Княжна из клана Куницы. Тетралогия (СИ) - Чиркова Вера Андреевна - Страница 256

— Слишком долго смотрела на горячий светильник, — вздохнула еще одна из женщин, разматывая полотно, — мы никогда не думали, что тут так опасно. Старшая мать говорила совсем другое.

— Значит, она пришла сверху, — догадалась Веся, поглядывая на ту женщину, которая вошла последней, старательно прикрывая концом тряпицы спящего у её груди ребёнка, — мы же все живем и ничего…

Она на миг задумалась о том, как много опасностей поджидает при выходе из подземелья людей, родившихся в его тесной глубине, и ничего не знающих о жизни на поверхности. Солнце и грозы, зыбучие пески и болота, обрывы и скалы, да даже обычные насекомые, не говоря про змей и хищников. И тут же оставила эти мысли, услышав робкий вопрос:

— А у кого жил Шаиль?

— У моей матери, она его очень полюбила. А почему ты стоишь? Садись, разворачивай его, сейчас искупаем и покормим. Вам тоже неплохо бы искупаться, жара небось непривычна? — вздохнула Веся, и осторожно добавила, глядя на воспаленные лица, с узкими щелками вместо глаз, — И если вы хотите, я вылечу ваши ожоги.

Женщины переглянулись и смолчали, видимо ожидая распоряжения Телины. Уговаривать их целительница не стала, она свое дело сделала, предложила помощь. А старуха наверняка слышала всё сказанное, пусть попросит, если сочтет нужным.

В следующие четверть часа женщины торопливо умывались и купали ребенка, задав только один вопрос, можно ли брать висящую в купальне одежду.

— Для вас и вешали, — уверенно сообщила Веся, даже не сомневаясь, что говорит правду. Ну не для неё же Феодорис так поспешно притащил откуда-то мешок тряпок?

— И как ты будешь их лечить? — осведомилась старуха, когда все ее спутницы, чистые и переодетые в свежую походную одежду, уселись вокруг стола, стараясь держаться подальше от хозяйки, — тоже своего лекаря бросишь? А он нас никуда потом не поведет?

— Я чародейка и целительница, — разрешила себе оскорбиться Веся, — а не злобный шаман! Мне вы совершенно не нужны… если бы Кася так не убивалась по ребенку, я бы про вас вообще забыла!

— Зачем тогда хвост с собой привела? — чувствовалось, что Телина ей поверила, но пока еще не желала в этом признаваться.

— Это мои собратья. Муж, родичи, друзья. Они никогда не отпустили бы меня в опасное место одну. У нас мужчины защищают женщин… разве ваша старшая мать ничего не рассказывала?

— Она много врала… — нехотя протянула старшая, и подтолкнула к Весе ту женщину, которая держала в руках ребенка, — лечи ее, Нуйве посмотрит.

— Антика у нее заберите, — посмотрев на спящего малыша, вздохнула Веся, — и не держите его всё время в тряпках, немного открывайте, а то сопреет. Да не бойтесь… ему солнце не страшно.

Пока целительница открыто запускала в женщину крошечного лекаря, давала ему приказы и добавляла силы, одарённая смеска следила за ней слезящимися щелочками, не переставая жевать пирог с рыбой, а когда лечение подошло к концу, робко взглянула на старшую:

— Можно, теперь меня?

— Только сама следи… — с сомнением вздохнула Телина, — ты и сама знаешь…

— А в ней тоже сидит фантом, — едва коснувшись девчонки нитью силы, почувствовала Веся, — зачем? Или она подневольная?

— Что такое подневольная? — нахмурилась старшая, и княгине пришлось ей кратко объяснять.

— Все те женщины, которые сейчас пьют воду нашего источника — подневольные. Они должны делать все, что прикажет хозяин сидящих в них фантомов. Приказали им идти на Антаиль, они и пошли, бросили детей, хозяйство и жилье. А теперь бегут назад как ошалелые, думают как там дети?

— Тех, у кого маленькие дети, мы не брали, — с превосходством заявила Телина, — они остались следить за скотом, который ты зовешь мужчинами. А скоты теперь следят за детьми, готовят еду и кормят лошадей.

— Вот как, — на миг призадумалась княгиня, и тотчас твердо взглянула в глаза старой смеске, — может у вас и так, я не спорю. Но у нас мужчины не скотина, а защитники и добытчики.

— Она не врет… — пробормотала Нуйве, и снова попросила, — пусть вылечит, а?

— Могу сразу и фантома из нее убрать, а взамен пустить своего лекаря, тогда ей будет намного легче привыкать к жизни наверху, — внешне равнодушно предложила целительница старухе и замерла в ожидании. А заметив мелькнувшее в глазах той сомнение, добавила, — вдруг вам встретится шаман… умеющий управлять фантомами, и возьмет над нею власть?

— Убирай, — потемнела Телина, и Веся немедленно приступила к работе.

Привычно запустила в девушку своего фантома, выдав ему приказы и дополнительную магию, а пока он потихоньку высасывал шаманское создание, отправила свою силу снимать воспаление с ошпаренного солнцем личика пациентки, стараясь не выпускать из виду странных гостей.

А они с интересом разглядывали и охотно пробовали еду и питьё, изучали новую одежду и обменивались мнениями, все больше напоминая Весе стайку сельских детей на ярмарке в Ставине. И чем дольше она представляла, как они станут жить среди лживых и жестоких хингаев, которые, даже попав в плен к шаманьим фантомам, не перестанут строить каверзные планы, тем больше мрачнела. И всё яснее понимала, как ей не хватает помощи Феодориса и Сарга. А еще любящего взгляда Береста.

— Знаешь, Телина, — доверительно глядя в глаза гостье, мягко произнесла Веся, — теперь, когда я тебе всё объяснила, пора познакомить вас с моими собратьями. И не смотри так сердито, их вам бояться нечего. Они и близко к вам не подойдут, сядут в сторонке и просто зададут несколько вопросов… но не про ваши секреты. А я пока буду лечить остальных.

— Хорошо, — помолчав, нехотя согласилась та, — но мы с ними разговаривать не будем. Пусть спрашивают тебя.

— Дест, — достав выданную ей ягодку для срочных сообщений, проговорила туда Веся, — можете прийти в шатер, но не все, человек пять. Сядете поодаль, вопросы задавать будете через меня.

Чародеи и княжичи появились в дверях почти молниеносно, бывшие узницы едва успели сесть в один уголок.

— Мы расположимся тут, — мигом сообразил Феодорис и, едва сев на скамью напротив Телины, задал вопрос, ответ на который Веся и сама хотела бы знать, но очень боялась спугнуть им гостий, — спроси их, куда делся Канзай?

— Зачем ему это знать? — тотчас подозрительно прищурилась Телина, — спроси, Эвесталия!

— Да на этот вопрос я и сама могу тебе ответить, — уже сообразив, отчего бывшие узницы так ненавидят мужчин, сердито фыркнула Веся, — чтобы убить. И прах по ветру развеять, не заслужила эта мразь даже могилки. Столько зла, сколько он причинил этим степям и окрестным странам, не смогли все орды тех, кого вы теперь называете скотами. И мне ничуть их не жаль, они заслужили ту участь, к какой ты их приговорила… Хотя и не знаю, за что. Но вот смотрю на вас и все яснее понимаю, как трудно вам придется все время за ними следить. Ведь среди женщин есть такие, кто любит своих мужей, и потому доверять вы сможете только самим себе. А у вас на руках ребенок… и он, между прочим, тоже вырастет мужчиной. Тогда вы и его сделаете скотом? Но хуже всего другое, вы не знаете о жизни наверху самых простых вещей, вас легко заманить в ловушку и подчинить себе любому шаману, который пожелает стать хешизом или даже ханом.

— Ты все верно сказала, — мрачно кивнула княгине Телина, — только деваться нам некуда. Мы посадили туманных зверей и в хана и в хешиза… они оказались такими же злыми, как Канзай. А его мы убили сами… после того, как он приказал туманному зверю, прятавшему Шаиля, вернуться в пещеру и убить чужаков. Он знал, что я не имею шаманьей силы и не боялся меня, даже приказал слушать меня зверям, которые помогали собирать в дорогу ценности. А потом забыл, он много работал… придумывал разные ловушки, и зверей и крыс, которые едят камни и злой яд… много всяких гадостей. По дому стало опасно ходить, а когда он послал Лафиру с сестрами в соседние пещеры за осколками светящихся камней, женщин сожрала какая-то зеленая пена. Но он даже не пожалел… а потом отправил Иссу и она тоже пропала. Тогда я поняла, что так он проверяет новые ловушки… и начала тайком готовить зверей, их можно немного научить, если есть терпение. Но он позвал в свою спальню Байлу и через пять обедов вышел оттуда совсем молодой… а её больше не было. А она была такая милая и добрая… и умела исцелять.