Признание шефа разведки - Вудворд Боб - Страница 149

В тот вечер Норт, Макфарлейн и несколько сотрудников Совета национальной безопасности отчаянно пытались восстановить хронологию событий, с тем чтобы отдалить от них президента и затушевать его роль. Особенно это касалось одобрения Рейганом в 1985 г. первых поставок оружия через Израиль Ирану. По компьютерной связи Норт пригласил в кабинет своего помощника подполковника Роберта Эрла, с тем чтобы попытаться найти выход из положения.

На состоявшейся пресс-конференции Рейган защищал иранский проект: «Я не думаю, что была допущена ошибка. Я не считаю, что мы потерпели фиаско или понесли какой-то серьезный урон». Четыре раза президент отрицал, что «снисходительно» относился к израильским поставкам оружия Ирану и что какая-то другая страна замешана в этом деле. Однако через двадцать пять минут после пресс-конференции Рейган внес в свое выступление необычную поправку, заявив, что фактически он потворствовал таким поставкам другой страной.

На следующий день Кейси и Гейтс отправились в Белый дом, чтобы попытаться разрешить спор с Нортом, который утверждал, что в ноябре 1985 г. не он добивался помощи со стороны ЦРУ в деле осуществления израильских поставок.

В тот вечер Кейси снова был в Белом доме, пытаясь подготовить свои показания, которые он должен был наутро дать комитетам конгресса по разведке. Он встретился с Пойндекстером, Шульцем и Мизом. В своих показаниях он намеревался сказать: в 1985 г. ЦРУ считало, что «Израиль поставляет Ирану оборудование для бурения нефти, а не оружие».

Позднее в тот же вечер Шульц встретился с президентом в его жилых апартаментах в Белом доме. В ходе беседы государственный секретарь сообщил президенту, что директор центральной разведки намеревается выступить в комитетах по разведке с лживыми показаниями, намеревается сделать также заявления, которые не выдержат самой поверхностной проверки. Шульц весь кипел. Он никогда не думал, что сможет так разговаривать с Рейганом, почти распекая президента Соединенных Штатов. Он заявил президенту, что необходимо смотреть фактам в глаза: любой ознакомившийся с ними увидит, что оружие поставлялось в обмен на заложников.

Тем временем Кейси проводил в Лэнгли совещание с большой группой сотрудников ЦРУ, которые могли что-то знать. Ранее он встретился с Нортом, и они исключили из заявления упоминание об израильских поставках 1985 г., как о поставках оборудования для бурения нефтяных скважин.

На следующий день Кейси поднялся рано и еще раз перечитал свои показания. Он сократил их, подгоняя под уже известные сведения, включил некоторую информацию, которая, судя по всему, скоро должна потерять свою секретность. В 9 часов 30 минут Кейси появился на совершенно секретном закрытом заседании комитета палаты представителей по разведке перед его пятнадцатью членами. В воздухе витал дух недовольства. После того как Кейси зачитал свое резюме (это заняло около 10 минут), председательствовавший Ли Гамильтон прямо спросил, справедливо ли утверждение директора ЦРУ, что уведомление о проведении тайной операции можно по закону отложить на десять месяцев. Кейси холодно ответил: «Мы говорим о конституционной прерогативе президента». По его словам, требовались осторожность и осмотрительность. Времени оставалось мало, так как иранцы пытались оказать влияние на тех, в чьих руках находились американские заложники в Ливане.

— Предпринимая эти попытки, мы имели честные намерения, — заявил Кейси. — Мы осуществили довольно ограниченные мероприятия, соответствующие поставленным целям. Переданное оружие — это мелочь. Нужно или рисковать, или сидеть и наблюдать за происходящим. Я за риск с предосторожностью и осмотрительностью. Я хочу сказать, что пошел бы на риск, если бы пришлось повторить все с начала.

В спор вступили некоторые республиканцы, защищая президента и доказывая, что информация из комитета просочилась бы во вне. Дейв Маккеди, демократ от штата Оклахома, спросил:

— Кто руководил операцией, господин Кейси?

— Я думаю, мы все. Была команда.

— Кто возглавлял команду? Давал указания? Пойндекстер или Кейси?

Кейси ответил:

— Я думаю, президент.

В 11 часов Кейси должен был появиться перед сенатским комитетом по разведке. Поэтому он покинул заседание, заявив, что вернется в 13.30.

Кейси направился в защищенный от подслушивания зал заседаний сенатского комитета по разведке и сел за длинный стол, на котором перед ним был установлен специальный микрофон, напоминающий насекомое — богомола. Микрофон должен был помочь сенаторам лучше понимать знаменитое бормотанье директора центральной разведки. Рядом с Кейси сидел Клэр Джордж. После шести лет уверток пришел час расплаты. Все члены комитета сидели за белым подковообразным столом. Присутствовал также демократ от штата Западная Вирджиния, лидер демократического меньшинства в сенате Роберт К. Бэрд.

— Извините, господин председатель, — сказал он, — приведен ли свидетель к присяге?

Возник неловкий момент. Дюренбергер ответил, что за исключением слушаний в связи с назначением на должности, свидетелей не приводят к присяге. Это создает атмосферу свободного обмена мнениями. На данном заседании речь идет не о споре между сторонами. Но если кто-то из сенаторов хочет, чтобы свидетелей приводили к присяге, это, конечно, можно сделать. Но никто, включая Бэрда, не пожелал.

Кейси сидел молча, а затем начал читать заранее подготовленное заявление. Он пытался представить акцию как обычную тайную операцию. Он не упомянул об отсутствии директивы президента в то время, когда ЦРУ в 1985 г. стало оказывать содействие Израилю в поставках оружия Ирану. Не сказал он и о подготовленной Споркином директиве, которой президент задним числом одобрил роль ЦРУ в израильских поставках. Об иранском посреднике Горбанифаре Кейси говорил как о «представителе Ирана», не называя его по имени.

Некоторые сенаторы настаивали на том, чтобы была названа фамилия этого представителя и изложены его взаимоотношения с ЦРУ. Кейси ушел от этого вопроса. На тот же вопрос Клэр Джордж ответил, что это очень ценный источник и его фамилии называть не следует.

— Это был Горбанифар? — спросил один из сенаторов.

— Да, сенатор, — ответил Джордж. — И теперь нам придется побеспокоиться о его безопасности, если эти сведения будут преданы гласности.

Не был раскрыт факт и о том, что Г орбанифар не смог пройти проверку на детекторе лжи.

На вопрос, играл ли генерал Секорд какую-либо роль в поставках оружия Ирану, Кейси заявил, что он слышал об этом из сообщений прессы и пытался ограничиться этим сообщением. Однако ему стали задавать другие вопросы.

— Мы знали о деятельности генерала Секорда и не одобряли ее, — вынужден был признать директор центральной разведки.

Говоря о встречах с иранцами, Кейси упомянул о «сотруднике Совета национальной безопасности».

На вопрос: «Кто это?» — директор центральной разведки ответил, что ему об этом не известно. Он переадресовал этот вопрос Джорджу. Заместитель директора ЦРУ по оперативным вопросам ответил, что ему тоже точно не известно. Он повернулся назад и задал этот вопрос сидящему позади него своему помощнику. Последний ответил, что ему тоже точно не известно.

Фамилия подполковника Норта не была упомянута. Кейси составил свое выступление как предложение уладить дело миром, не сообщая каких-либо новых сведений. Он не стал говорить о трудных финансовых проблемах, о том, что часть денег, полученных от продажи оружия, пошла на оказание помощи «контрас».

В 13 часов 50 минут Кейси вернулся в комитет по разведке палаты представителей. Он заявил, что, по его мнению, идея о передаче руководства иранской операцией Совету национальной безопасности была не наилучшей. Кейси сказал, что ранее подобное же произошло с операциями в Центральной Америке, когда конгресс ввел ограничения на операции ЦРУ в Никарагуа, Совет национальной безопасности взял на себя руководящие функции. В данном случае Кейси признал то, что ранее администрацией отрицалось. Кейси отметил: «Совет национальной безопасности активно направлял операции по снабжению «контрас» оружием из частных источников. Детали мне не известны. Я не интересовался подробностями, поскольку мне было запрещено что-либо делать. Я знаю, что этим занимались другие».