Хроники Тамула. Трилогия - Эддингс Дэвид - Страница 220

— Как плечо? — спросил Улаф у широколицего дэйранца.

— Намного лучше, — ответил Тиниен. — Правда, в сырую погоду побаливает. — Он приветствовал салютом Вэниона. — Комьер, Дареллон и Абриэль ведут рыцарей церкви на восток из Чиреллоса, мой лорд, — сообщил он. — С ними патриарх Бергстен. Я и патриарх Эмбан, как вы уже догадались, отправились морем. Мы решили, что несколько лишних рыцарей в Материоне вам наверняка пригодятся.

— Уж это точно, сэр Тиниен. Сколько рыцарей ты привез с собой?

— Пять тысяч, мой лорд.

— Это невозможно, Тиниен. На сотню судов никак нельзя затолкать столько людей и коней.

— Совершенно верно, мой лорд, — мягко ответил Тиниен, — мы и сами сразу это заметили. Рыцари были крайне разочарованы, узнав, что мы не позволим им взять с собой коней.

— Тиниен, — сказал Келтэн, — у них должны быть кони. Рыцарь без коня — это бессмыслица.

— Здесь уже есть кони, Келтэн. Зачем везти сюда других?

— Тамульские кони не обучены.

— Значит, нам придется их обучить, верно? У меня сотня судов. Я мог привезти полторы тысячи рыцарей вместе с конями или пять тысяч без коней. Считай лишние тридцать пять сотен подарком от меня.

— Как ты заставил их грести? — спросил Улаф.

— Плетями, — пожал плечами Тиниен. — Есть такой капитан Сорджи, что бороздит Внутреннее море, так вот, весла — его идея.

— Старина Сорджи! — Спархок рассмеялся.

— Ты его знаешь?

— Да, и неплохо.

— Тогда можешь возобновить старое знакомство. Его корабль отправился вместе с нашим флотом. Мы бы плыли на его судне, но патриарху Эмбану отчего-то не понравился его внешний вид. Оно все в заплатах и, кажется, вот-вот развалится.

— Ему немало лет. Я думаю, Сорджи втайне сам с собой побился об заклад, кто из них раньше превратится в развалину — он или его посудина.

— Однако соображает он неплохо. Когда мы спросили его, как выжать из судов больше скорости, он предложил добавить к парусам весла. Обычно это делается редко, потому что гребцам надо платить и они занимают место, предназначенное для груза. Я решил не брать с собой груза, а рыцарям церкви по обету пристала бедность, так что мне не нужно было им платить. Сработало как нельзя лучше.

Несколько часов спустя они собрались в гостиной Эланы, чтобы выслушать рассказ Тиниена и Эмбана о том, что происходит в Эозии.

— Ортзела едва удар не хватил, когда Долмант отозвал из Рендора всех рыцарей, — рассказывал Эмбан. Он откинулся в кресле, сжимая в пухлой руке серебряный кубок. — Ортзел просто одержим стремлением вернуть рендорцев в лоно нашей Святой Матери. Долмант вначале был склонен держать его сторону, но как-то утром он проснулся с совершенно изменившимся мнением. Никто так и не смог понять, с чего это оно так изменилось.

— Он получил послание, Эмбан, — улыбнулась Сефрения. — Посланец может быть весьма убедителен, когда захочет.

— Вот как?

— Нам нужно было спешить, ваша светлость, — пояснил Вэнион. — Заласта отдал приказ своим союзникам в Эозии, и они начали убивать приверженцев Богини-Дитя Афраэли. Это подвергло опасности и ее жизнь. Мы поговорили с одним из младших богов — Сетрасом. Он согласился, чтобы другие младшие боги отдали Афраэли на время часть своих приверженцев, и отправился в Чиреллос просить Долманта дать убежище уцелевшим приверженцам Афраэли. Заодно он собирался убедить Долманта послать сюда рыцарей церкви. Видимо, его доводы оказались убедительнее, нежели ваши с Тиниеном.

— Ты хочешь сказать, что стирикский бог вошел в Базилику?! — воскликнул Эмбан.

— Он сказал, что именно это и собирается сделать, — ответил Спархок, покачивая на коленях свою дочь.

— Ни один стирикский бог никогда не входил в Базилику!

— Он ошибается, — прошептала на ухо отцу принцесса Даная. — Я бывала там десятки раз.

— Я знаю, — прошептал в ответ Спархок. — Однако Сетрас наносил официальный визит. — Он задумался. — Сетрас побывал в Чиреллосе совсем недавно. Даже с помощью гребцов флот Тиниена не мог так быстро добраться до Материона. Ты опять плутовала со временем?

— Неужели я могла это сделать? — осведомилась она, невинно округлив глаза.

— По правде говоря, могла.

— Если ты уже знаешь ответ, отец, зачем спрашивать? Не трать попусту мое время, Спархок. Ты же знаешь, у меня очень много дел.

— В Ламорканде дела идут все хуже, — продолжал свой рассказ Тиниен. — Армия графа Герриха захватила Враден и Эгнак в Северном Ламорканде, и король Фридаль обратился к другим монархам за помощью.

— Мы об этом скоро позаботимся, сэр Тиниен, — заверил его Стрейджен. — Я связался с Платимом, и он собирается устроить несчастный случай со смертельным исходом для Герриха и баронов, которые поддерживают его.

Дверь открылась, и вошли Берит и Ксанетия.

— Что тебе удалось узнать, анара? — напряженно спросила Сефрения.

— Утренняя вылазка оказалась весьма прибыльной, — сообщил Берит. — В кинезганской посольстве появился приятель Заласты Инак, и анара сумела заглянуть в его мысли. Думаю, теперь нам известны почти все подробности их замысла.

— У леди необычайный дар? — осведомился Эмбан.

— Я, кажется, забыл о хороших манерах, — извинился Вэнион. — Анара Ксанетия, это сэр Тиниен из Дэйры и Эмбан, патриарх Церкви Чиреллоса. Господа, позвольте представить вам Ксанетию, анару народа дэльфов.

Тиниен и Эмбан поклонились, с нескрываемым любопытством глядя на Ксанетию.

— Так что же замышляют наши друзья в посольстве, анара? — спросил Сарабиан.

— Хоть и неприятно было мне погружаться в столь омерзительный разум, ваше величество, поистине узнала я из мыслей Инака немало, — ответила она. — Как мы и предполагали, стирики-изгои из Верела давно уже знали, что величайшая опасность их замыслам грядет из Эозии. Желали они заманить в Дарезию Анакху, однако вовсе не хотели, чтобы с ним явились сто тысяч рыцарей церкви. Беспорядки в западных королевствах Империи воистину устроены были для того, чтобы затруднить продвижение рыцарей; все же прочее — лишь уловки, призванные отвлечь наше внимание. Более того, нападение троллей на Северный Атан также не более чем уловка. Опасность наша исходит не с севера и не с запада. С юга намереваются наши враги нанести свой главный удар. В сей миг кинезганские войска проникают через никем не охраняемую границу, дабы присоединиться к силам Скарпы в арджунских джунглях, и сверх того, западные эленийцы морем спешат туда же, дабы прибавить свои силы к растущей армии Скарпы. События на западе и в Атане предназначены были для того, чтобы истощить мощь Империи и ослабить Тамул, открывая тем Скарпе прямую дорогу для удара по самому Тамулу — дабы мог он осадить Материон. Инак и сообщники его были весьма опечалены тем, что раскрылось предательство Заласты, ибо лишились тем возможности причинить нам немалый вред обманами и ложными советами.

— Какова истинная цель осады Материона, леди Ксанетия? — проницательно спросил Эмбан. — Это прекрасный город, но… — Он развел руками.

— Враги наши полагали, ваша светлость, угрожая Материону, вынудить имперское правительство выдать им с головой Анакху. Склонив на свою сторону многих министров и чиновников, надеялись они, что первого министра смогут склонить к подобному деянию, дабы уберечь Материон.

— И это могло получиться, — заметил Сарабиан. — Пондия Субат не из стойких. Заласта и его четверо дружков отменные заговорщики.

— Трое дружков, ваше величество, — ухмыляясь, поправил Берит. — Анара рассказала мне, что некоему Птаге несколько дней назад сильно не повезло.

— Делателю вампиров? — переспросил Келтэн. — Что с ним такое стряслось?

— Можно мне рассказать, анара? — вежливо спросил Берит.

— Как пожелаешь, сэр рыцарь.

— Судя по всему, Птага был в Южном Тамуле — в горах между Сарной и Самаром. Он размахивал руками, сотворяя иллюзии сияющих, чтобы попугать местное население. В это время поблизости оказался один из настоящих дэльфов. Он обнаружил Птагу и без лишнего шума присоединился к толпе иллюзий. — Берит злорадно ухмыльнулся.