Крылья Победы - Руденко Сергей Игнатьевич - Страница 127

Лейтенант Власов — один из летчиков славной 198-й штурмовой дивизии, которую возглавлял Герой Советского Союза полковник В. И. Белоусов. Она отличилась еще в начале Берлинского сражения, при прорыве тактической обороны противника. Помнится, тогда генерал В. А. Вержбицкий, командир 80-го стрелкового корпуса 5-й ударной армии, сообщил нам: «198-я штурмовая авиационная дивизия сыграла важную роль в обеспечении успеха стрелковых частей».

Каждый день великой битвы мы начинали с уяснения положения своих войск. Так было и сумрачным утром 26 апреля.

Несмотря на неблагоприятные метеоусловия, 26 апреля мы произвели 1244 самолето-вылета, из них большую часть на бомбардировку и штурмовку узлов сопротивления. Противодействие немцев в воздухе было весьма слабым. В течение дня только одна встреча наших истребителей с вражескими самолетами закончилась боем. Теперь стало правилом, что если они не встречали врага в воздухе, то атаковали наземные цели, уничтожая живую силу и технику противника.

Во время уличных боев в Берлине в условиях ограниченной видимости из-за дыма и пыли действия штурмовиков и бомбардировщиков сводились к непосредственному сопровождению наступающих войск. При этом «Петляковы» подавляли огневые средства вблизи переднего края.

Взятые в плен гитлеровские генералы и офицеры высоко отзывались о действиях нашей авиации. Так, генерал-лейтенант Бауэр — шеф-пилот Гитлера сказал: «Я могу единственное сказать, что мы сидели в подземных этажах имперской канцелярии, не имея возможности выйти взглянуть на белый свет»[38] .

А вот что говорил пленный подполковник Эрнст Отто: «Если англо-американцы прилетали армадами ночью и действовали в течение получаса, то русские небольшими группами по 15 — 20 самолетов действовали в течение всего дня. И в том и в другом случае, я думаю, авиация достигала своей цели.

Я считаю, что русские летчики отлично справились с задачей поддержки наземных войск в операции по овладению Берлином. Каждая сброшенная ими бомба выводила из строя определенный участок нашей обороны, и не только своими разрушительными действиями, но и подавляла морально. Насколько я мог наблюдать, воздушная разведка у русских поставлена очень хорошо. Над нами беспрерывно кружили русские самолеты-разведчики, контролировавшие, очевидно, движение вокруг Берлина. Я знаю, что такая глубокая ориентировка очень важна для наземных войск».

Летчик Оскар Вагнер, летавший на истребителе-штурмовике ФВ-190, показал: «В первом и последнем моем вылете против русских 29 апреля была поставлена задача — штурмовать колонны русских войск на дорогах западнее Берлина. Это было рискованно в такой сложной воздушной обстановке. В воздухе было очень много русских самолетов, и они беспрерывно патрулировали в районе действий своих наземных войск. Но, несмотря на это, мы шли на риск, а точнее, на верную гибель, шли, как смертники. О соотношении сил авиации мне судить трудно, я могу сказать только одно, что в воздухе в настоящее время абсолютное превосходство русских».

Таким образом, наша авиация главные усилия направляла на поддержку наземных войск, штурмовавших последние бастионы фашистского рейха. Штаб воздушной армии, оценивая обстановку и развитие операции в целом, принимал все меры к тому, чтобы все виды авиации были использованы с полным эффектом на заданных участках. Трудным делом оказалась для нас организация взаимодействия наших частей с армиями, которые шли на Эльбу. До них было далеко, и мы решили перебазировать истребители и штурмовики на аэродромы западнее Берлина. Здесь нам очень помогла радиорелейная связь. Находясь в восточной части Берлина, я разговаривал по телефону с командирами истребителей и штурмовиков, находившихся на западе города, ставил им задачи.

В Берлине штурмовые части упорно продвигались вперед. На аэродромы, находившиеся в черте города, мы решили перебросить свои части. На Альтерсгоф посадили полки 13-го истребительного и 9-го штурмового корпусов, на центральный Темпельгоф перебазировались части во главе с подполковниками П. Б. Данкевичем и Г. В. Громовым. Когда прилетела туда первая пара истребителей, вокруг еще шел бой, по самолетам били зенитки. Но, несмотря на это, машины приземлились и… были обстреляны из минометов. Правда, наши артиллеристы выручили летчиков. Метким огнем они быстро заставили замолчать вражеские батареи. В то же время на полосу Шенефельд приземлились самолеты истребительного полка, которым командовал подполковник Н. Г. Худокормов. Перебазированием руководили командир корпуса Б. А. Сиднее и командир дивизии С. И. Миронов. Летчики, перелетевшие поближе к объекту действий, оказали большую помощь войскам, штурмовавшим центр города.

На следующий день мы прилетели на аэродром Темпельгоф вместе с главным маршалом авиации А. А. Новиковым. Познакомились с боевыми действиями полка, с задачами, которые он выполнял. Посмотрели огромное летное поле, на котором находилось много немецкой авиационной техники, в том числе новейшие реактивные самолеты.

27 и 28 апреля стали переломными днями в ходе боев за Берлин.

2-я танковая армия, рокировав главные силы к востоку и нанося удары в южном направлении навстречу войскам 1-го Украинского фронта, овладела большей частью района Шарлотенбург. 3-я ударная армия, взаимодействуя с танкистами, овладела районом Моабит и вышла на северный берег Шпрее на участке севернее Лютцова. 5-я ударная армия, развивая наступление между Ландверканалом и Шпрее, полностью овладела северной частью района Крейцберг.

Взаимодействуя с правофланговыми соединениями 1-го Украинского фронта, 8-я гвардейская и 1-я танковая армии в течение двух дней овладели восточной частью городского района Шенеберг и к исходу 28 апреля вышли на линию Анхальтерштрассе — южный берег Ландверканала до Лютцовштрассе. Теперь части 8-й гвардейской и 3-й ударной армий разделяла двухсотметровая полоса парка Тиргартен. Одновременно танкисты 1-го Украинского фронта, наступая в северном направлении, завязали бои в южной части района Вильгельмсдорф.

В итоге двухдневного наступления создалось критическое положение для вражеских войск, оборонявших столицу рейха. Наши войска подошли непосредственно к рейхсканцелярии, где нашли свое последнее убежище остатки немецкого фашистского правительства. С соединением войск 3-й ударной и 8-й гвардейской армий гарнизон Берлина был бы расчленен на две изолированные части.