Княжна из клана Куницы. Тетралогия (СИ) - Чиркова Вера Андреевна - Страница 217

— Уже идём, — усмехнулся Берест, поворачиваясь к прадеду, — неужели никого помоложе не нашлось, за нами послать?

— Почему не нашлось? Тут полно фантомов… и все юные. Но разговаривать не умеют. И спрашивать тоже.

— Тебе интересно, о чём мы говорили? — прищурился князь, — могу сказать. Мы решили, что мне нужно ехать с Феодорисом на совет, только пока не выбрали, кого взять с собой, тебя или Дарса.

— Возьми его, — тотчас определился алхимик, — у нас ребенок. Кастине одной трудно.

— Так может лучше ей помощницу подыскать?

— Не хочет, — сразу помрачнел дед, — потому решено, езжайте с Даренсом. Я и сам это хотел предложить… да опоздал. А теперь идём к столу… не хочу я речь племянника пропустить.

Глава двенадцатая

Ольсен провёл их к одному из тех шатров, откуда было лучше всего видно иллюзорное здание храма и Берест с Весей обнаружили там Кастину и княжичей, уже устроившихся на удобных, мягких стульях. А вскоре новоявленные князь с княгиней тоже сидели на оставленных им местах и рассматривали изобилующий самыми изысканными блюдами стол. Ради своего истового желания сделать этот праздник самым необычным и запоминающимся чародеи не пожалели ничего, и достали из своих запасов все редкие яства, диковинные плоды и драгоценные бальзамы и вина.

Просто невозможно было устоять и хотя бы не попробовать все те кушанья, какие Веся любила и о каких только слышала. Несмотря на то, что отец всегда старался побаловать детей и жен и заказывал купцам чужеземные редкости всего того, чем сегодня угощали собратьев чародеи, не мог достать и он.

А затем Феодорис действительно сказал речь, но очень короткую. Напомнил всем, сколько лет они ждали этого счастливого дня, поздравил с победой, очень загадочно намекнул на грядущие изменения в законах цитадели, и предложил сначала выпить по кубку вина или медовухи и перекусить. Судя по его довольному виду и лукавому взгляду, после ужина чародеев ждало нечто особое.

— Про клан сокола он почему-то смолчал… — недовольно буркнул Ансерт, смакуя редчайшее вино из снежной ягоды, — неужели боится?

— Правильно сделал, — заступился за племянника мельник, — сегодня особый праздник, и не нужно его ни с чем смешивать. О новостях объявит через несколько дней, как вернётся из Ставина. Кстати, Даренс, мы тут решили, что на совет вместе с магистром и Берестом нужно ехать тебе. Ты ведь чаще всех ездил договариваться с князьями, а меня они не знают.

— Не сидел бы на мельнице… — буркнул княжич, но договаривать не стал. Только чуть позже поинтересовался, искоса поглядывая на Милу, которую Кастина посадила с другой стороны от корзинки с найденышем, — когда нужно выезжать?

— Так мы сейчас и спросим, — хитро усмехнувшись, пообещал Ольсен, и помахал племяннику, переходившему на правах хозяина от шатра к шатру.

— Неужели у тебя уже появились новые вопросы? — насмешливо поинтересовался Феодорис, появляясь под навесом.

— Разумеется, — довольно фыркнул мельник, — и первый, когда ты собираешься отправляться в Ставин? Или куда там ты вызвал князей?

— В южную крепость. Радмир и Хизген уже были там, а Илстрем сегодня будет ночевать в Тумле. Ну а остальные стоят со своими полками вдоль границ, в этом году никто не остался дома. А зачем ты это спрашиваешь? Неужели собрался со мной?

— Собрался… да не я. Ардест хочет поехать, и Дарса взять. Так вы быстрее договоритесь.

— Ты такую идею подсказал? Не отвечай, мне она нравится. Сам про то думал, да решил дать им отдохнуть.

— Потом отдохнем, — твердо отказался Берест, — Лучше скажи, когда выезжаем?

— А вот сразу после праздника и отправимся. У нас еще быстроходная лодка есть… на несколько человек рассчитана, вас двоих как раз уместим. А Эвеста не против?

— Нет. — Коротко ответила куница, подавив огорчённый вздох, слишком уж быстро подступила разлука, — только я тогда письмо Радмиру напишу, прикажи фантому принести бумагу.

— А я бы хотел с невестой попрощаться, — вдруг объявил во всеуслышание Даренс, и, подойдя к стулу Милы, подал ей руку, — идём, погуляем?

Девчонка бросила Весе встревоженный взгляд, но со стула поднялась и покорно пошла вслед за крепко ухватившим ее под локоток блондином.

— Эвеста? — негромко спросил внимательно наблюдавший за этим странным поступком внучатого племянника Феодорис, — о чём ты задумалась?

— Я не задумалась, — улыбнулась куница, — я отдавала приказ фантому.

— Даренса? — внезапно живо заинтересовался Лирсет.

— Нет, — изумилась Веся, — как тебе такое взбрело в голову?

— Ну, я подумал… — промямлил младший княжич, и уставился на целительницу испытующе, — ну а если не ему, то кому тогда?

— А вот это секрет лекаря, — строго нахмурилась княгиня и с неожиданным лукавством добавила, — тебе же не понравилось бы, если я начала кому-то объяснять все о твоих ранах и болезнях?

Ястреб на некоторое время задумчиво притих, а когда собрался задать еще вопрос, вдруг обнаружил что все встают из-за стола и куда-то идут, и поспешил их догнать.

Возле фонтана уже столпились почти все празднующие и с живым любопытством посматривали вверх, где происходило что-то необычное, и откуда доносилась знакомая всем весёлая мелодия. Однако ни арфиста, ни флейтиста, каковой извлекал бы умелыми пальцами эти задорные звуки, видно пока не было. Зато все сразу разглядели фантомов, созданных в виде широких кресел с крылышками, которые серебристой стайкой отделились от купола храма и слетели на площадь. Заинтересованные чародеи по двое рассаживались в эти кресла, и те тотчас взмывали вверх, унося своих всадников к куполу.

— Ну, вот куда он девчонку потащил? — словно про себя буркнула Кастина, выразительно посматривая на мужа.

— А может, пусть попытаются договориться? — осторожно осведомился он, но тут же разглядел, как ехидно искривились губы травницы и сразу сдался, — да я и сам все понимаю… но ему сейчас лучше ничего не советовать. Дарс упрямый, пока сам не убедится, что делает ошибку, никогда не признается…

— Вот кабы ошибка была не живая, я с тобой согласилась бы, — но он ведь ей солью по свежей ране сыпет!

— Да иду уже, — мрачно вздохнул Ольсен, однако идти никуда не пришлось, из-за шатра почти бегом выскочила Мелания и бросилась к травнице.

— Я с тобой полечу, или с кем?

— Садись, — согласилась Кастина, — Ольсен, а ты посидишь вон хоть с Лирсом.

— Может, лучше она сядет с Лирсом? — тотчас нашел другое решение прадед, однако занять место рядом с женой не успел, там уже сидела ученица и цепко держалась за ручку корзины.

— Извини, Оль, — сочувственно улыбнулась насупившемуся мельнику жена, ласково провела ладонью по его щеке и села рядом с Милой, чтоб в следующую секунду, тихо охнув, взмыть вместе с нею в темнеющее небо.

— Как приятно видеть такие нежности, — едко сообщил голос незаметно подошедшего Даренса, — а еще милее, что пустые пирожки достаются не мне одному.

— Не мели глупостей, — мгновенно вскипел Ольсен, расстроенный разлукой с любимой, — все тебе достается полной мерой. И природа ничем не обделила, да и судьба подкинула и родичей знатных и друзей верных. Да и девицы на тебя гроздями вешаются, грех жаловаться!

Прадед шлепнулся на фантома рядом с Ранзелом, и умчался догонять Кастину с ученицей. Дарс стиснул губы и решительно шагнул к креслу Лирса.

— Придется тебе полетать со мной.

Оказавшись возле купола, Веся наконец рассмотрела музыканта, немолодой маг сидел на пушистом, как облачко фантоме с длинной серебряной дудой в руках и ловко перебирал пальцами по блестящим кнопочкам. Но почти тотчас с необычайного инструмента, какого княгиня не видывала ни у кого в Этросии, её внимание обратилось на густые струйки радужно окрашенного тумана, расходящиеся от волшебной свирели вместе с мелодией, явно усиленной магией.

Эти яркие струйки не таяли, а свивались в замысловатые узоры, постепенно превращаясь в прекрасные цветы и плоды, диковинных бабочек и стрекоз, птиц и животных. И все эти разноцветные диковинки оседали и снова взлетали, колыхались и кружились, словно захваченные в плен незримым и неощутимым ветерком. Их становилось все больше, и они постепенно заворачивались в летящую вокруг купола красочную карусель, вовлекая в свое кружение и кресла с завороженно примолкшими чародеями.