И аз воздам (СИ) - Чернова Ирина Владимировна - Страница 179

Судя по количеству ключей на доске дежурного, примерно половина аудиторий была закрыта, но он все же указал мне на четкий ориентир — вторая дверь слева после поворота.

— Мэтр Макдайли еще не сдавал мне ключ от лекционного зала, — внимательно изучив свое хозяйство, вежливо сообщил пожилой дядечка, отложивший при моем появлении толстую книгу, — спешите, если хотите еще его застать. Прошлого дня он дверь запер, да отвлекся на разговор, ну и потом, сами понимаете, где его искать? Был бы у него ключ, как от класса, где ребята с огнем тренируются, так тот и не захочешь, сам побежишь отдавать, поскольку хоть и маленький, а тяжелый и руки жжет, коли долго держать будешь, а этот…не ключ, а так, ерунда! Вы-то, небось, у него учились, только давно уже, что-то я вас и не припомню совсем…ну да вы не обижайтесь, глаза у меня уже не те стали, что раньше, а хорошенькие девушки около меня не часто останавливаются. Да и какой им от меня прок, когда вокруг столько молодых парней, пока они тут учатся, надо же и хороший выбор сделать, чтобы потом локти не кусать. Это когда выпускники на ежегодный бал съезжаются, особенно с границ, вот тогда почему-то первым делом ко мне подходят, да начинают вспоминать сразу, что меня они лучше всех преподавателей помнят! Вы-то, поди, редко на балы приезжаете, да оно и понятно — семья, заботы…ну да заболтал я вас совсем, а то потом поминать меня будете лихим словом, что время зря потеряли со старым Патриком.

— Не буду, — заверила я дядечку, — если мне действительно нужен этот разговор, то я встречусь с ним все равно, а если нет…спасибо, я пойду. Вторая дверь слева после поворота, вы сказали?

Патрик кивнул и снова раскрыл отложенную книгу, углубившись в чтение, а я пошла направо по широкому коридору, рассматривая то тяжелые двери с левой стороны, то стены с портретами, то темный сводчатый потолок над головой. Высота потолков здесь просто впечатляла, второй этаж был где-то на уровне четвертого по нашим меркам и огромные расстояния заставляли прибавлять шаг. Выглянув в широкое окно справа, я поразилась виду внутреннего двора, через который только что прошла, не заметив из-за спешки ничего особенного. Сам двор был вымощен цветным камнем с геометрическим орнаментом вдоль стен Академии, в середине был очень хорошо виден круг и…что это за фигура-то, блики от солнца падают…ого, да это же наша роза ветров, четыре луча больших, между ними лучи поменьше, на их концах еще какие-то символы…может, это по-местному стороны света так обозначают? И перила какие-то видны…вот это балкон, всем балконам балконище! И ведь не заметила я ничего, когда шла, а сейчас вижу, что широченная, метра в три, терраса идет вдоль здания по всему внутреннему периметру, расширяясь над входом, отчего перед центральным окном видна целая полукруглая площадка. Ну да, ступени-то были тоже полукруглые, а еще и колоннами подпирались…ну и красота здесь! Представляю, что творится на этих самых балах, когда тут собираются выпускники! Должны быть обязательно туи в кадках и цветущие деревья, фуршетные столы с белыми скатертями, прекрасные дамы в соблазнительных туалетах и галантные кавалеры во фраках. А музыка, музыка тоже, причем оркестр должен быть живой! Теплый вечер, везде блистают осветительные шары, смех, встречи старых знакомых, танцы и сплошное веселье…крррасота!

Представленная картина впечатлила, с минуту я полюбовалась воображаемым видом и двинулась дальше на поиски Грегора. Ну и поворотик, тут батальон пройдет запросто…где вторая дверь-то?

— Ау, есть тут кто? — заглянув в приоткрытую дверь, я вздохнула чуть ли не разочарованно, ну самый обычный вид, столы-стулья, книги в шкафах за стеклами в простенках, приподнятая над полом кафедра, только вот стена за этой кафедрой, где у нас обычно висит доска, чуть-чуть шевелится, как будто это занавеска, едва колыхающаяся от ветра. — Мэтр Макдайли, вы здесь?

— Сегодня я не принимаю отчеты, приходите вместе со всеми, — откликнулся откуда-то мужской голос. — Или у вас возникли вопросы по сегодняшней лекции, и вы решили вернуться с полдороги? Тогда я готов ответить на них…что вам было непонятно? Простите, что-то я вас не узнаю…госпожа Валерия? — живые черные глаза уставились на меня, как на привидение, но Грегор мгновенно сменил выражение лица на более радушное и встал навстречу. — Признаться, я несколько ошарашен, увидев вас здесь…проходите, присаживайтесь, куда угодно. Чему обязан удовольствию видеть вас?

— Удовольствию? Ну ладно, пусть будет, — присев за ближайший стол, я с интересом посмотрела на аналогию того, что бывало написано в наших аудиториях на их поверхностях…эх, жаль, не прочитать, а ведь как интересно было бы! — Вообще-то я пришла поговорить с вами, мэтр, просто поговорить…вы можете уделить мне некоторое время?

— Ну безусловно, могу, раз уж вы сами ко мне пришли, то было бы крайне невежливо с моей стороны выталкивать вас за дверь, — при этих словах Грегор подошел к двери и широко раскрыл ее настежь. — Прошу вас, пойдемте вон туда, — он показал на длинный стол в самых последних рядах, около которого стояло несколько мягких кресел с потертыми спинками, — там нам будет гораздо удобней говорить, а вам…сидеть.

Проходя до указанного места, я внутренне хихикнула, а чего это он дверь-то настежь раскрыл, боится, что сплетни какие-то пойдут или что я на него пришла бросаться? Мужчина он, конечно, еще очень даже ничего, может, тут на него студентки вешаются почем зря, а у него жена ревнивая?

— Я слушаю вас, госпожа Валерия, — маг сложил руки на столе в ожидании разговора, — только если можно, то покороче. Вы, девушки, иногда так эмоциональны и непоследовательны, что трудно уловить суть того, с чем вы обращаетесь…

— Хорошо, я постараюсь быть по возможности краткой и последовательной, — решив, что последнее замечание вряд ли относится ко мне, решила не заострять внимание на его словах. — Мэтр Макдайли, если вы помните…

— Госпожа Валерия, можете называть меня просто Грегор, — неожиданно перебил меня Макдайли, — в данном случае я не являюсь вашим преподавателем и обращение «мэтр» можете спокойно опустить.

— Просто Грегор? Простите, но…вы старше меня и мы не так близко знакомы, чтобы я могла сейчас обращаться к вам по имени. Можно я все-таки оставлю за собой право называть вас на «вы»? — поскольку возражений не последовало, то я решила продолжить, — вы прекрасно помните, что был суд, его величество Райделл изволил выразить мне благодарность и…словом, я обратилась в Совет, чтобы он помог мне вернуться домой. Написала прошение, как у вас это положено, точнее, написал мне его Крайден, я только подписалась, пришла на этот самый Совет и…мне отказали. Причиной отказа формально послужил мой долг мэтру Эллентайну за то, что он лечил меня. На самом деле причина была совершенно в другом, члены Совета посчитали, что я слишком многого прошу от них, что они не должны заниматься такой ерундой, как выдворение меня обратно, потому что они потратят на меня свою силу, которая принадлежит Лионии, а не им лично. Сначала они как будто не знали, что вообще со мной делать, спорили и переругивались между собой, но потом Рейфельс…словом, разговор о моем долге мэтру Эллентайну исходил от него, а уж в самом конце мэтр Блион и сказал мне истинные причины такого решения. Нет, формально они даже как бы отложили этот разговор на полгода, до момента выплаты долга, мотивируя свое решение еще и тем, что двоих мэтров в настоящее время даже нет в Делькоре, а без них у этих четверых не хватит сил. Но сказано это было так, что…поправьте меня, если я ошибаюсь, но мне почему-то кажется, что эти двое отсутствующих мэтров так и не появятся ни через полгода, ни через год. Со мной разговаривали только четверо, но может быть в Совете есть другие люди, к кому я могу обратиться за помощью? Крайден говорил, что там постоянно создаются противостоящие группировки…может быть, я просто попала не в ту струю и если я обращусь к кому-то другому, то результат будет не столь…плачевен?

— Крайден говорил, — проворчал Грегор, нахмурившись, — Крайден не ходит на Совет, он вообще понятия не имеет, что там делается. Валерия, что вы такое сказали на Совете, отчего Унсеррат и Блион взбесились так, что даже Мейнер обратил на это внимание? Разве вам не приходило в голову, что в вашем положении самое лучшее было — молчать и слушать их, соглашаясь во всем? Отголоски их обсуждений я слышал, не скрываю, но вот причин их поведения понять не мог…что вы такое сделали, принялись угрожать им?