Гравитация (ЛП) - Вест Мелисса - Страница 41

К счастью, я хорошо подготовлена к большинству видов оружия. Первый раз я стреляла из пистолета в десять лет. Я помню, каким он казался тяжелым в моих маленьких ручках, как папа заставлял меня стрелять снова и снова, пока мои руки не свело от боли. У меня ушли недели долгих ежедневных тренировок на то, чтобы попасть в цель. Я все еще храню тот пистолет. Освоение своего первого оружия является своего рода обрядом посвящения, поэтому папа позволил мне его оставить. В тот день я испытывала большую гордость, пока он не принес следующее оружие, а за ним еще и еще, и каждое было сложнее предыдущего. Это продолжалось многие годы, и теперь я безупречно попадаю в цель. Древняя или нет, сегодня я должна прекрасно справиться с задачей.

Первыми в шеренге стоят четверо из моей школы, включая меня, и высокого парня с длинными черными волосами, расположившегося справа от меня. Он пробегает по мне взглядом и улыбается.

— Хах, Александр? Дочка главнокомандующего. Посмотрим, докажет ли сегодня эта наследственность хоть что-нибудь.

Он подходит к столу и берет пистолет. Я делаю то же самое, игнорируя его колкость. Я принимаю устойчивую позу, чувствую в руке тяжесть оружия и жду, когда включится монитор. На экране появляется сетка с черной мишенью в центре. Я считаю до пяти, выдыхаю и стреляю. Отметка остается прямо в центре цели. Изображение меняется, и мишень перемещается на голову человека, переходящего улицу. Я снова стреляю, и на экране появляется летящая на нереальной скорости птица. Она пересекает экран туда-обратно. Я наблюдаю за ней, засекая время полета, а затем стреляю, прямо через секунду после того, как она вновь появляется на мониторе. Моя секция на экране мигает, и я передаю оружие следующему человеку в своем ряду.

Джексон уже справился с заданием и теперь улыбается мне.

— Молодец, — произносит он.

— Ты тоже, — говорю я, улыбаясь в ответ.

Гретхен встает в ряд рядом со мной, прыгая от возбуждения. Она хорошо стреляет, так что я знала, что она справится. Маркус и темноволосый парень заканчивают через секунду. Я думала, что у них плохой результат, но потом к заданию приступила вторая группа. Ни один из них до сих пор не попал в цель.

— Лок, — зовет Теренс. — Пойди и покажи пример, пока мы все не заснули.

— Да, сэр, — говорит Джексон, вставая перед всем рядом. Сначала он показывает им, как встать, потом, как держать пистолет и как прицеливаться (с лазером и без). Через пару минут они все справляются с заданием. Я думала, что он вернется обратно в строй, но он остается, чтобы помочь следующей группе, потом еще одной, и так всем, пока снова не настает наша очередь.

Гретхен наклоняется ко мне.

— Ты в порядке?

— Благодаря тебе уже намного лучше, — Я ей улыбаюсь, надеясь, что она знает, как много для меня значит то, что прошлой ночью она не убежала без оглядки. Я думала, что ей будет немного неловко находиться рядом с Джексоном, но она ведет себя более чем нормально. Я бы сказала, что это из-за нашей дружбы, но в действительности, все дело в ее способностях Оперативника. Она способна прятать эмоции лучше всех, кого я знаю. Я только надеюсь, что она не скрывает свои чувства от меня. Уверена, я бы заметила. Кроме того, если бы она даже была расстроена или напугана, она бы никогда не подвергла меня риску, рассказав кому-нибудь мой секрет.

Следующий час проходит быстрее, чем первый. Мы переходим от пистолетов к ружьям, к снайперским винтовкам и остальным типам оружия. К нам подходит Теренс, когда мы принимаемся за последний стол.

— Остальные коробки содержат новое, экспериментальное оружие. Это секретная информация. Если хоть кто-нибудь проболтается… что ж, вы можете представить, что случится. Первая группа, — произносит он.

Мы подходим к столам и вынимаем серебряные ружья, похожие на винтовки, только они меньше и определенно легче. Я взвешиваю в руках оружие, проверяя его на вес, и возвращаюсь на свою позицию. Несмотря на легкость, это ружье должно быть мощным. Урок старика Ньютона я усвоила уже давно — у каждого действия есть равносильное противодействие. Как бы сильно оружие не выстрелило, я все равно почувствую отдачу, и я не хочу поставить себя в неловкое положение, закричав или, еще хуже, упав назад.

Я жду, пока кто-нибудь выстрелит первым. Стреляет Джексон: на экране возникает пятно, а затем вспышка. Комната застывает в тишине. Любой вид оружия быстро запускает снаряд, но это что-то совершенно иное. Перед нами лазерное ружье, которому вообще не нужны патроны. Оно стреляет с нереальной скоростью, в том, что оно создано для атаки Древних, нет никаких сомнений.

Я ставлю ноги на ширину плеч и сгибаю колени. Палец обвивает курок и БАМ! Из-за отдачи я делаю шаг назад, и со страхом смотрю на ружье. Мои руки трясутся от потрясения. Остальные тоже чувствуют это и, точно так же как и я, не сводят глаз со своего оружия. Джексон продолжает стрелять. Он выглядит решительным и раздраженным. Он поражает цели одну за другой, затем резко опускает руку с ружьем. Он забрасывает оружие обратно в коробку и возвращается обратно в строй. Теренс подходит к Джексону и что-то ему говорит, после чего парень выходит из зала.

Я возвращаюсь на позицию и стреляю снова и снова, пока не попадаю во все цели. К тому времени, как я заканчиваю, кончики пальцев кажутся наэлектризованными. После того, как я возвращаю оружие на место, ко мне подходит Теренс.

— Прекрасная работа, Александр. Отец гордился бы тобой. Можешь возвращаться в школу.

Полагаю, то же самое он сказал и Джексону. Я выхожу из спортзала и вижу Джексона, прислонившегося к стене.

— Ты знаешь, что они делают, не так ли? — спрашивает он.

— Да, — Отвечаю я.

Парламент знает, что Древние атакуют. Преждевременная подготовка может означать только то, что они собираются быть готовы. В этом зале всем ребятам лет по семнадцать, прямо как мне, и нас собираются отправить на войну. Солдаты. Вот кто мы.

— Я устала, — говорю я, прислоняясь к стене рядом с ним.

— У нас есть несколько часов до твоей тренировки с Сибил, — произносит Джексон. — Хочешь прогулять занятия? Все равно осталось лишь два урока.

Уже через десять минут мы едем на электроне в сторону Торгового района, единственной части Сидии, где товар можно купить сразу, вместо того, чтобы заказывать на дом. Это очень старый и необычный район, и мои лучшие детские воспоминания связаны именно с этим местом. Я, Гретхен и Ло постоянно гуляли по этому району, выпрашивая у продавцов конфеты, игрушки и прочие радости жизни.

Джексон берет меня за руку, когда мы выходим из электрона, и я тут же расслабляюсь. Благодаря нему, я чувствую себя сильной, чувствую, что я не просто дочка главнокомандующего Александра. Жить в тени отца — не просто. Что бы я ни делала, я никогда не буду в этом достаточно хороша. Меня никогда не будут рассматривать как отдельную от отца личность, способную самостоятельно добиться успеха. Все, что я буду делать оставшуюся часть жизни — это оценивать и сравнивать с тем, как бы это сделал мой отец.

Мы доходим до окраины района, и вдруг лицо Джексона бледнеет. Он заталкивает меня в пекарню Декадент — мою любимую — прямо, когда президент Картье и ее окружение проходят мимо нас. Джексон опирается о кирпичную стенку, постепенно сползая на землю.

— Ты в порядке?

— Да, почему нет?

— О, я не знаю. Только что прошла твоя мама. Она не сказала привет, не спросила, как прошел твой день, и даже не посмотрела в твою сторону. Вполне нормально из-за этого расстраиваться и переживать.

— Почему я должен переживать? — Он вскакивает на ноги. — Она от меня избавилась, бросила. И как мне это понимать? То, что исходит от семьи Картье, определенно не называется любовью.

Он ударяет стену, выбивая кирпич, затем поднимает его и швыряет в переулок.

— Эй. — Я тяну его за рукав так, что ему приходится посмотреть на меня. — Возможно, она хотела бы тебя узнать. Возможно, ее заставили не видеться и не разговаривать с тобой. Возможно, это не было ее решением. Ты не знаешь наверняка, бросила ли она тебя. Ты не знаешь наверняка, что она тебя не любит.