И придет ночь - Скай Кристина - Страница 23

– Меня привлекает не столько ваша ферма, сколько вы сами. И я вас добьюсь, слышите? Никто вмешиваться не станет!

– Идите-ка домой, – сухо сказала Силвер. – Не выставляйте себя на посмешище.

Вдруг она почувствовала, что очень устала. У нее болели плечи, ныли все пальцы на руках. Не хватало еще, чтобы сэр Чарлз Миллбэнк разыгрывал сцены в ее рабочем кабинете! Ей нужно было думать о более важных вещах, например, откуда ждать очередной угрозы.

– Мы еще посмотрим, кто будет смеяться последним, мисс! – Его жирные пальцы схватили Силвер за волосы и притянули к себе.

Черт бы его побрал! Силвер чуть было не задохнулась от возмущения и рванулась, пытаясь освободиться из его цепких лап. Ну, теперь он у нее получит! Ей очень не хотелось этого делать, но он не оставил ей выбора.

Она схватила блестящий медный обломок.

– В последний раз спрашиваю: вы уйдете отсюда добровольно?

– Приказ ее высочества? – Миллбэнк притворно рассмеялся. – Жаль, но на этот раз по-вашему не получится, моя дорогая Силвер. – Он ухмыльнулся. – Я уж прослежу за тем, чтобы отправить юного Брэндона в школу – хорошую, известную строгими правилами. Тамошние учителя знают, как держать в узде избалованных мальчишек, предпочитающих пустые мечты урокам.

– Не посмеете! – прошипела Силвер. – Он еще не оправился от воспаления легких. В такой школе он непременно погибнет!

Ее зять лишь рассмеялся:

– А это уже не мои проблемы. Вам следовало быть со мной повежливее, когда у вас была такая возможность. – Он наклонился к ней, и его горячее дыхание обожгло ей щеку. – Господи, столько лет я хотел, чтобы вы стали моей, и теперь наконец-то я этого добьюсь!

Силвер вцепилась в трубу. Она вспомнила дядину инструкцию касательно мест, удар в которые является для мужчины самым болезненным.

Силвер прицелилась и уже собралась было нанести Миллбэнку удар именно в такое место, как вдруг раздался суровый голос:

– Не хочется разочаровывать вас, Миллбэнк, но вынужден приказать вам немедленно убрать руки от этой женщины. – Эти слова, произнесенные негромким голосом, послышались из-за густых зарослей розовых камелий. Из тени появилась неподвижная высокая фигура, с ног до головы одетая в черное, от черных ботинок и до маски из черного шелка. На глаза Блэквуда была надвинута черная шляпа.

Но чернее его одежды была ярость, плескавшаяся в его глазах. При виде его у Силвер захолонуло сердце. Его гнев был буквально ощутим физически. Зачем он пришел? Он ведь прекрасно знает, что она сама о себе может позаботиться.

Сэр Чарлз невольно отступил назад.

– И... и чей же это приказ, сэр?

Внезапно в черных перчатках блеснул серебряный пистолет.

– Это приказ лорда Блэквуда, – раздался ответ. Голос его был почти что ласковым.

Миллбэнк весь съежился.

– Б-Блэквуд? Это ты, наглец? Но ничего, скоро судья научит тебя подобающим манерам!

Фигура разбойника была наполовину скрыта в тени. Он рассмеялся и развязной походкой подошел ближе.

– Это Карлайл-то? Наш господин судья очень занят: он недавно вернулся из Лондона и проехал окольным путем, срезав дорогу. Теперь он почивает в своих покоях: на последнем постоялом дворе, который он посетил, он малость перебрал французского бренди. На твоем месте я бы не стал рассчитывать на помощь лорда Карлайла этой ночью, Миллбэнк. – Разбойник навел на него пистолет. – По-моему, я приказывал вам отпустить леди.

– Леди? – огрызнулся Миллбэнк. – Где ты видишь леди? Уж не эту ли рвань ты имеешь в виду?

Человек в черном подошел к нему почти вплотную. Шею Миллбэнка сдавили сильные пальцы, к его горлу прижался холодный металл.

– Возьми эти слова обратно. – Я...я...

Один за другим щелкнули два курка затвора.

– Ладно, ладно! Черт бы тебя побрал! Беру, беру!

– А теперь извинись перед леди.

Лицо сэра Чарлза приобрело буро-малиновый оттенок.

– Перед ней? Ни за что!

Когда два дула заряженного пистолета скользнули вверх по его горлу и уперлись в его двойной подбородок, он нервно сглотнул.

– Хорошо, хорошо! Черт с тобой! Эта девка не стоит моей жизни. Приношу вам свои извинения, – бросил он.

В глазах разбойника сверкнул огонь.

– Громче. Мне кажется, леди вас не услышала.

– Приношу вам свои извинения.

– Миледи.

Сэр Чарлз послушно повторил за ним.

– Очень хорошо. Думаю, этого пока хватит. А теперь будьте так любезны, избавьте меня от своего присутствия. Ваш вид оскорбляет мои лучшие чувства.

Сэр Чарлз так и застыл. Он скрестил руки на своем толстом животе и то сжимал, то разжимал кулаки.

– Вы что-то хотите сказать? – В шелковом голосе разбойника послышалась скрытая угроза.

Миллбэнк нервно сглотнул и помотал головой.

– Очень хорошо. В таком случае будьте добры удалиться. Выход с той стороны. Сами найдете?

Баронет приглушенно выругался и шагнул через порог. Выйдя на свежий воздух, он разразился яростной бранью, которая становилась все приглушеннее по мере того, как он удалялся от оранжереи.

Силвер стояла не шевелясь и смотрела на фигуру в маске, прислонившуюся к дверному косяку.

– Как... как мило с вашей стороны, что вы пришли мне на помощь. Хотя я, конечно, и сама бы справилась. – Она криво улыбнулась и показала ему обломок медной трубы.

Разбойник неторопливо засунул пистолет в карман своего плаща.

– Как вы изобретательны! Но все-таки я рад, что оказался поблизости. – Он прищурил свои янтарные глаза. – Он и раньше к вам приставал?

Силвер отбросила с лица непослушную прядку волос. Теперь, когда сэр Чарлз уже ушел, она ощутила странную слабость в коленках.

– Никогда. По крайней мере так открыто. Но почему вы здесь?

Янтарные глаза в прорезях маски внимательно изучали ее.

– Так получилось, что я не смог остаться в стороне, Солнышко. И я не жалею, что оказался рядом в такой момент. Служить вам всегда будет для меня высокой честью, моя прекрасная дама.

Жар в его глазах заставил Силвер содрогнуться. Она не нуждалась в его покровительстве. Сейчас было опасно принимать помощь от кого бы то ни было – она ведь еще не выяснила, кто ее враги. К тому же в присутствии этого человека она испытывала невольное волнение, и у нее кружилась голова.

Нахмурившись, она посмотрела на него:

– Вы решили принять мое деловое предложение?

– Нет.

– Тогда нам с вами не о чем говорить.

– Вы ведь знаете, что он еще вернется. Такие люди всегда возвращаются. И как вы в следующий раз намерены себя защищать?

Силвер пожала плечами. Она с трудом соображала, когда он так на нее смотрел. Высокий, сухощавый, он стоял всего в нескольких дюймах от нее, прислонившись к дверному косяку. Она отвернулась. Щеки ее залил алый румянец.

– В чем дело, маленькая моя?

– Я... Да так, ничего.

– Что он тебе сделал? Неужели я опоздал? Клянусь Богом, я придушу мерзавца, если он...

– Нет, – поспешно ответила Силвер. – Ничего он не успел сделать. Просто крутился здесь, как шелудивый пес, выдвигая какие-то дурацкие требования.

Она потерла лоб, пытаясь забыть уродливую ухмылку на физиономии Миллбэнка.

– Он опасен, Солнышко. Помни об этом.

На минуту его гнев снова стал физически ощутим. У Силвер от этого по коже пробежали мурашки. В нем была какая-то темная сила, редкая твердость, которая отличала его от других мужчин. По крайней мере от цивилизованных мужчин. Вот почему она решила попросить его о помощи. Но он никогда не согласится ей помочь, в этом-то все и дело.

– Я как-нибудь сама справлюсь, – сухо ответила она.

– Я не хотел вмешиваться. – Он говорил это скорее себе, чем ей. – Я не должен был вмешиваться, но я случайно услышал, как Миллбэнк хвалится тем, что приберет эту ферму к рукам. Я хотел вас предупредить.

– Считайте, что я уже предупреждена. Что вы еще хотели мне сказать? – дерзко спросила она.

Блэквуд, очевидно, не ожидал такой реакции. Ведь он как-никак только что спас ее честь, а возможно, и жизнь.