Сделка с врагом - Мортимер Кэрол - Страница 6

– Ваша… смена?

– Да, моя смена, – четко подтвердила Брин. Недоумение в его голосе уязвило ее. – Я работаю продавцом в одной известной сети кафе.

Он удивленно приподнял брови.

– Латте, капучино, эспрессо и малокалорийные булочки? Вы говорите про эти забегаловки?

Брин поморщилась. Первые полчаса разговора прошли гладко; временами беседа была даже приятной. Они обсуждали, какие из своих работ Брин собирается выставить на выставке в следующем месяце, оговаривали сроки и другие необходимые детали. Но это, очевидно, было просто затишьем в их неприязни. Сейчас Габриэль решил изобразить надменного миллионера. Брин с вызовом посмотрела на него:

– Вы что-то имеете против уличных кафе?

Его соблазнительные губы скривились в улыбке.

– Я там никогда не бывал.

Конечно. Такие богатые люди, как Габриэль Д’Анжело, посещают дорогие рестораны и модные бары, а не придорожные кафе.

– Но я против того, чтобы один из моих художников работал в кафе, – четко продолжил он.

Брин напряглась.

– Один из ваших художников?

– Я не ошибаюсь, это ведь будет ваша первая выставка? – спокойно спросил он.

– За последние пару лет я продала одну или две работы небольшим галереям, – парировала она.

– Но ведь это будет первый раз, когда столько картин Брин Джонс будет представлено на официальной выставке?

– Да… – замешкавшись, подтвердила она.

Он кивнул.

– В дальнейшем, хотите вы того или нет, ваше имя будет связано с галереей «Архангел».

Она и так поступилась своей гордостью, представив свои работы на конкурс, организованный братьями Д’Анжело. И безусловно, ей не нравилась мысль о том, что ее имя навсегда будет связано с этой ненавистной фамилией. Брин до сих пор было страшно при мысли о реакции матери, если та когда-нибудь узнает, где именно будут выставлены ее картины! Конечно, Брин хотела получить признание своего таланта, но в то же время она не желала связывать свое имя с именем Д’Анжело или галереей «Архангел».

– Что вы предлагаете? – настороженно спросила Брин.

Он поморщился.

– Я думаю, что будет лучше, если в напечатанном и разосланном нашим клиентам каталоге не будет указано, что вы работаете в уличном кафе.

– Для кого лучше?

Габриэль подавил раздражение, вызванное ее надменным тоном. К тому же он не собирался признаваться, что уже знал о ее работе в кафе. И что ему не нравится эта ее работа. Он никогда не посещал такие заведения, но проезжал мимо бесчисленное количество раз. Его не очень прельщала мысль, что Брин изматывает себя в этом заведении каждый день, чтобы свести концы с концами. Работа ассистентом в «Архангеле» сильно облегчит ей жизнь.

Габриэль насупил брови.

– Какая у вас может быть причина отказываться от работы?

– Дайте подумаю… – Брин приложила палец к подбородку, изображая раздумья. – Первое – я не хочу работать в галерее. Второе – я не хочу работать в галерее. И третье – я не хочу работать в галерее! – Ее глаза сверкали решительным блеском.

– Именно здесь, у нас или вообще в галерее? – спокойно спросил Габриэль.

– В любой галерее, – твердо ответила Брин. – Потом, не будет ли это выглядеть как протекция? – изящно предупредила она следующее возражение Габриэля Д’Анжело.

– Из-за вашего участия в выставке?

– Так точно, – удовлетворенно подтвердила она.

Он поджал губы.

– И это ваш окончательный ответ?

– Да.

Он мрачно усмехнулся.

– Вы очень… несговорчивы, мисс Джонс.

– Я пытаюсь сохранить свою независимость, мистер Д’Анжело, – резко ответила Брин.

– Возможно, вы правы, – протянул он, поднимаясь с кресла. Сухость его тона подразумевала, что он не согласен с ней.

– Я думаю, мы все обсудили на сегодня. У меня назначена встреча, – он взглянул на дорогие наручные часы, – через десять минут. Он вопросительно посмотрел на нее, так как она до сих пор не встала с кресла.

– Понятно. – Брин так поспешно вскочила, что случайно задела сумку и все ее содержимое тут же раскатилось по комнате. – Там-тарарам! – Она быстро присела на ковер и с горящими от смущения щеками стала собирать и запихивать обратно в сумку свои вещи; некоторые из них были очень личными.

– Мне всегда было интересно, что женщины носят в сумочках, – весело произнес Габриэль Д’Анжело.

– Ну, теперь вы знаете! – Брин подняла глаза и смутилась еще больше, потому что Габриэль был совсем близко. – И я бы собрала все гораздо быстрее, если бы вы помогли мне, а не стояли, усмехаясь.

Габриэль улыбнулся. В эту минуту он казался потрясающе привлекательным, по-мальчишески озорным – улыбка очень его молодила. Перестав ухмыляться, он посмотрел на нее внимательным оценивающим взглядом. В его глазах цвета топленого шоколада блеснули озорные огоньки. Габриэль нахмурился, видя Брин, стоящую перед ним на корточках. Эта поза была столь сексуальной, что он почувствовал, как в его брюках тут же стало тесно.

Щеки Брин раскраснелись, губы были слегка влажны и приоткрыты, ее черные брюки так плотно облегали ее соблазнительные ножки!

– Хорошо, – хрипло произнес он, опускаясь на пол рядом с ней. Стараясь не смотреть на нее, он подобрал блокнот и ручку, а также маленький тюбик крема для рук и гигиеническую губную помаду.

– Вы сказали, там-тарарам? – Он почувствовал цветочный аромат ее духов, хотя сама она казалась смесью пряностей. Краем глаза Габриэль увидел, как она пожала плечами.

– Мама никогда не любила ругающихся женщин, поэтому я с детства научилась импровизировать.

Опускаясь на колени, Габриэль не расслышал ее ответ. Запах всех этих пряностей – корица, фрукты, может быть, нотка меда – все это усиливало его желание.

– Зачем вам белый перец, Брин? – спросил он, изучая баночку.

– Это дешевле, чем перцовый баллончик! – Она выхватила баночку у него из рук и бросила в сумочку.

Габриэль недоуменно посмотрел на нее:

– Перцовый баллончик?

– Я несколько раз в неделю возвращаюсь домой поздно ночью.

Она не увидела, как помрачнело его лицо.

– Из кафе, – сухо произнес он.

Брин бросила на него быстрый взгляд и отвернулась.

– А вам-то что?

Хороший вопрос. Но Габриэль не мог на него ответить. Иначе ему бы пришлось признаться, что он знает о ней всю правду и до сих пор чувствует свою вину. Прошедшие полчаса в обществе Брин Джонс убедили его, что независимость, которую она демонстрировала, в действительности лишь защитная маска. Но Габриэль помнил, что она всегда была немного колючей – ее вспыльчивый темперамент хорошо читался в сверкающих глазах и заостренном подбородке.

– Мне показалось, что у вас назначена встреча через несколько минут? – Она вопросительно посмотрела на Габриэля, который, не шелохнувшись, сидел рядом с ней.

– Интересно, что подумают люди, если увидят нас на полу в таких позах? – намеренно решил спровоцировать ее Габриэль.

– Можем узнать, если ваш следующий посетитель придет пораньше! – Щеки Брин порозовели, когда она полезла под журнальный столик, чтобы подобрать помаду.

Посетителем был престарелый лорд Дэвид Симмонс, страстный коллекционер произведений искусства, и Габриэль опасался, как бы его не хватил сердечный приступ при виде роскошной фигуры Брин.

– Я сказала что-то смешное? – Брин выпрямилась и посмотрела на Габриэля, который снова улыбался. Его темные волосы ниспадали на лоб. Брин пришлось сжать кулаки, чтобы не прикоснуться к этим шелковистым темным кудрям.

– Да так, вспомнил. – Улыбка исчезла с его лица, глаза потемнели, однако он продолжал внимательно изучать ее.

Брин заметила, что Габриэль смотрел не на нее, а лишь на ее губы. Влажные и приоткрытые губы, которые она тотчас же поджала, резко поднявшись на ноги и перекинув сумку через плечо. Осознав, что из-за их разницы в росте лицо Габриэля находится сейчас на уровне ее груди, Брин замерла. Габриэль даже не пытался скрыть, что видит голую грудь Брин сквозь просвечивающую ткань ее блузки…

Глава 3

– Мистер Д’Анжело?..