Стена - Робертс Адам - Страница 143

– Ну да. Урожай, так сказать. Мне удалось извлечь из некоторых хоть какую-то пользу. Другие – просто случайные личности. Пара исследователей: люди, которые прошли на Восток дальше, чем кто-либо еще.

– Ты убил их?

– Вообще-то, – уклончиво начал Чародей, почесывая свое кожаное лицо, – я не могу нести ответственность за всех. Такая честь мне не по плечу. Многие умерли просто от переохлаждения. Не дай я тебе этого костюма, мое сокровище, ты тоже испустил бы дух. Но кое-кому расстаться с жизнью помог действительно я. Они всего-навсего люди, мой ледяной принц. Всего-навсего. Никто из них не относился к нам; никто из них не является Возлюбленным.

– Возлюбленным, – эхом отозвался Тигхи, озираясь в ужасе.

– Хотелось бы напомнить тебе, – сказал Чародей, опять поворачиваясь к ящику, – что мы не располагаем временем в неограниченном количестве. – Он говорил через плечо. – Я надеялся, что это зрелище произведет на тебя надлежащее впечатление. Одно из преимуществ материала, который я вставил в твою голову, заключается в том, что совесть не будет калечить тебя так, как многих других. Подумай о свободе, которую я тебе дал! В действительности я сам поражаюсь. Обычным результатом является довольно скудный набор настроений и психологических расстройств, смена которых осуществляется достаточно резко. Однако в твоем случае речь идет о вполне уравновешенном характере с плавной сменой настроений, о почти идеальном спокойствии. Я достиг совершенства скорее, чем ожидал.

Под аккомпанемент слов Чародея, которые заключали в себе какой-то неведомый для Тигхи смысл, юноша передвигался среди окоченевших трупов. Вскоре он обнаружил тело человека с такой же темной кожей, как и его собственная. Его глаза были открыты, и юноша увидел совершенно белые, как снег, зрачки. Этот человек зажал что-то между коленей.

– Один-два человека доставили все-таки кое-какие хлопоты, и с ними пришлось повозиться, – произнес Чародей, продолжавший шарить в ящике. – Другие покорялись безропотно. Очень забавно. И все же они умерли не напрасно, и это самое главное. Каждый шажок подводит нас все ближе и ближе к преодолению последствий катастрофы, которая постигла человечество.

Потерев перчаткой, Тигхи увидел, что у мертвеца между коленей зажато ружье – маленькое ружье с коротким стволом, которое свободно помещалось в ладони. Ружья такого типа Тигхи видел раньше у солдат Отре. Юноша украдкой посмотрел через плечо на Чародея, но тот был, похоже, всецело занят своими поисками и не обращал на Тигхи никакого внимания.

– Как мы сделаем это, мастер? – спросил юноша.

Сейчас ему было важно отвлечь Чародея разговором, не возбудить у него никаких подозрений. Ум Тигхи работал с предельной ясностью.

– Понимаешь, дело сложное, гораздо более сложное, чем способен понять твой необразованный ум. Однако мы должны сделать эту стену горизонтальной! Должны опрокинуть стену, чтобы взрастить на ней человечество. В этом и состоит мой план. Мой Возлюбленный преследует точно такую же цель. Если бы мы действовали вместе, то могли бы творить чудеса. Однако он не доверяет мне, вот в чем беда. Он мне не доверяет.

– Что ты вставил в мою голову, Чародей? – спросил Тигхи.

Ручное ружье уже почти оттаяло ото льда. Тигхи приложил к нему обе свои руки в излучающих тепло перчатках.

– А? Что? Что я вставил в твою голову? Ну, я надеюсь, что ты сможешь по достоинству оценить мое достижение. Надеюсь ты сможешь понять.

Пистолет высвободился, и Тигхи вытащил его. Черный с коротким стволом и рукояткой, кривой, как рог. Между рукояткой и стволом помещался спусковой крючок, похожий на сосок козы. Тигхи видел, как солдаты стреляют из таких устройств. Он знал, что нужно делать.

– Мне случилось пролететь мимо твоей деревни вскоре после того, как ты родился. Тебе тогда было около года. Я оставил в твоем теле свои устройства, сложный комплекс полимерных полленмашин. Можно выразиться следующим образом: я посадил свое семя, свое металлическое семя в основе твоей головы, чуть выше твоей шеи. Именно оттуда поступает твоя сила, твоя умственная сила. Однако, чтобы вырасти и дать плоды, ему, как и всякому другому семени, требуется время, а в том случае, когда дело касается вживления инородного тела в живую кору головного мозга, успех гарантировать невозможно.

Тигхи набрал в легкие побольше воздуха и решился.

– Мой па тоже здесь? – спросил он.

– Что?

– В этой ледяной комнате. Мой па здесь?

Чародей повернулся и внимательно посмотрел на юношу.

– Но мы говорили о твоих имплантатах! – удивился он. – Почему вдруг тебя заинтересовал твой па? – В следующую секунду он заметил, что Тигхи держит в своих руках какой-то предмет. – Что это? – спросил Чародей.

Тигхи быстро проглотил комок, стоявший от волнения в горле.

– Я нашел это, – произнес он, держа пистолет руками в перчатках.

Все сфокусировалось в его голове с предельной четкостью. Отомстить за своего па. Вернуть ма к нормальной жизни. Тигхи стиснул руки, ощущая тугой спусковой крючок, который никак не поддавался. И вдруг щелчок.

Пистолет взорвался оглушительным громом и выпал из рук Тигхи. Пуля пронзила ледяной воздух, направляясь к Чародею.

На мгновение время замерло, превратившись в такой же вечный, неподвижный лед, как и тот, что находился снаружи. Чародей стоял на месте, и выражение его кожаного лица было, как всегда, непроницаемым. Пистолет выскользнул из рук юноши и упал между окоченевших трупов.

Рука Чародея медленно поползла вниз и остановилась на животе. Покопошившись несколько секунд, его длинные, кожаные пальцы вытащили из складок рубашки черную пульку. Чародей поднес ее к своему лицу и долго рассматривал. Его кожа выдержала прямое попадание пули, которая не смогла продырявить ее.

– Извини, – произнес Тигхи.

– Тебе следует быть осторожным в обращении с оружием, – пожурил его Чародей. Судя по голосу, инцидент не вывел его из себя. Очевидно, он посчитал его чистой случайностью. – Ты мог пораниться. Это означало бы напрасную трату твоего потенциала.

– Должно быть, дело все в холоде, – виновато произнес Тигхи. – Он просто выстрелил сам собой.