Русская весна - Спинрад Норман Ричард - Страница 89

Плевать. У него есть цель. Он уже отказался от родины, от жены, от семьи, от своего Проекта и готов был отринуть все остальное.

Вторая практическая задача – уломать Патриса Корно, чтобы тот оставил его на службе после того, как проектные работы закончатся. Чтобы просить об этом, пришлось поступиться остатками гордости, но Джерри пошел на это без колебаний. Он явился в кабинет руководителя Проекта, своего бывшего протеже и друга, и без обиняков попросил взять его на работу. На любую, какая найдется.

– Джерри, давай напрямую, – сказал Корно, когда Джерри закончил свой сбивчивый рассказ о старых долгах и нынешнем беспросветном существовании. – Ты не участвовал в инженерной работе черт знает сколько лет, никогда не руководил монтажом. Чем я могу помочь тебе?

– Патрис, я уже двадцать лет занимаюсь Проектом и знаю его как свои пять пальцев, ты можешь найти что-нибудь...

Корно вздохнул.

– Ты вынуждаешь меня говорить неприятные вещи...

– Валяй, Патрис. Я уже столько хлебнул, что проглочу и это.

Корно пожал плечами.

– Штука в том, Джерри, что ты конструктор, генератор идей, а этот этап работы завершен. Как инженер ты вряд ли будешь на высоте – столько лет без практики...

– Так твою растак! Патрис, ты руководишь моим Проектом, и ты это знаешь! Какое-нибудь дело в твоей конторе, помощник директора или что-то в этом роде! Неужели ты не можешь подыскать вакансию? Прошу тебя, Патрис. Я согласен на что угодно!

– Джерри, я бы рад, но я связан по рукам и по ногам. Ты – фигура политическая, тебе непристойно быть на низком уровне. Вот разве что...

– Разве что?

– Неловко даже говорить, но все-таки... Что, если сделать тебя... э-э... помощником директора Проекта по реализации конструкторского замысла?

– Это что за чертовщина?

– Пусть себе ломают голову, – рассмеялся Корно. – Это шанс оставить тебя при Проекте – в знак признательности за заслуги. Сделаем вид, что работаем вместе. Но учти, тебе придется дорого за это заплатить.

– Назови цену! – потребовал Джерри.

Корно отвел глаза. Не без усилия выговорил:

– Тебе придется отказаться от американского гражданства и стать гражданином Объединенной Европы. Только в этом случае русские не поднимут крика. Они ни за что не согласятся с назначением на руководящий пост человека без общеевропейского гражданства. – Корно вздохнул. – Поверь, я с наслаждением всадил бы этот бред в глотку Вельникову...

– Я согласен! – объявил Джерри.

– Согласен? – настороженно переспросил Корно. – После стольких лет? Джерри, с этого надо было начинать еще черт знает когда!

Борис Вельников резко возражал против его назначения, но Эмиль Лурад поддержал Корно, и вскоре Джерри занял кабинет по соседству с Патрисом. Комнатка была не больше прежней, зато рядом с эпицентром событий. Джерри, можно сказать, бил баклуши – скучал на бесконечных заседаниях у шефа и выполнял его мелкие поручения.

Вскоре руководитель Проекта смекнул, что учинять разносы удобнее через «помощника по реализации конструкторского замысла». Это позволяло ему играть в «доброго полицейского» – «злым» был Джерри, и это оказалось хорошим решением: инженеры постарше отлично помнили, каково быть опальными космическими фанатами и чтили Джерри как «великого старика». Все знали, что он в одиночку спроектировал свой вариант аппарата. Что он носился с проектом задолго до того, как тот стал Проектом. Все знали и то, что он никому не отдает предпочтения и не вкручен ни в какие политические интриги. Словом, в его лице Корно нашел идеального посредника – человека, которому прощали самые неприятные распоряжения.

Джерри оказался отличным щитом в борьбе с Вельниковым. Главный инженер Проекта заваливал их мудрыми посланиями из Москвы, и как только до Патриса Корно доходили сведения об очередной порции, он исчезал с горизонта, и Вельников, к великому своему неудовольствию, вынужден был общаться с ним через Джерри. Вельников без труда раскусил тактику Корно, да что толку? Зато Джерри старался быть миротворцем, так как сознавал, что не стоит ссориться с русским, который доказал свое умение совать палки в колеса. Одновременно и Патрис Корно вел дело так, чтобы не было прямой вражды; их отношения были холодными, но пристойными.

Однако Джерри очень удивился, когда Борис Вельников после вечерней деловой встречи предложил ему выпить по рюмке. Растерявшись, он позволил Вельникову усадить себя в такси и привезти к «Дё Маго», прославленному старинному кафе на бульваре Сен-Жермен. Это кафе, легендарное место встреч парижских интеллектуалов в давние-предавние времена, сохранилось в прежнем виде, и туристы выкладывали там бешеные деньги уже сотню лет.

Вельников усалил Джерри за столик, заказал коньяк и сразу взял быка за рога:

– Мы никогда не испытывали друг к другу нежных чувств, Рид. Но в ЕКА грядут большие изменения, и я полагаю, что нам не мешает заключить союз. Мы не должны пылать взаимной любовью, чтобы служить своим классовым интересам.

– Борис, избавьте меня от диалектического материализма, – откликнулся Джерри. Хотя Вельников величал его Ридом, Джерри с болезненным удовольствием звал его по имени, словно это было бюрократической привилегией помощника Корно.

Вельников позволил себе насупиться – и только. Этот лысеющий дородный мужчина носил отлично сшитые костюмы свободного покроя, которые скрадывали его грузность и придавали ему внушительный вид человека, рожденного стать боссом. Если он морщился – как сейчас – это значило, что он готовится обрушиться на собеседника.

На сей раз атаки не последовало. Вместо этого заговорщическим тоном Вельников произнес:

– Из московских источников я узнал, что директор ЕКА Эмиль Лурад вскоре станет министром технического развития Объединенной Европы.

Джерри и виду не подал, что эта секретная информация произвела на него впечатление.

– И каким же образом это повлияет на наши общие интересы? – безразлично спросил он.

– Корно почти наверняка поставят на его место, – пояснил Вельников.

Джерри стремительно прокручивал в голове варианты. Кто заменит Патриса на посту руководителя Проекта, когда тот пойдет на повышение? Как скоро он, Джерри, вылетит со своего места помощника руководителя Проекта по всякой белиберде – ведь вся эта «реализация конструкторского замысла» не более чем бюрократический эвфемизм?

Вельникову не стоило труда разгадать, о чем он думал.

– Да-да, господин Рид, в Агентстве будет большая перетряска, – с мрачной ухмылкой проговорил он. – Вам есть что терять, а мне – что выиграть.

– Спасибо за доверие, Борис, – отозвался Джерри еще суше прежнего. Он был в смущении. – Ясно, что потеряю я, но, позвольте узнать, вы-то что выиграете?

– Я рассчитываю на место руководителя Проекта. Вместо Корно.

Джерри отхлебнул коньяка. Ежели руководителем Проекта станет Вельников, то он, Джерри, тут же получит коленкой под зад. Но что этот ублюдок хочет ему сказать?

– Вижу, что перспектива вас не очень радует, – со скверной улыбкой произнес Вельников.

– Русскому не быть руководителем Проекта, и вы это знаете, Борис.

– Рид, мне это нужно позарез. – Вельников говорил с нажимом, почти с бешенством.

– Что ж, и я когда-то примерялся к этому посту, – спокойно ответил Джерри. – И поэтому, Борис, не обессудьте, если я позлорадствую, когда вы тоже потерпите фиаско.

Вельников умел владеть своими эмоциями.

– Один-ноль в вашу пользу, – сказал он спокойно и с достоинством, что не ускользнуло от внимания Джерри. – Однако что было, то прошло. Любопытно бы узнать, о чем вы мечтаете теперь?

– А к чему вам знать мои желания?

– Возможно, я смог бы помочь вам – в обмен на кое-какие услуги. Вы же на дружеской ноге с Корно. Когда наступит время подыскать преемника, он непременно посоветуется с вами...

– И вы воображаете, что я за вас замолвлю словечко? – не смог скрыть удивления Джерри.

– Вы не ошиблись, – вежливейше отозвался Вельников.