Приключения Гаррета. том.2 - Кук Глен Чарльз - Страница 342

— Ах ты червь! Гнойный прыщ на заднице греха! Ах ты… — последовали другие незаслуженные оскорбления. В большом количестве. Благодаря более длинным конечностям, а также отточенным боевым навыкам мне в конце концов все же удалось обойти эту толстую каргу и спастись бегством.

Она не преследовала меня.

Оказавшись за дверью, где меня уже не было видно, я остановился и стал слушать, как она обращает свой гнев на бездвижное тело никчемного, упившегося вином старого ублюдка Биттегурна Бриттигарна.

К тому моменту, когда я двинулся домой, я был уверен, что знаю, почему Бриттигарн завел роман с прокисшим виноградом.

27

Вооруженный новым чудесным знанием, я не спеша направлялся в свою часть города. Я не обращал внимания на то, что происходило вокруг. Лишь через некоторое время я осознал, что мой полицейский ангел-хранитель куда-то делся, а Паук Уэбб снова идет за мной.

Паучок всего-навсего хотел знать, куда я иду и с кем собираюсь встретиться. Ха-ха. Я довел его до Аль-Хара и пошел себе дальше, получив очередной отказ в доступе к Блоку и Релвею. Отрицалось даже само существование Релвея, несмотря на то что его публично провозгласили главой Конфиденциальной Комиссии по Королевской Безопасности. Я еще раз прошелся мимо жилища Жнеца Темиска. Его не было дома. Я обошел «Пальмы», не потревожив Морли Дотса или кого-либо из его тронутых приспешников. К тому времени мои глаза уже съезжались к переносице — мне не стоило вставать так рано.

Я налетел на Плоскомордого Тарпа в четырех кварталах от дома. Он был не один. Я не успел вовремя нырнуть в сторонку.

— Эгей, жопоголовый! — заревела Торнада. — Я тебя видела! Не вздумай пытаться улизнуть!

Эта женщина имеет склонность высказываться на полной громкости. Тарп, кажется, был смущен тем, что его застали в такой компании.

Торнада выглядит очень недурно. Она блондинка и все, что надо, расположено у нее там, где надо, — причем боги не поскупились, создавая эти лучшие части. Однако в ней есть несколько особенностей, отвлекающих от ее естественной привлекательности: размеры и манера поведения. Ростом Торнада чуть ли не выше меня, а что до манер, то она ужасная склочница… и это еще мягко сказано. К счастью, мне в последнее время, как правило, удается ее избегать.

Плоскомордый попытался соорудить на лице извиняющееся выражение, не говоря при этом ничего такого, за что ему могли бы надрать задницу.

— Я тут поискал то, что ты просил меня найти. Я знаю, где оно.

— Вот как? То есть ты знаешь, где это находится в настоящий момент?

Собственно, я видел Пенни Мрак в квартале от нас: ее незаметное поведение бросалось в глаза. Она держалась в тени и выжидала. Она шла следом за Тарпом и его конвоиршей — без сомнения, пытаясь выяснить, что за человек ее выслеживает и с какой целью.

Возле самого моего уха раздался писклявый голосок:

— О, вы действительно Гаррет? Тот самый Гаррет? Человек, который…

— Да, это определенно он, — подтвердила Торнада. — Человек, который.

Поставленный рядом с Торнадой, этот парень был практически невидим. Он был на десять дюймов ниже нее, худющий как скелет, бледный как труп и дерганый, как шлюха на воскресной проповеди.

— Меня зовут Ион Сальватор, мистер Гаррет, и для меня огромная честь познакомиться с вами. Я так много о вас слышал!

— Его зовут Пилсудс Вильчик, — рявкнула Торнада. — А я зову его Прилипала!

Ион Сальватор вымученно улыбнулся.

— Это тот парень, о котором я тебе рассказывал, — сказал Плоскомордый. — Который ходит за Торнадой по пятам и записывает все, что она делает.

Ион Сальватор снова улыбнулся и закивал. Я спросил его:

— Зачем это тебе?

— Потому что я обалденно героическая фигура, но на героизм уходит столько времени, что мне некогда записывать сагу о самой себе, — ответила за него Торнада.

— Не говоря уже о том, что ты и писать-то не умеешь, а?

Плоскомордый засмеялся.

— По правде говоря, все дело в том, что она как-то раз дала этому малому, когда нагрузилась так, что лыка не вязала. И ему так понравилось, что с тех пор ей никак не стряхнуть его с хвоста.

— Все было не так, — сердито проворчала Торнада. — Во всяком случае, не совсем.

Я взглянул на Иона Сальватора: похоже, он не возражал против того, чтобы о нем говорили так, словно его здесь не было. Наверное, так было на протяжении всей его жизни. Бывают такие люди — невидимки от природы. И бывают времена, когда я им завидую.

Сальватор вытащил маленькую дощечку, к лицевой поверхности которой кнопками были прикреплены несколько листков дешевой бумаги, и принялся яростно строчить. Его стило было из тех, что делают на нашей фабрике — той самой, где я владею небольшим пакетом акций.

Жалейте его, если хотите, но ведь Ионы Сальваторы не с неба берутся. Они сами стали такими, какие есть.

— Рад познакомиться, — сказал я. — Только не пиши ничего такого, что Стража могла бы использовать в качестве свидетельства.

Интересно, что он делал на войне? В любом случае он, очевидно, выжил.

Торнада насмешливо фыркнула.

— Ты ведь всегда ходишь по краю, дорогуша, — пояснил я ей.

Такова ее натура. Она сама не хочет ничего другого. Ну я-то не против — пока она не втягивает меня в свои заварушки.

— Плоскомордый, скажи-ка еще раз: где, по-твоему, находится сейчас предмет нашего интереса?

— Где-то отсиживается, наверное. Не хочет лишний раз высовываться.

— Вообще-то она как раз за твоей спиной, околачивается перед угольным амбаром Скаттлмена. И следит за тобой.

Никто не повернул голову, даже Прилипала.

— Черт! Больно она сметлива для своего возраста, — пробормотал Тарп.

— Не знаю, не знаю… — У множества ребят как раз такого возраста вполне хватает смекалки, чтобы выжить. Плоскомордый и сам когда-то был таким. — Возможно, у нее действительно больше талантов и возможностей, чем у других.

Плоскомордый выжидательно уставился на меня.

— Я иду домой, — сказал я. — Если кто-нибудь завернет ко мне с особым призом, возможно, я выйду к нему, держа в руках жирный кусок.

— Понял.

Торнада сделала попытку вмешаться, надеясь оторвать кусочек и для себя, но я проигнорировал ее. Это, впрочем, не всегда является мудрым решением: она способна сбить тебя с ног просто для того, чтобы привлечь к себе внимание.

— Неплохая работа, Плоскомордый. Следующее, что ты можешь для меня сделать, — это найти Жнеца Темиска.

— Этого темного адвокатишку?

— Его самого. Не очень выставляйся, особенно если действительно найдешь его. Учитель Уайт тоже его ищет, и совсем не для того, чтобы вручить ему подарок на день рождения.

— Понял.

— Ну, тогда увидимся. Да, и еще одно… Торнада! Хочешь изумить богов неба и земли до потери пульса?

— А что?

— Держись подальше от неприятностей.

— Ты просто лошадиная задница, Гаррет, и ничего больше!

— Зато очень уютная, теплая и милая.

— Такая же милая, как эти гигантские дикобразы — громовые ящеры.

Настоящая женщина! Что бы там ни было, а она всегда оставит последнее слово за собой. Поскольку женщины живут дольше, для меня не было смысла пытаться выиграть спор упрямством, так что пришлось убираться подобру-поздорову.

Ион Сальватор записал все до последнего слова.

28

Подойдя к дому, я почувствовал, что что-то немного не так, как раньше. И дело было не только в том, что вокруг дома околачивались стражники и люди Учителя Уайта — Уэлби Делл с приятелем. Напарником Уэлби был альбинос ростом под два метра, настолько исхудавший, что одна маленькая девочка как-то назвала его Скелинг-тоном. Кличка прилипла. Судя по всему, они не замечали, что находятся в присутствии представителей закона. Закон же, с другой стороны, отлично их замечал. Релвеевы гонцы были повсюду. Жилище миссис Кардонлос кишело, как развороченный муравейник.

Я постучал в дверь (по-видимому, мастер так еще и не приходил — мой ключ оказался абсолютно бесполезен). Меня впустила Пулар Синдж.