Стена - Робертс Адам - Страница 144

– Я и сам это видел. Успокойся. – Чародей просиял. Так, во всяком случае, юноша интерпретировал гримасу, появившуюся на кожаном лице. – Наглядная демонстрация превосходных качеств моей новой кожи. Микрофиламентная сетка, о которой я тебе говорил, очень прочная и очень умная. Она распределяет силу удара пули равномерно по всей структуре практически мгновенно, поэтому я почти не почувствовал его. Так, легкий щелчок. Ловко придумано?

– Очень ловко, – согласился Тигхи.

Перед глазами у него все плыло. Очертания предметов то расплывались, то становились исключительно четкими, даже резкими до боли в глазах. Несмотря на жуткий холод, стоявший в кладовке Чародея, юношу прошиб пот.

– Какой же ты умный, Чародей.

– Естественно. Так на чем я остановился?

– На моих имплантатах, – услужливо подсказал Тигхи. Он лихорадочно шарил глазами, пока наконец не заметил пистолет. – Ты говорил мне.

– Ах да. Так вот, твои имплантаты – в своей основе та же модель, которую я испробовал на нескольких людях. Одни из них теперь лежат замороженные рядом с тобой; другие все еще живы и обитают на мировой стене.

Тигхи схватил пистолет и запихал его в карман своего теплого костюма.

– Вот как? – Его голос выражал удивление.

– Устройства, имплантированные в голову твоей ма, были почти идентичными, то есть одинаковыми.

– Значит, ты вставил эти вещи и в ее голову, – произнес Тигхи, озираясь в поисках какого-либо другого оружия. Было еще устройство, похожее на пушинку одуванчика, но оно лежало в кармане его собственной одежды, на которую сверху был надет костюм, который ему дал Чародей. Юноша не мог расстегнуть этот внешний костюм и достать пушинку, не привлекая внимания Чародея. Он даже не был уверен в том, что ему удастся привести ее в действие. И вдобавок кто мог поручиться за то, что эта штука сможет пронзить крепкую кожу Чародея. Последняя мысль наполнила сердце Тигхи сознанием обреченности.

– Да, – ответил Чародей. – Я имплантировал ей эти устройства, когда она была ребенком. Возможно, я опоздал, потому что в ее характере уже тогда прослеживались некоторые психические аномалии. К счастью, ты их не унаследовал. Либо я нашел тебя вовремя, либо твой метаболизм более соответствовал имплантациям. Ах!

Он поднял что-то из ящика и повернулся к Тигхи. Тигхи взглянул на него. Лицо Чародея исказило подобие улыбки.

– Думаю, нам пора возвращаться на корабль, – произнес он. – Мы и так провели здесь слишком много времени.

Вскинув на плечо мешок, в котором загремели собранные им вещи, Чародей направился к выходу.

Медленно и осторожно Тигхи встал на ноги. У него возникло странное ощущение. Окружавшие предметы приобрели искаженные, кривые очертания, словно юноша смотрел на них в горячечном бреду.

Он, пошатываясь, подошел к Чародею и схватил его за локоть. В этот момент открылась дверь, и они вышли на маленькую платформу. Затем Чародей ступил вперед и слился с ровной ледяной поверхностью. Пурга слепила глаза, швыряя в них твердые, колючие снежинки. Поежившись, Тигхи повернулся лицом к стене и вытянул вперед руки. Из перчатки выползла нить, и юноша полез вверх.

Через несколько минут он уже стоял вместе с Чародеем на крыше корабля.

Оказавшись внутри верхней, зеленой комнаты, чародей вытряхнул содержимое мешка на диван-кровать. Он радовался и в эту минуту был похож на ребенка, получившего подарки.

– Спустимся вниз, – предложил он. – Сначала спустимся вниз и посмотрим, что замышляет мой Возлюбленный. Он очень хитрый, этот мой Возлюбленный. Лучше не терять его из виду.

Он спустился по трапу за Тигхи, на котором все еще был теплый костюм. Юношу, опасавшегося, что ему будет слишком жарко – ведь он был укутан с головы до ног, – ожидал приятный сюрприз. Он не только не вспотел, но и, наоборот, почувствовал освежающую прохладу. Ступив на пол с нижней ступеньки, он кое-как преодолел пространство с искаженными линиями гравитационного поля и уселся рядом с ма.

– Ма, – прошептал он, не отрывая взгляда от Чародея, который медленно пробирался к панели управления. – Я пытался убить его, однако у него волшебная кожа. Прочная.

Стащив с одной руки перчатку, Тигхи дотронулся кончиками пальцев до губ матери. Чародей уже стоял у кресла.

Юноша готов был испепелить его взглядом. Ма, устремив в пространство невидящий взгляд, начала механически сосать кончики его пальцев.

– Итак, – произнес Чародей, всматриваясь в экраны. – Он уже близко. Совсем близко! Возможно, нам понадобится срочно покинуть это место. Все же нас выручают снегопады и метели, которые неплохо маскируют корабль.

Он встал с кресла. Тигхи вынул свои пальцы изо рта матери.

– Итак, – проговорил Чародей, – думаю, у нас еще есть часик-другой до отлета. Что я могу сказать? Прогулка по льду утомила меня. Если ты не возражаешь, я пойду прилягу ненадолго.

Он побрел к трапу и поднялся в верхнее помещение, задраив за собой люк.

Некоторое время Тигхи ничего не предпринимал. Он просто сидел, обняв мать за плечи. Его мысли кружили и кружили так же, как сам он кружился без остановки в жуткой ледяной пещере Чародея. Большая часть сказанного Чародеем не укладывалось в голове юноши. Мир не таков, как он представлял себе раньше. Однако юноша никак не мог осмыслить версию, которую так безоговорочно отстаивал Чародей. Здешняя странная часть стены была совсем не похожа ни на одно из тех мест, где ему уже пришлось побывать. Этого никак нельзя было отрицать, однако, как однажды сказал Ати, стена изобилует чудесами. Возможно, сила Чародея не ограничивается одними машинами, или же у него есть и такие машины, которых Тигхи еще не видел. Чем больше юноша думал об этом, тем вероятнее ему казалось, что своим круговерчением в ледяной пещере он был обязан не гравитационным искажениям, а колдовской магии Чародея. Да и чем, как не колдовским трюком, можно объяснить то, что он никак не мог добраться до верхушки стены, которую ему показал Чародей. Он словно дразнил его.

– Этот Чародей – очень могучее существо, ма, – прошептал Тигхи на ухо полностью ушедшей в себя матери. – И все равно я найду способ одолеть его.