Кровь драконов - Маккефри Тодд - Страница 77

— Что это значит? — спросила Цветок Ветра.

Любой человек, хорошо знавший ее, сразу же понял бы, что мягкие интонации предвещают опасную грозу.

— Насколько я понимаю, одно из ваших созданий, — ответил Малон, приветливо помахав рукой стражу порога.

Цветок Ветра повернулась к предводителю Тиллек-холда и пристально взглянула ему прямо в глаза.

— Почему она прикована?

— Видите ли, оно то и дело заставляло нас волноваться, — спокойно объяснил Малон. — А так оно живет в безопасности.

— Стражи порога бывают «он» или «она», — строго поправила Цветок Ветра. — Страж зеленый, значит, «она».

— Прошу прощения. Она, ее зовут Тилск, несколько раз попадала в неприятности, — сказал Малон. — Прошу прощения за то, что мы вас расстроили, посадив ее на цепь.

— Более чем расстроили, — отозвалась Цветок Ветра и поглядела на М'халла. — Это очень плохо.

— Прохождение закончено, — возразил М'халл. — Угрозы больше нет. И вы сами должны признать, что страж порога на свободе может представлять опасность.

— Страж порога нуждается в обучении, точно так же, как и огненная ящерица, — наставительно сказала Цветок Ветра. — Или дракон, — сказала она с подчеркнутым ударением и взглянула на М'халла.

Предводитель Вейра серьезно кивнул.

— Что, если мы начнем сажать на цепь и драконов? — спросила она и с довольным видом кивнула, поскольку и Малон, и М'халл чуть не подскочили в ужасе. Она снова взглянула на Малона. — Посадить на цепь стража порога — это абсолютно тоже самое. — Она смерила взглядом М'халла, будто он был виноват в случившемся. — И что же, когда Нити снова начнут падать, стражи так и будут сидеть у вас на цепи? Вы имеете хоть какое-то представление о том, для чего они предназначены?

— Моя леди Цветок Ветра, мы вовсе не хотели проявить неуважение, — решительно заговорил Малон. — Я понимаю, что вы привязаны к вашему созданию…

— Не в этом дело, Малон, — перебил его М'халл. — Цветок Ветра права. Стражи порога предназначены для важного дела»

— Они летают ночью, — подхватила Цветок Ветра, — когда драконы спят.

— Именно поэтому мы и решили посадить ее на цепь, — сказал Малон плачущим голосом. — Однажды ночью она пропала!

Цветок Ветра кивнула.

— Отправилась поедать Нити, — объяснила она; ее глаза сверкнули от удовольствия. — Замечательно!

— Если бы я знал… Я сейчас же отвяжу ее!

— Нет, — остановила его Цветок Ветра, предостерегающе подняв. — Подберите хорошего человека, который работал бы с нею, как с огненной ящерицей. Пусть занимается с нею, заслужит ее уважение, и лишь после этого ее можно будет выпустить на свободу.

— Значит, они такие же, как огненные ящерицы? — спросил Малон, недоверчиво вскинув брови. — Если так, то она уже слишком стара для того, чтобы запечатлеть кого-нибудь.

— Дело в том, что они не совсем такие же, как огненные ящерицы или драконы, — сказал ему М'халл.

— Более независимые, — добавила Цветок Ветра. — Способные, при необходимости, самостоятельно позаботиться о себе.

— К счастью, Нити по ночам обычно замерзают, и поэтому навыки стражей бывают нужны не так уж часто, — подхватил М'халл.

Цветок Ветра одобрительно кивнула.

— Понятно… — протянул Малон. — Если я правильно понимаю, то мне следует держать эти знания при себе и не тревожить холдеров.

— Да, пока что мы поступали именно так, — согласилась Цветок Ветра.

М'халл бросил на нее вопросительный взгляд, но Цветок Ветра почти незаметно покачала головой, и всадник поспешно изменил тему.

— Я рад, что нам удалось разобраться в этом недоразумении, — сказал он и театрально вздохнул. — Вы говорили о тушеной рыбе, не так ли?

Малон чрезвычайно обрадовался возможности сменить предмет неприятного для него разговора и поспешил проводить гостей в холд.

На следующий день вышло солнце, несколько дней погода стояла ясная, а потом снова испортилась. Но ни в хорошую, ни в дурную погоду распорядок дня Цветка Ветра не нарушался. Сразу же после рассвета она отправлялась в построенную для нее небольшую хижину.

Вечера она большей частью проводила в обществе Малона и других рыбаков, с удовольствием восстанавливая в памяти то немногое, что помнила из морской биологии, и с глубоким интересом выслушивая рассказы о жестоких и трудных схватках рыбаков с морем. Старики были очень рады встрече с нею: многие помнили генетика с Года Лихорадки, а кое-кто застал даже Переправу.

Малон вскоре высказал предположение по поводу возможной причины прибытия Цветка Ветра в Тиллек-холд.

— Я не думаю, что они появятся здесь, — задумчиво сказал он ей, когда на третий вечер она возвратилась в холд. — Я встречал их в более теплых водах, ну а здесь, мне кажется, для них слишком холодно.

Цветок Ветра улыбнулась ему.

— Вы не могли бы дать мне немного рыбы? Или хотя бы рыбных отходов?

Малон восхищенно покачал головой.

— Вы, похоже, не собираетесь сдаваться!

— У меня было много времени, чтобы научиться терпению, — ответила она.

— Знаете, наверно, вы смогли бы добиться больших успехов в лодке, — сказал Малон после недолгого раздумья.

— Я не морячка, — призналась Цветок Ветра.

— Я мог бы найти кого-нибудь, кто вывез бы вас в море, — предложил холдер.

Цветок Ветра резко мотнула головой.

— Благодарю вас, но это было бы… неблагоразумно.

— Похоже, у вас есть тайна, которой вы не намерены ни с кем делиться, — заметил Малон.

— Существует тайна, которую я поклялась хранить, — поправила его Цветок Ветра.

Малон медленно кивнул. Он отлично понимал, что старушка ни в малейшей степени не желала его обидеть.

— Что ж, если так, то, по крайней мере, скажите мне, если придумаете, чем я смогу вам помочь.

— Во-первых, рыбой, — напомнила Цветок Ветра.

— Конечно.

Однажды поздней ночью, когда Эморра направлялась в кухню, ее внимание привлек тусклый отблеск светильников, пробивавшийся из-под двери классной комнаты. Остановившись в коридоре, декан услышала невнятный голос. Тогда она осторожно открыла дверь и заглянула внутрь.

Тьеран стоял около большой доски, сплошь исписанной блок-схемами и химическими формулами. В этот самый момент он был занят изображением дерева решений.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— А вы что делаете? — вопросом на вопрос отозвался он. Эморра подняла поднос, который держала в руках.

— Возвращаю посуду на кухню.

— А я заработался допоздна.

Она вошла в комнату, поставила поднос на ученический стол, а затем повернулась к доске и принялась изучать работу Тьерана.

— Это что у тебя, диагностическая блок-схема? — спросила она.

Тьеран кивнул.

— И что же ты хочешь выяснить?

— Как — что? От чего могли заболеть огненные ящерицы, — ответил молодой человек.

Эморра еще раз присмотрелась к диаграмме.

— Я вижу, ты предусмотрел бактериальный и вирусный варианты, но почему и земной, и перинитский? И почему отбросил пищевой фактор?

— Если болезнь вызвана качеством пищи, то она должна быть саморегулирующейся, не так ли? — сказал Тьеран.

— В том случае, если недостающее питательное вещество удастся найти, то да, — согласилась Эморра. — Как витамин С, предотвращающий цингу. — Прищурив глаза, она перешла к следующей ветви блок-схемы. — А что здесь насчет микроскопа?

— Если инфекция бактериальная, то возбудитель можно рассмотреть в оптический микроскоп, — объяснил Тьеран. — Если не удастся, значит, болезнь вызывается вирусом.

— Но при этом ты игнорируешь тот факт, что вторичная инфекция тоже может быть или бактериальной, или вирусной, — заметила Эморра.

— Я не хочу усложнять задачу, — возразил Тьеран, — я, наоборот, пытаюсь ее упростить.

Губы Эморры растянулись в улыбке.

— Если бы это было легко… — начала она.

Закончили фразу они дуэтом с Тьераном:

— …то разобраться смог бы кто угодно.