Под конвоем лжи - Силва Дэниел - Страница 106

Страница с заголовком «БУКСИРНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ». И ее она сфотографировала.

Пленка кончилась. Она вынула использованную кассету и перезарядила камеру. Сфотографировала еще две страницы.

И тогда она услышала шум наверху — Джордан поднялся с кровати.

Она перевернула очередную страницу и нажала затвор.

Кэтрин услышала звук его шагов по полу.

Перевернула страницу и сфотографировала.

Услышала, как в ванной зажурчала вода.

Она сфотографировала еще две страницы. Ей больше никогда не удастся получить доступ к этому документу, это она знала наверняка. Если в нем действительно содержалась тайна вторжения, она должна продолжать работу. Переворачивая страницы и нажимая на спуск фотокамеры, она продолжала думать о том, что она сделает, если он ворвется сюда. Убьет его из «маузера». На стволе глушитель, так что выстрела никто не услышит. Она сможет закончить съемку, уйти, доехать до Хэмптон-сэндс, найти Нойманна и вызвать по радио субмарину. Продолжай свое дело... А что случится, когда контрразведка ГШСЭС обнаружит тело офицера, осведомленного о тайне вторжения? Сразу же начнется расследование. Выяснят, что его видели с женщиной. Станут искать эту женщину и, не найдя, придут к выводу, что она была агентом. Отсюда следующий вывод: документы в его сейфе были сфотографированы, а значит, тайна вторжения известна врагу. «Только не входи сюда, Питер Джордан, — думала она. — Ради меня и ради себя самого».

Раздался шум спускаемой в туалете воды.

Оставалось всего несколько страниц. С ними она справилась очень быстро. Готово! Она закрыла объемистый том, уложила его в портфель, защелкнула замок и убрала портфель в сейф. Быстро, но тихо закрыла дверь и вернула цифровой набор в прежнее состояние. Взяла со стола «маузер», сняла его с предохранителя и выключила свет. Открыла дверь кабинета и на цыпочках вышла в прихожую. Джордан все еще оставался наверху.

Соображай быстрее, Кэтрин!

Она перебежала через прихожую и открыла дверь гостиной. Положила «маузер» в сумочку, а сумочку на пол. Затем включила свет и подошла к столику на колесах, заставленному бутылками. Успокоиться. Глубоко вздохнуть. Она взяла стакан и едва успела налить себе бренди, как в комнату вошел Питер Джордан.

Гарри Далтон сидел неподалеку от склада Поупов в фургоне, принадлежавшем группе наблюдения, и ждал. В машине вместе с ним находились еще двое — детектив-сержант Мидоус из лондонской полиции и сотрудник группы наблюдения Клайв Роач. Гарри сидел на пассажирском месте, Роач за рулем. Мидоус устроился в фургоне, чтобы немного вздремнуть.

Наступал рассвет. Прошла долгая и ужасно скучная ночь. Гарри чувствовал, что до предела измотан, но стоило ему закрыть глаза и попытаться уснуть, как перед ним появлялось одно из двух совершенно не сочетавшихся между собой видений: Роз Морли, лежащая мертвой в Гайд-парке, или лицо Грейс Кларендон, каким оно было, когда они занимались любовью. Он хотел улечься в ее кровать и проспать много часов. Он хотел обнять ее и никогда не выпускать. Он снова целиком и полностью попал под ее чары.

На улице раздался звук подъезжающей грузовой машины, и образ Грейс сразу же исчез. Перед складом остановился фургон. Водительская дверь открылась, и оттуда выбрался высокий и мощный, даже толстый мужчина. Гарри сумел узнать его даже в слабом утреннем свете.

— Знаете его? — спросил Клайв Роач.

— Да, — ответил Гарри. — Его зовут Дикки Доббс.

— Производит серьезное впечатление.

— Он главный костолом в фирме Поупов.

— Если бы этим делом занимался я, то, пожалуй, позаботился бы о подкреплении.

— Вы правы, — согласился Гарри. — Эй, Спящая красавица, проснись!

Доббс отпер ключом калитку с глазком и вошел внутрь. Через мгновение тяжелая створка ворот поднялась. Доббс снова вышел наружу и забрался в кабину.

Мидоус проснулся и сел. Роач включил мотор.

Фургон медленно въехал на склад.

Роач нажал на газ и вогнал машину в ворота, прежде чем Доббс успел их закрыть.

Гарри выпрыгнул из фургона.

— Эй, какого черта вам тут надо?! — заорал Доббс.

— Повернись, б,... подними свои б...ские руки и заткни свою б...скую пасть! — рявкнул Мидоус.

Гарри шагнул вперед и распахнул заднюю дверь фургона. Там на полу сидел Роберт Поуп. Он поднял голову, улыбнулся и сказал:

— Будь я проклят, если это не мой старый друг Гарри Далтон.

Кэтрин Блэйк доехала на такси почти до самой своей квартиры. Было очень рано, только-только начало светать, и небо окрасилось в перламутрово-серый цвет. До встречи с Хорстом Нойманном на Хэмпстед-хит оставалось еще шесть часов. Она вымыла лицо и шею и переоделась в длинную ночную рубашку и халат. Ей было совершенно необходимо поспать хотя бы несколько часов, но сначала она должна была сделать еще одну важную вещь.

Этой ночью она находилась на самом краю. Если бы Джордан спустился вниз на несколько секунд раньше, она была бы вынуждена убить его. Она сказала ему, что никак не могла заснуть, что ее все еще трясет после того, как она чуть не погибла, и она решила, что еще один стаканчик бренди поможет ей успокоить нервы. Он вроде бы принял ее объяснение за чистую монету, но она нисколько не сомневалась, что второй раз его на эту сказку купить не удастся.

Она вошла в гостиную и села за письменный стол. Открыла ящик и вынула оттуда один лист бумаги и ручку. На бумаге она написала четыре слова: «Теперь заберите меня отсюда!» Потом положила листок на стол и поместила настольную лампу так, чтобы свет падал под надлежащим углом. Вынула фотокамеру из сумочки и поднесла окуляр видоискателя к глазу. Свою левую руку она положила на стол рядом с запиской. Фогель должен был узнать ее: на большом пальце был заметный шрам от пореза, который она получила во время одного из этих проклятых занятий по технике бесшумного убийства. Она сфотографировала руку и записку два раза, а потом сожгла бумагу в раковине ванной комнаты.

Лондон

«Еще минута этой дурацкой трепотни, и я надену на Поупа наручники, прикую его к стулу и в кровь разобью его мерзкую рожу», — подумал Гарри Далтон. Они находились в маленькой застекленной комнатушке на первом этаже склада. Поуп сидел на неудобном деревянном стуле, а Гарри расхаживал по комнате, словно запертый в клетке тигр. Вайкери молча сидел в полутемном уголке с таким видом, будто слушает концерт. Гарри и Вайкери не стали раскрывать своего истинного служебного положения, и Поуп считал их всего лишь парой офицеров лондонской полиции. На протяжении целого часа Поуп упорно утверждал, что никогда в жизни не видел женщину, фотографией которой Гарри продолжал размахивать перед ним. Выражение лица Поупа оставалось скучающим, спокойным и презрительным, будто у человека, который ни разу в жизни не нарушал законов и понятия не имеет о том, как выглядит тюремная камера изнутри. «Я не могу справиться с ним, — думал Гарри. — Он ускользает от меня».