Акция возмездия - Свонн С Эндрю - Страница 86

Кропоткин опустился за западный горизонт Краски неба начали блекнуть, постепенно выгорая от кровавого оттенка свежей раны до темного пурпура глубокого кровоподтека. Тетсами стояла на высоком уступе, с которого открывался вид на вытянувшийся во всех направлениях город. Годвин — коричнево-черный в наступающих сумерках — влажно поблескивал, напоминая огромную кучу навоза, кишащую насекомыми-людьми. Со своего наблюдательного пункта Тетсами была видна точка комплекса «ГАА», небольшой шрам в лесу, оставленный «Кровавым Потоком» и большая круглая воронка в том месте, где орбитальная атака Клауса превратила горную долину в гигантскую яму, наполненную песком и гравием.

«Все, — подумала Тетсами. — Все в порядке»

Задуманный ею план сработал.

Впрочем, сработал ли?

Тетсами поежилась от вечернего холода и обхватила плечи руками.

— Бедняга Йоханн, — прошептала девушка. — Что толкнуло тебя на предательство, ублюдок ты траханый…

У нее ушло два или три дня на то, чтобы тщательно проанализировать последние пятнадцать минут операции, но она так и не поняла до конца, что же, собственно говоря, произошло. Впрочем, вероятно, ей и не очень хотелось понять. Многое показалось ей странным и неясным. С полной определенностью можно было утверждать только одно — полковник Клаус Дахам проиграл последний раунд. Может быть, даже погиб.

Доминику каким-то образом удалось перехитрить своего брата. Он обвел его вокруг пальца, обошелся с ним так же цинично и безжалостно, Как обходился и со всеми остальными.

Особенно с ней, с Тетсами.

Почему Магнус не сказал нам, что Клаус — его брат? Она почувствовала, как волна обиды и гнева снова захлестывает ее. Почему он не сказал о том, что предпринял дополнительные меры по защите Общины Дидро? Почему не сказал нам, что Леви шпион? Он ведь наверняка давно догадался об этом…

Доминик догадывался, что Клаус может предпринять атаку на общину. И поэтому подготовился к нападению. Ко времени начала атаки почти все его люди укрылись в туннелях, пронизывающих горы вокруг общины. Зарегистрировав появление вражеского разведмодуля, помощники Магнуса быстро эвакуировали весь наземный персонал в пещеры. Орбитальный удар превратил наземное здание в груду щебня, но погиб всего один человек и было ранено несколько десятков, когда обвалился потолок одной из пещер.

Какой-то частью своего существа Тетсами прямо-таки возненавидела Доминика за то, что он никому не сказал — не сказал и ей — о том, что его люди в безопасности.

Подонок бесчувственный.

Тетсами вспомнила, какой всепоглощающий ужас охватил ее, когда она наблюдала за тем, как разрушается община… Она ожидала, что назначенная Домиником встреча в долине произойдет в массовой братской могиле… а вместо этого увидела, что его люди, целые и невредимые, включились в работу по благоустройству бесконечного лабиринта пещер. В туннелях сооружались жилые помещения со всеми удобствами; лазареты, оборудованные по последнему слову медицинской техники, гидропонические оранжереи, способные сколь угодно долго обеспечивать обитателей катакомб продуктами питания.

Уж кому-кому, а ей Доминик мог бы рассказать обо всем этом.

Ей-то он мог бы довериться.

Особенно скверно обстояло дело с Йоханном Леви. Тетсами хотелось бы верить, что Магнус узнал о предательстве Леви в самом конце операции. Но в ней все больше и больше крепло подозрение, что он использовал Леви в качестве инструмента для достижения своих целей, управлял им, как марионеткой. Подозрение это тесно переплелось с тем самым гнусным ощущением, которое не оставляло Тетсами со времени завершения операции.

Конечно, весь проект изначально был крайне рискованным. Все участники операции отдавали себе отчет в том, что в ходе акции возможны жертвы. И каждый, прекрасно понимая это, добровольно согласился принять в ней участие.

Разве не так?

Тетсами с отвращением взглянула на Годвин, расползающийся, подобно злокачественной опухоли, по телу планеты Бакунин, и заставила себя признать истинную проблему, поставившую операцию на грань провала.

Именно ей, Тетсами, пришла в голову идея налета на сейф «ГАА», именно она все спланировала, она набрала команду и подготавливала людей… а сама оказалась неподготовленной. Неготовой к тому, что доверившихся ей людей могут ранить или убить. Неподготовленной к трагедии, произошедшей с Шейн.

Шейн. Это был, вероятно, самый тяжелый груз на совести Тетсами. Несмотря на отличное медицинское обслуживание подземной «империи», здешние доктора не смогли оказать ей надлежащей помощи. Шейн утратила основную — нижнюю — часть туловища, дышать была вынуждена при помощи аппарата искусственного дыхания, а в сознание так еще и не пришла.

Айвор тайком отвез ее в госпиталь «Штеммер Фасилити», где она проходила — анонимно — курс лечения после стычки с морпехами на стройплощадке. Теперь ей предстояло подвергнуться основательной реконструкции, хотя врачи пока остерегались прогнозов, простирающихся дальше возможности спасти жизнь пациентки.

Что касается Мосасы и Беспорядочного, то они практически не пострадали во время инцидента на «Кровавом Потоке», и только одно это заставляло Тетсами чувствовать себя еще более стесненно в присутствии обоих носителей искусственного разума.

Не могла Тетсами не вспомнить также и четырех морских пехотинцев, находившихся на борту «Кровавого Потока». Морпехов, которые оказались прямо перед залпом, когда Шейн открыла огонь, тогда как саму Шейн сильно окатило обратным потоком плазмы.

Следует добавить к этому списку морпехов, которые погибли при столкновении «Кровавого Потока» с административным корпусом «ГАА», плюс несколько человек, которых пристрелил Леви во время своей отчаянной попытки разделаться с Клаусом, плюс самого Йоханна Леви, который тоже, скорее всего, покойник.

Чем дальше предавалась Тетсами мрачным размышлениям, тем больше трупов всплывало на поверхность.

А не лучше было бы начать подсчет с трех снайперов, которых она самолично укокошила на стройке?