Вновь, или Спальня моей госпожи - Сейдел Кэтлин Жиль - Страница 52

Но прекрасно знала, что этого не будет. «Нет. Пока не полюбишь меня — нет».

Комната заполнялась людьми. Стало трудно повернуться — все из декорации усадьбы Олмэк перекочевали в актерскую перекусить. Разговаривать стало невозможно, но она не отходила от Алека. И тарелочка с мясом и сыром была одна на двоих.

Мур и Фрэнк — то есть Лорд Кортлэнд и Джаспер — хотели кое-что обсудить и отвели ее в сторонку. Жуя сэндвич, Дженни вполуха слушала их — она не отрывала взгляда от Алека.

Наконец, Мур с Фрэнком отпустили ее. Дженни вернулась к столу. Брайан! Он глядел на нее — озадаченно, озабоченно, вопросительно…

Ну и пусть, он заметил, на кого и КАК она смотрела. «Теперь я вправе смотреть на кого угодно» . Она дружелюбно улыбнулась ему, очень довольная собой. Улыбнулась впервые с того самого вечера… «И поверь, есть люди куда более достойные внимания, чем ты, дружок…»

— Сестра? Вы хотите сказать, что у меня есть сестра? — раздался голос Риты. Дженни вздрогнула и обернулась. Сэндвич чуть было не упал с тарелочки на пол.

Рита стояла в дверях актерской — с пунцовым от гнева лицом, в белоснежном развевающемся платье. В руках дрожали розовые странички. — Никто раньше и словом не обмолвился о какой-то сестре! — она была вне себя.

В комнате стало тихо. Все отступили, напуганные таким взрывом ярости. Дженни спокойно поставила тарелочку на стол.

— Да, — ответила она мягко. — Она младше тебя. Ее зовут Софи, и…

— Я знаю. Я умею читать! Но на кой черт мне сестра? Ты отдашь ей моих поклонников, да?!

На эти слова Дженни имела полное право не отвечать. Она не была обязана вводить актеров в курс дела по поводу дальнейшего развития событий.

— И все из-за той мелкой промашки? Потому что из-за меня остановили работу на целых пять минут? — Рита посинела от ярости. — Но ведь не одна я ошибаюсь! Забыла, как Карен опрокинула туалетный столик? Сколько с ним потом ковырялись! Но ее за это не наказали! Я все прекрасно понимаю! Избавиться от меня хочешь?

Наоборот! Дженни делала все возможное, чтобы не пришлось уволить Риту.

— Если бы я хотела от тебя избавиться, Рита, — вежливо ответила Дженни, — то оставила бы все как есть.

Рита сверкнула на нее глазищами:

— Ты просто завидуешь мне! Ее глаза забегали по комнате: — Вы все мне завидуете! Вы возненавидели меня с первой же секунды. Потому, что я хочу чего-то в жизни достичь! Да, я честолюбива, не то, что все вы…

— А ты не допускаешь, что отсутствие честолюбия в нашем случае и есть профессионализм? — возразил Мурфилд Томас. Заявления, что Рита «околачивается» здесь лишь для того, чтобы постичь азы мастерства, актеры простить ей не могли.

— Я этого так не оставлю! — объявила Рита. — Я иду к Джорджу. Он знает, как меня обожает публика! — она швырнула листки на стол и выбежала из комнаты.

Дженни чуть было не рванулась вслед. Во что бы то ни стало надо ее остановить. Ничего хуже эта девчонка выдумать не могла. Идти к Джорджу, который всегда избегает конфликтов! Дженни знала, что бывает, когда актриса с визгом врывается к нему в кабинет. Он будет кивать и улыбаться, станет уверять, что ничего страшного не произошло… Но как только дверь захлопнется, он тут же наберет номер ее агента. Рита моментально вылетит с работы!

Но это, увы, было бессмысленно. Девушка ни за что не послушается. А действовать надо было быстро. Скорее всего, Джордж у себя. Рита будет там через пару минут.

Дженни жестом отозвала в сторонку Брайана:

— Ты должен ее остановить, — укоризненно зашептала она. — Нельзя допустить, чтобы она говорила с Джорджем. Не могу сказать почему, но ни в коем случае нельзя!

Брайан с минуту глядел на нее, и его лицо было таким холодным и далеким, как никогда прежде.

— Почему ты просишь об этом меня? Моя обязанность здесь — открывать двери.

У Дженни отнялся язык. Он и не собирался защищать свою жену. «Ты столько сделал для меня, когда работа над сериалом только начиналась! Почему ты не сделаешь хоть что-то для нее?»

…Потому, что он хлопотал по поводу «Спальни моей госпожи» вовсе не ради Дженни. Он все делал только для себя.

Дженни вернулась к столу, взяла тарелочку и посмотрела на свой сэндвич. Уже десять лет она в Нью-Йорке, но до сих пор обожает белый хлеб с майонезом. Все над ней смеются, но ей плевать…

…Как она могла любить Брайана! Неужели он всегда был таким — холодным и эгоистичным? Почему она этого не замечала?

Она сунула свою тарелочку в контейнер для мусора. Аппетит окончательно пропал. Она сделала для Риты все возможное. И потерпела неудачу.

Кто-то взял ее за руку. Рэй…

— Можешь пару минут подождать? Алек ушел за Ритой и попросил, чтобы я обязательно тебя задержал.

Часом позже Дженни встретила Джорджа в холле третьего этажа. По его непринужденному приветствованию было ясно: с Ритой он не беседовал.

Она вошла в свой кабинет и включила компьютер, но мысли рассеянно блуждали… Ей надо получше разобраться в истории гомосексуализма — как во времена Регентства относились к этому в высшем свете. Но предстоит серьезное историческое исследование. Может, кого-нибудь нанять?

Ей всегда говорили, что незачем все делать самой. Как-никак, сериал приносил прибыль, и немалую, Дженни вполне могла позволить себе нанять редактора, историка — это бы ей очень помогло.

Теперь она понимала, почему не хотела делать этого. Совсем не из-за бюджета. Ей нужно было себя занять — и не просто занять, а загрузить работой по самые уши.

Только работая от зари до зари, она могла не думать о том, сколь жалки их отношения с Брайаном…

А вот и он! Даже не постучался. Ну разумеется, он же всегда входил без стука. «Все иначе, Брайан. ТЫ изменил все. И теперь, прежде чем войти ко мне, не забудь постучать в дверь».

Он присел. Но Дженни не произнесла ни слова.

— Понимаю, как тебе сейчас тяжело, — произнес он вдруг.

Забавно. Через четырнадцать лет он наконец-то осознал, что ей бывает тяжело! Она молчала.

— Я рад помочь тебе, чем смогу.

Еще того не легче! Час назад он не хотел помогать собственной жене. А теперь горит желанием оказать помощь и поддержку бывшей подружке!

— Что ты имеешь в виду? — вежливо спросила она.

— Ты еще не отказалась от мысли о тайном брате Гастингса, аристократе — двойнике, помнишь? Я готов подписать контракт на два года.

Контракт на два года? Более чем интересно. В течение двух с половиной лет он всячески сопротивлялся, не желая чересчур крепко привязывать себя к сериалу. Может, дело в Рите? Но ведь девочка почти что «на вылете» с работы!

— А почему ты вдруг принял такое решение?

— Чтобы облегчить тебе жизнь. Я знаю, как тщательно ты обдумывала этот сюжетный поворот, сколько работы проделала. Это ведь кругленькая сумма в банке… Я просто хочу помочь тебе.

Как же, держи карман шире! Дженни ни секунды не верила его словам.

— Очень мило с твоей стороны, — ответила она. — Но уже поздно. В сериале будут двойники, но я готовлю эту роль для Дэвида Кендалла.

— Дэвид Кендалл? — Брайан непонимающе уставился на нее.

Это был молодой актер, играющий камердинера Джеймса Марбла — именно для его ушей предназначались бесконечные «пересказы» Изабеллы. Если он завоюет зрителя, его герой станет сенсацией февраля. В город приедет молодой виконт, кузен бесприданницы Сюзан, племянницы Варлеев. И будет как две капли воды походить на незаконнорожденного брата, камердинера.

— Ты отдаешь мою историю другому? — Брайан был оглушен.

— Видишь ли, когда мы разрабатывали эту сюжетную линию для тебя, то многого не знали, — стала объяснять Дженни. — Герцог ни за что бы не нанял дворецкого с темным прошлым. Ты вырос в усадьбе Лидгейтов. Мы несколько раз упоминали об этом. Будь ты чьим-то незаконным сыном, это было бы всем известно, и тебе никогда не получить бы столь заметной должности. А богатый торговец вполне мог нанять «темную лошадку».