Разлучи нас, смерть! (СИ) - "Ginger_Elle" - Страница 277

В середине октября Джейсон вновь начал работать. Пока он сидел за компьютером, Диланом занимались Лори и ещё одна няня, которую агентство присылало в случае необходимости. Кое-какую работу ему подкинул Астон, но продвигалась она медленно: речь шла о запутанных схемах отмывания денег, и Джейсон с трудом продирался через слои подставных организаций и оффшорных компаний.

Через две недели после того памятного допроса и позорного бегства Итана Коттулински они снова встретились. Джейсон заехал в офис «Брэдшоу, Липтак и Сакс» буквально на десять минут по пустяковому вопросу, подписать какие-то бумаги. Он уже уходил и даже успел вызвать лифт, когда его окликнули сзади:

— Боялся, вы больше не появитесь!

Джейсон обернулся и увидел догоняющего его Коттулински. Тот втиснулся в лифт вслед за ним.

— Добрый день, мистер Коттулински, — с холодной вежливостью произнёс Джейсон, прекрасно понимая, что заставило юриста пронестись через холл едва ли не бегом и запрыгнуть в лифт буквально в последний момент.

— Можно просто Итан, — предложил тот.

— Хорошо, — отозвался Джейсон, отходя вглубь кабины, чтобы дать войти людям, которые присоединились к ним тремя этажами ниже.

Разговаривать при них Коттулински, видимо, не решался. Он стоял сбоку от Джейсона и иногда косился на него. Когда они вышли в лобби, Итан сказал:

— Как насчёт ланча?

Джейсон на пару секунд задумался, разглядывая Коттулински с насмешливой и немного озадаченной улыбкой.

— Сегодня? — спросил он.

— Да, сейчас. Время подходящее.

Джейсон согласился. Итан был ему симпатичен, и к тому же последние несколько месяцев (если исключить встречи с Астоном) он вообще ни с кем не общался, кроме юристов, полицейских и Лори Рамирез.

За ланчем Джейсон поинтересовался, на самом ли деле Итан отказался от участия в деле Лиланда.

— Да, отказался. Если бы я остался, то не мог бы пригласить тебя на дружеский ланч до конца разбирательства, а там бы ты уехал в свой Мэн, — широко улыбнулся Итан, совершенно не скрывавший своих намерений. — К тому же я всё равно стараюсь не брать новых дел: с декабря буду работать в Нью-Йорке. Переезжаю туда.

— Зачем тогда взялся за моё?

— Там работы было на несколько часов, — пожал плечами Коттулински. — И мне оно показалось интересным. Но когда я начал с тобой разговаривать, да ещё вести этот допрос… Мне, правда, стыдно за все те вопросы… Так вот, я понял, что попал.

Джейсон покрутил трубочку в стакане холодного чая и поднял на Итана глаза:

— Я до самого конца не догадывался.

— Никто не умеет так хорошо скрывать свои чувства, как юристы.

— Финансовые аналитики тоже неплохо справляются, — как бы между прочим заметил Джейсон, отводя в сторону свой притворно-пустой взгляд.

Итан сделал серьёзное лицо и заявил:

— Можно ли считать это утверждение свидетельством того, что ваше ко мне равнодушие не является истинным?

Они довольно приятно провели время вместе, хотя Джейсон поначалу сомневался, что сможет чувствовать себя в достаточной мере раскованно с незнакомым человеком, который, тем не менее, читал его «послужной список» и всё знал о его браке. Ему, в общем-то, нечего было стыдиться; он мог жениться, разводиться и спать с кем его душе угодно, но коллекция миллиардеров всё равно выглядела двусмысленно.

Коттулински ему нравился, причём — он был вынужден признаться в этом самому себе — именно в сексуальном плане. С отъезда из Швейцарии он не думал о мужчинах в этом смысле. До того момента, как он опустился перед Астоном на колени, он ни разу не испытывал даже толики возбуждения при взгляде на симпатичного молодого человека. Или немолодого. Но тогда, на вилле, он почувствовал нечто вроде мощного, опасного прилива, который надвигался медленно и неотвратимо, и если бы Астон не выставил его за дверь… Если бы он уложил его на кровать и начал целовать, начал раздевать и прикасаться так, как он один умел… Если бы Дэниел снова взял его, он бы стонал под ним без всякого притворства — не ради выполнения их соглашения, а от самого настоящего желания. Он бы ненавидел и презирал себя за это, но всё равно хотел бы снова принадлежать Дэниелу.

Ему казалось, что он больше никогда не захочет мужчину, но сейчас всё возвращалось.

Астон… Те две минуты в его комнате как будто повернули в нём какой-то ключ.

Джейсон вспомнил, как когда-то давно спросил Астона, всегда ли ему нравились мужчины. Он сам долго не мог смириться с тем фактом, что спит с человеком одного с собой пола. Это была лишь одна из вещей, с которыми он не мог смириться, — поначалу. Потом смог и с худшими.

Они с Астоном тогда сидели в маленьком садике, куда вела дверь из спальни в квартире на Кадоган-сквер. Это даже был не совсем сад, а своего рода терраса во внутреннем дворе. Двор был узкий, со всех сторон зажатый домами и стенами, и, чтобы скрыть тесноту и создать иллюзию сада, небольшое открытое пространство было окружено высокой, выше человеческого роста, решёткой, плотно увитой зеленью. Она же частично скрывала террасу от любопытных глаз. В центре Лондона даже такой крохотный зелёный клочок, принадлежащий лично тебе, был большой роскошью.

Джейсон хорошо помнил этот вечер: Дэниел планировал идти на деловой ужин, но мероприятие внезапно было отменёно, и Астон приехал к нему на Кадоган-сквер. Джейсон недавно там поселился и пока не чувствовал себя дома в слишком большой для него квартире. Садик стал одним из его любимых мест.

Это был один из первых в том году весенних вечеров, когда можно было спокойно сидеть на улице, не опасаясь замёрзнуть. Вечером в узком дворике быстро становилось темно, и для них на террасе зажгли свечи и принесли напитки. Джейсон пил глинтвейн. Горячее пряное вино разогрело тело, ударило в голову и заставило задать вопрос, на который он вряд ли бы иначе решился:

— Тебе всегда нравились мужчины?

Дэниел как-то странно, чуть ли не мечтательно улыбнулся.

— Нет, лет с двадцати, я тогда учился в университете. Думаю, я испытывал интерес и раньше, но то ли подавлял его, то ли не обращал внимания. А потом вдруг началось… Это не просто сексуальное желание, это ощущение власти и превосходства над другим человеком, другим мужчиной… Какие-то первобытные чувства. Сначала меня привлекали, скорее, они.

Джейсон кивнул: он понимал, что Дэниел имеет в виду.

— Был момент, когда мне это не то чтобы разонравилось, а как будто перестало волновать, — продолжил Астон, хотя Джейсон ни о чём его не спрашивал. — У меня был перерыв. Около трёх лет не было мужчин. Вообще. А потом…

— Что потом? — поинтересовался Джейсон.

Дэниел рассмеялся.

— Была такая глупая история. Смешная… — он вдруг помрачнел, несмотря на эти слова. — Я тогда… Это было перед моей свадьбой. Мальчишник организовывал мой брат, Роберт. Занялся этим чуть ли не за полгода. Он хотел сделать мне сюрприз, но так как он зарезервировал для поездки самолёт компании, конечно, я всё заранее узнал. Не люблю сюрпризы… Он на две ночи полностью снял «Марбелла Клаб». Это на Коста дель Соль. Мы прилетели туда утром, день провели вполне прилично, а вечером всей кампанией отправились по ночным клубам. Это чуть ли не первый и последний раз, когда я напился так, что ничего не помнил. Я проснулся утром в номере, но не в своём, а вообще в каком-то другом отеле. Со мной в кровати лежали девушка и парень. Я совершенно не помнил, как мы там оказались. Парень сразу куда-то смылся, а девушка мне всё рассказала. Мы с ней познакомились в клубе, она там работала, в смысле, искала клиентов, пришли в номер, и я заказал шампанского и ещё какой-то ерунды. Когда пришёл официант, я… я почему-то решил, что он должен к нам присоединиться. Парень сначала отказывался, он же был на работе, но я предложил ему денег. Наличных у меня почти не было, и я — Господи, я, видно, вообще был в невменяемом состоянии — пошёл к охране просить у них денег. Не чек же мне было выписывать… Не знаю, сколько я насобирал, кажется, около тысячи долларов франками, фунтами, долларами — всем, что у охраны было. Подозреваю, он изначально не был против. Это девчонка сказала, что она чувствовала себя слегка лишней, я драл беднягу официанта, а на неё не обращал внимания. Мы потом с ним ещё встретились. Его чуть не уволили из-за того случая, но я ему помог. Тогда ещё был жив старик Альфонсо[46], он, собственно, и наладил все эти туристические дела на Коста дель Соль. Он уже не занимался бизнесом — в те годы это было просто опасным: британские уголовники, арабы какие-то, потом русская мафия… Но он там сохранил достаточно влияния, чтобы замолвить за парня словечко. А потом я женился и… — было видно, что Дэниелу тяжело было рассказывать Джейсону эту часть истории, — и какое-то время старался не изменять жене. У меня ничего не вышло. Были мужчины, были женщины… Но до того, как я встретил тебя, у меня не было периодов, когда я так явно предпочитал именно мужчин.