Превратности судьбы - Михайлюк Дмитрий - Страница 21

— Десять десниц по сто тиков.

— А тик это сколько? — продолжил спрашивать Толик. И правда, мы в этом мире практически сутки и включиться в местное время для нас было крайне необходимо.

— Сто ударов сердца, — ответил Оз и зачем‑то хлопнул себя рукой по груди.

— Принимая за нормальное сердцебиение семьдесят ударов в минуту, имеем, что их десница приблизительно равна двум с половиной часам, т. е. в сутках у них двадцать пять часов и сейчас где‑то пол–одиннадцатого, — выдал я через секунду, неожиданно для самого себя.

— Тебя вчера по голове не били? — удивленно смотря на меня, спросил Андрей.

— Ты что, вчера пил без нас, калькулятор ходячий? — улыбнувшись, вторил ему Толик.

— Да идите вы, — ответил я. Вроде больших математических способностей я за собой не замечал, а тут — на тебе. И я был удивлен этому не меньше, чем мои друзья.

Оз усмехнулся и продолжил.

— Принцесса рвет и мечет. Она уже с утра в дорогу собралась, а будить дорогих гостей после банкета не принято. Вот и сижу здесь по приказу Его Высочества, вас жду, — сказал Оз и, вспомнив про недопитый напиток, взял опять кружку в руки.

В общем, деваться было некуда, и мы приступили к сборам в дорогу. Закинув наши нехитрые пожитки и мешки с золотом в машину, мы присели перекусить продуктами, оставшимися еще после пикника. Не забыли пригласить и Оза. Было заметно, что воин с интересом пробует нашу пищу. Особенно его удивили чипсы, которые я взял с собой похрустеть во время дороги, но засунул их слишком далеко в рюкзак и потом поленился за ними лезть. А во время пикника хватало и натуральных продуктов.

— Оз, — виновато обратился я по мыслесвязи к советнику во время импровизированного завтрака.

— Чего? — буркнул он, видно, еще сердясь на меня.

— Ты это, зла не держи, за то, что я на тебя концы перевел. Если бы я что‑то попытался объяснить в тот момент принцу, меня бы никто не послушал и неизвестно, чем бы дело закончилось. А так вроде все хорошо обернулось, — сказал я, пытаясь помирится.

— Да, Якубу тебе в гости, — ответил Оз. — Знаешь, как эти мальчишки меня чепухвостили, несмотря на то, что я им в отцы гожусь? Потом, конечно, принц меня поблагодарил, но все же больше так не делай.

— А ты неплохо выглядишь, я бы тебе дал всего сорок, — искренне удивился я.

— Ну так мне дряхлеть нельзя, знаешь, сколько на мне всего? Нужно поддерживать авторитет, а то отправят на пенсию, что я буду делать? — ответил Оз и тяжело вздохнул. Мне неожиданно стало ясно, что Оз жил своей работой. Видно, своего положения он добился исключительно старанием и деловыми качествами и не исключено, что начинал он обычным солдатом.

— Так а сколько тебе?

— Ну пятьдесят пять скоро стукнет, — с сожалением опять вздохнул Оз. Видно, для него это была больная тема.

— Да ладно, Оз, тебе да пенсии еще далеко. Тем более, даже того времени, что мы знакомы, мне хватило, чтобы распознать в тебе профессионала, а такими кадрами не разбрасываются, — мне захотелось морально поддержать его.

— Ага, посадят перебирать бумажки или молодняк воспитывать, а я этого не люблю. Якубы на них нет! Мне оперативная работа больше по душе.

— Ладно, Оз, а что ты заладил — Якуба да Якуба. Кто это вообще? — спросил я, передавая Озу стаканчик с кофе, который Андрей заваривал на капоте, предварительно застелив его клеёнкой. Вот ведь маньяк — там царапины и вмятины с кулак, а он все боится машину испачкать.

— Якуба? Так это по старым поверьям богиня такая была. Развлечение у нее было одно. Обращалась в девушку невиданной красоты. Знакомилась с молодыми парнями и соблазняла их.

— Ну и что тут такого? — ожидая все‑таки какого‑то подвоха, спросил я.

— А то, что в самый ответственный момент, превращалась она в свое истинное обличие. Вот и представь, что секунду назад тебя обнимала знойная красотка, а тут вдруг понимаешь, что под тобой огромная рогатая зеленая жаба. Каково?

— Я бы даже сказал 'кАково', — и не зная, переведет ли правильно мою иронию жемчужина, добавил. — Да уж, ужас, да и только…

Закончив завтрак и дождавшись, когда Андрей дольет в бак бензин из запасной канистры, мы поехали вслед за ожидавшим нас верхом Озом к шатру принца. Несмотря на позднее застолье, работа в лагере уже кипела вовсю, и воины занимались житейскими делами. Глядя на этих людей, я понял, как мало нужно для счастья. Скоро они вернутся к своим семьям, живые и невредимые. Пусть случайно, но и мы приложили к этому руку, и я внутренне радовался вместе с ними.

Шатер принца, как и вчера, был под охраной и на некоторых лицах гвардейцев мелькали ухмылки. Видно, нас здесь запомнят не только по вчерашнему подвигу, но и по нашим ночным загулам. Из шатра раздавался звонкий голос принцессы.

— Сколько можно их ждать? Да я сейчас сама пойду и разбужу этих лентяев!

— Сестра, как можно! Ты должна вести себя, как настоящая принцесса, а не как взбалмошная девчонка. Гости устали и хотят отдохнуть. Тем более среди них твой будущий муж, так что прояви к ним хоть капельку уважения.

— Гномью водку вы устали пить да пьяными языками молоть! А насчет Алексея — так ему единственному хватило мужества признаться мне, что это все ваши политические игры. И раз это так — так никакой он мне и не муж, — да уж, принцесса была не в духе, и, слава богу, принц первым принял на себя порывы ее гнева.

Чтобы обозначить наше прибытие, Андрей посигналил. На шум из шатра вышел принц Эрик. Он встретил нас с улыбкой на лице.

— Доброе утро! — поздоровался он, а я подумал, что если он улыбается, значит все не так уж и плохо.

— И вам того же, Ваше Высочество. Мы готовы к дороге, — сказал Толик.

— Они готовы! Свершилось! — выскочила из шатра Алина. — Это неслыханно, чтобы принцесса ждала каких‑то наемников! — в гневе Алина смотрелась ничуть не хуже, а румянец, выступивший на ее лице, и надутые губки только добавляли изюминку ее красоте.

— Просим прощения, Ваше Высочество, но вы так поразили нас вчера вашей красотой, что мы смогли уснуть только под утро. А сэр Алексей, так тот вообще не сомкнул глаз, — вспоминая, как ночью храпел Леха, сказал я.

Принцесса была так возбуждена, что даже не смогла понять, как ей реагировать на мой комплимент. Хмыкнув, она приказала слугам подавать коней.

— С вами отправятся сэр Торан Оз и рота сопровождения, путь до столицы займет у вас одну десятицу. Я же выдвигаюсь завтра, и прибуду со своими войсками в столицу на день или два позже вас, — сказал принц.

— Тогда до встречи в столице, Ваше Высочество, — сказал я, и мы обменялись рукопожатиями.

Садясь обратно в машину, я заметил, что принц направился к загону с его личными лошадьми, где на коне его уже ожидал Тирам.

— Все‑таки точно помирились, — обрадовался я и улыбнулся…

Выбравшись из лагеря, мы поехали по проселочной дороге. По обеим сторонам тракта стеной стоял дремучий лес, изредка пронизанный тонкими тропами. И если бы не осознание того, что это все‑таки другой мир, можно было подумать, что мы где‑то в глубинке России — такое же бездорожье, такие же бескрайние леса. Изредка из леса доносились крики неизвестных нам птиц, а зверье, услышав топот сотни коней, предусмотрительно попряталось. Так что с местной фауной нам познакомиться нам пока не удавалось.

Принцесса, нарочито игнорируя нас, двигалась вместе с сэром Озом во главе колонны. Мы же медленно ехали сзади, стараясь держатся не слишком близко, чтобы не глотать пыль, поднимаемую сотней лошадей.

Так как выдвинулись мы поздно, то Оз решил ехать без остановок до самого вечера. В начале девятой десницы (восемь вечера) наш отряд стал лагерем на опушке леса. Солдаты развели костры, поставили палатки и стали готовить нехитрый ужин. Оз выставил десять человек в охранение и назначил дежурства.

Принцесса, взяв свою порцию каши, демонстративно направилась в палатку. Мы же с друзьями устроились вместе с Озом возле небольшого костра.