.

Силач говорит:

— Дай мне кирку и лопату.

Черт дал. Силач отправился на реку и принялся рыть канаву, чтобы повернуть реку к дому черта. В полдень приходит черт посмотреть на работу Силача и видит — тот канаву роет. Спрашивает его черт:

— Для чего это ты канаву роешь?

Силач отвечает:

— Хочу реку к дому повернуть, пусть течет рядом с домом. Не надо будет воду носить.

Черт струхнул и отправил Силача домой.

На другой день посылает его черт за дровами.

Силач говорит:

— Дай мне моток веревки.

Черт принес ему. Забросил Силач моток за спину и ушел в лес. Там он принялся связывать веревкой деревья друг с другом. В полдень явился черт посмотреть, что делает Силач, и увидел, что он связывает деревья веревкой.

— Что ты делаешь? — спросил черт.

А Силач ему отвечает:

— Да вот лес связываю, хочу его разом домой снести.

Испугался черт, думает: «Вот чудище-то» — и отправил Силача домой.

На следующий день собрались на морском берегу люди — копья метать. Думает черт: «Пошлю-ка я его туда, уж он-то непременно добудет мне первую награду». Пошли они с Силачом на берег. Силач нес копье на плече, а черт за конец копья держался.

Когда они пришли, на берегу уже много собралось народу: бросают копья, руку набивают, чтобы подальше метнуть копье, когда придет их черед.

Началось состязание. Дошел черед и до Силача. Прежде чем метнуть копье, он попросил отвести подальше корабли, которые стояли далеко в море.

— Уберите-ка эти корабли, — говорит, — а то как бы я их ненароком не пробил, когда стану копье метать.

Переполошились тут люди, нагнал он на них страху такими речами — шутка ли, грозится корабли пробить!

Черт тоже до смерти перепугался, думает: «Как бы мне от этого работника избавиться, опасный он человек, надо его убить».

Вот отправились они домой. Стали спать укладываться. Черт спал наверху, на полатях, а Силач — внизу. Как раз над его постелью лежали на полатях два большущих жернова. Черт взял да и подвинул жернова так, чтоб они свалились прямо на Силача.

Настала ночь, улеглись они спать. Черт забрался к себе наверх, а Силач устроился внизу. Лег Силач и вдруг замечает — что-то жернова не так лежат. Почуял он неладное и перенес свою постель в другой угол — где ему показалось безопаснее.

Средь ночи вдруг раздался страшный шум — жернова свалились. А Силач как закричит:

— Ай, комар меня укусил!

Услыхал черт и думает: «На него жернова свалились, а ему это что комариный укус». Перетрусил тут черт пуще прежнего. Спустился он взглянуть, что там Силач поделывает. Видит черт — жернова разбитые валяются, а Силач и говорит:

— Я думал — это комар, а это жернова на меня свалились…

Совсем перепугался черт, решил поскорей от Силача избавиться.

— Я дам тебе осла, — говорит черт, — груженного золотом, только уходи отсюда.

Силач согласился.

Привел черт осла, насыпал полные корзины золота и говорит:

— Вот тебе золото, убирайся.

Силач сел на осла и поехал прочь. Когда он уже порядочно отъехал, жена черта говорит мужу:

— Этот человек обманул тебя: он ровно ничего не умеет и вовсе у него никакой силы нет.

Тогда черт вывел лошадь, оседлал ее и поскакал за Силачом вдогонку, чтоб отнять у него осла с золотом. Но Силач еще издали увидел черта, спрятал осла в сахарном тростнике, а сам лег навзничь посреди дороги, задрав ноги кверху. Лежит и ждет, пока черт подъедет.

Вот подъехал черт, видит — Силач лежит, задравши ноги.

— Ты чего тут лежишь? — спрашивает черт.

Отвечает Силач:

— Да вот осел заупрямился. Я наподдал ему ногой и, кажись, на небо забросил…

Испугался черт, спрашивает:

— А почему ты лежишь, задравши ноги?

— Жду, — говорит Силач, — когда осел обратно упадет с неба, ноги ему подставляю, чтобы не расшибся.

Тут такой страх охватил черта, что он повернул назад и пришпорил лошадь. Приехал домой, а жена спрашивает:

— Догнал?

Черт отвечает:

— Догнал. Смотрю — лежит он на дороге. Говорит — одним пинком забросил осла на небо. Посмотрел я на небо, а там и следа ослиного не видно… Вот страшилище-то! Да если б я вздумал отнять у него золото, он и меня бы пнул ногой да забросил на небо… Пусть уж берет себе и деньги, и осла, когда те обратно на землю упадут…

Дона Элена

Перевод Н. Малыхиной

ила-была девушка, и ходила она каждый день по воду к источнику. И вот однажды шла она туда и увидела льва, который лежал в зарослях возле родника. Перепугалась она и кинулась бежать, но дома ни словом не обмолвилась. На следующий день она снова увидела льва на том же месте, впопыхах набрала воды и бросилась домой. И так продолжалось много дней — лев по-прежнему лежал в зарослях. Наконец девушка сообразила: неспроста лев не двигается с места, верно, он болен. И однажды она сказала себе:

— Бедняга, должно быть, умирает с голоду.

За ужином она тайком припрятала немного еды со своей тарелки. Когда на следующий день она собралась к источнику, она завернула еду в банановый лист и спрятала за пазуху. У источника она поставила кувшин наземь и отправилась в заросли, где лежал лев. Близко она не подошла, а бросила ему еду издали. Так она делала изо дня в день и привыкла ко льву, перестала его бояться. Долго ли, коротко ли, а они крепко подружились. Она называла его дон Лев, а он ее — дона Элена.

Однажды лев сказал ей, чтобы она не носила ему еду в заросли: пусть, мол, просто покличет его, и он сам выйдет к источнику. И дона Элена звала его песенкой:

А лев отвечал:

С тех пор как Элена стала кормить льва, она уже никого не брала с собой по воду. Бывало, только рассветет, она схватит кувшин и бежит к источнику. А уж сколько времени она там проводила! И вот однажды ее сестра, дона Анинья, и говорит:

— Что такое приключилось с доной Эленой? Почему она никого не берет с собой к источнику? Прежде она всегда звала меня, а теперь все одна и одна! И что только она там делает так долго?

И когда дона Элена опять пошла к источнику, дона Анинья потихоньку отправилась вслед за ней. Возле источника она спряталась в зарослях и стала наблюдать за сестрой. Дона Элена поставила кувшин на землю и запела свою песенку, а лев отвечал ей из лесу. Скоро он и сам появился, огромный такой. Дона Элена обрадовалась, заулыбалась и достала еду, которую принесла за пазухой. Когда лев поел, она пригладила ему гриву, вытащила из нее сухие листья, вычесала блох. Все это заняло немало времени. Когда лев ушел в лес, дона Элена набрала воды и поспешила домой.

— Ах, вот почему ты ходишь одна! — сказала себе дона Анинья. — Ну, я тебе покажу!

На другой день она поднялась чуть свет, раньше доны Элены, взяла большой острый нож и побежала к источнику. Там она спела песенку Элены. Лев ответил ей и вышел из зарослей. Тут дона Анинья бросилась на него с ножом, пырнула в загривок, и лев упал. Злая девчонка пошла домой и никому ничего не сказала. Дона Элена, бедняжка, как раз собиралась идти за водой и нести еду дону Льву.

А лев, израненный, весь окровавленный, кое-как добрался до того места, где дона Элена увидела его впервые. Она пришла к источнику и позвала его своей песенкой, но ответа не получила. Она снова запела, и снова никто не ответил. И в третий раз повторила она песенку, и опять нет ей ответа. И сказала дона Элена: