Леди Дерзость - Робинсон Сьюзен - Страница 52

— Если ему повезет — он меня не отыщет.

— Он носится везде, как ужаленный медведь, и кричит, что ты расстроил все его планы.

— Ну, кое в чем я ему действительно помешал.

Блэйд освободил руку и пошел вверх по лестнице. Мэг, идя рядом, тронула его за плечо.

— Джек Миднайт не прощает тех, кто перешел ему дорогу.

Блэйд задержался перед дверью в свою комнату

— Мэг, Джек Миднайт — ангел по сравнению с тем, у кого мы гостили эти несколько дней. А теперь, если ты пришлешь мне бочонок эля, я буду тебе очень благодарен. С его помощью я надеюсь о многом забыть.

23

— Клянусь ранами Христа, это все наделали вы!

Голос Ориел звенел под сводами зала в доме ее кузена Джорджа. Ориел нервно ходила взад и вперед перед лордом Фитцстивеном, своими кузенами и тетушками, и юбка билась об её ноги.

— Мы должны были пожениться как раз сегодня!

— Я найду его, — сказал отец Блэйда.

Ориел повернулась к нему. Она наступала на лорда Фитцстивена, устремив на него пылающий взгляд.

— Если вы не покинете этот город немедленно я найму головорезов, чтобы они перерезали вам глотку. Сотню головорезов — лишь бы это было сделано быстро.

— Маленькая дрянь, тебя нужно выпороть. — Лорд Фитцстивен поднял руку.

Джордж, издав возмущенный возглас, стал между ним и Ориел, но она отодвинула его рукой. Шагнув вперед, она подбоченилась:

— Попробуй поднять на меня руку, и я оторву ее зубами. Я знаю, кто ты такой. Ты — тот, кто бьет женщин и детей. Благодари Бога, что я воспитана как христианка, иначе я вырвала бы с корнем твое мужское богатство за то, что ты сделал с моим Блэйдом.

Родственники смотрели на нее с изумлением, что-то беззвучно шепча. Ориел ткнула пальцем в грудь Фитцстивена. Тот так сморщился от ярости, что стал похож на спелое яблоко.

— Убирайтесь, сударь, или я попрошу своих кузенов выбросить вас на дорогу, и вы будете валяться там среди мусора и дохлых собак.

Лорд Фитцстивен что-то злобно прорычал, но, заметив, что Джордж и Роберт положили руки на рукояти шпаг, выбежал из зала.

— Ори-ие-ел! — повысила голос тетушка Ливия.

— Какая невоспитанность! Это меня убивает! — добавила Фейт.

Ориел пропустила эти замечания мимо ушей и повернулась к Джорджу и Роберту. Взяв Джорджа за плечо, она сказала:

— Прекрати ныть. Ты либо найдешь того, с кем я обручена, либо я найму людей, которые перережут тебе горло. Помни, что у меня есть пять шкатулок с драгоценностями, и я могу потратить их на эти цели. Давай, иди.

Роберт подтолкнул Джорджа к выходу. Ливия с изумлением смотрела, как послушно уходит ее сын, затем подняла голову и крикнула:

— Джордж!

Но Джордж уже исчез за дверьми, и она обрушилась на Ориел:

— Ты — бесстыдная маленькая шлюха!

Ориел поднесла кулак к ее носу.

— Моим самым большим желанием всегда было дать тебе в нос. Я мечтала об этом восемь лет.

Глаза Ливии стали круглыми и большими, как плоды граната.

— Ты не осмелишься.

— Из-за вас я потеряла любовь. Я осмелюсь на все.

Ливия вскрикнула, повернулась и бросилась из комнаты. Ориел направилась к Фейт, но та тоже подобрала юбки и побежала за Ливией. Ориел медленно разжала кулаки и закрыла глаза. Перед ее взором снова встали глаза Блэйда, глаза цвета штормового неба, смотревшие на нее и не видевшие ее, потому что в них застыла боль. В этих глазах пылали адское пламя и ненависть к себе.

Он полагал, что представляет опасность для нее, и был готов поступиться своими желаниями, лишь бы не причинять ей вреда. Она видела, что перемена произошла в нем именно в тот миг, когда он увидел своего отца. Тогда-то он и принял решение, и она осталась одна.

Но Ориел не позволит себя бросать. Она разыщет его и заставит выполнить обещание прежде, чем он впутается в какую-нибудь новую интригу. Она найдет его и посмотрит ему прямо в глаза; и это должно произойти как можно быстрее, пока его решение никогда ее не видеть не окрепло.

Джордж и Роберт шли по следам Блэйда три дня, пока не наткнулись на человека, которого звали Иниго. Притащив его к Ориел, оба сияли и были счастливы, как ищейка, притаскивающая хозяину фазана. Иниго глядел своими черными глазами на Ориел поверх повязки и говорил так, как будто в его носу была вата.

— Ты — Иниго?

— Да, леди. А вы — та, которую мы спасали. — Он бросил взгляд на Джорджа.

— Ты немедленно приведешь меня к Блэйду. Он не живет в своем доме. Видно, где-то скрывается?

— Я не могу сказать вам этого, леди.

— Иниго, меня похищали, били, я переправлялась через пролив и обратно, спала на земле и в грязи, и все это — чтобы потерять своего господина, как только вернусь домой?

Она выхватила спрятанный под одеждой кинжал и наставила его на повязку, закрывавшую лицо Иниго.

— Если ты не скажешь, где он, я докажу, что не только он заслуживает прозвище Кинжал.

Иниго быстро схватился за свой нос.

— Боже милосердный, вы такая же, как и он!

— Нет. Он всегда давал время для размышлений. А я отрежу твой нос немедленно.

Она поднесла кинжал ближе к его лицу.

— Подождите, леди! — Иниго отпрянул с быстротой змеи. — Вам не понравится, если вы узнаете, где он находится. Это место — не для вас.

— Я вырву тебе ноздри.

— Он находится в «Лысом пеликане».

— Покажи мне дорогу!

— Но он отрежет мне не только нос, если узнает, что это я навел вас на след.

Ориел подняла свой плащ со стула.

— Тогда выбирай. Или я заколю тебя сейчас, или ты вверишь свою судьбу провидению. Джордж, Роберт и ты будете меня сопровождать.

— Я не хочу попадаться ему на глаза, — сказал Роберт.

— И я, — сказал Джордж с виноватым видом.

— Их можно не брать. Я пойду, — сказал Иниго.

Они пришли к «Лысому пеликану» до наступления темноты. Дорога к таверне была заполнена телегами с сеном и животными; им попадалось навстречу множество торговцев, носильщиков и подмастерьев. Сама улица была тесной, стиснутой между двумя заборами так, что ничего, кроме маленькой таверны, там бы и не поместилось. Иниго ввел Ориел внутрь, и на мгновение она ослепла, попав в темноту. В те времена окна не открывались, и потому вонь от свечей заставила ее зажать нос. Ориел набросила капюшон на голову, но их появление все же привлекло внимание посетителей: здесь редко бывали люди, одетые, как Роберт и Джордж. Ориел оглядела таверну, и ее взгляд остановился на женщине с наполовину обнаженной грудью, которую ласкал какой-то молодец. Джордж не смог удержать вздох.

— Лесли любил посещать это место.

Ориел хотела рассказать ему кое-что о Лесли, но сдержалась. Это ничего не изменит, да и стоит ли причинять Джорджу боль?

— Идемте, леди. Не стоит здесь задерживаться.

Иниго повел ее по лестнице на второй этаж, и тут они натолкнулись на женщину с пышными соломенными волосами; она загородила им дорогу. Блондинка глянула на Иниго, затем — на Ориел и ее эскорт и снова на Иниго.

— Ты ошибаешься, Иниго, если думаешь, что можешь приводить сюда любого, кого тебе вздумается.

— Мэг, — сказал Иниго, — это — не кто вздумается.

Ориел откинула капюшон.

— Она это знает.

— Да, знаю. Мне описывали эти буйные кудри и зеленые глаза столько раз, что я была готова кричать от ярости. Он умеет заставить женщину кричать, этот Блэйд.

Ориел расстегнула свой плащ и отдала его Роберту.

— Это верно.

Мэг прислонилась к стене.

— Это верно, — повторила Мэг. — Но что касается вас, то вам лучше отсюда убраться. Он не хочет вас видеть. Он не хочет видеть никого, кроме меня.

— Ориел, покажи-ка, какого цвета у тебя монеты.

Джордж извлек на свет Божий туго набитый кошелек, но Мэг покачала головой.