Кровавый рассвет - Свонн С Эндрю - Страница 37

Эйнджел повела Анаку в какой-то безымянный бар, что расположился как раз на границе между Хейт Эсбери и Джапантауном. Темное, пропахшее мускусом помещение не слишком жаловало клиентов-моро, но во всяком случае принимало их.

Эйнджел и Анака заняли столик недалеко от входа. Эйнджел грызла хрустящие подсоленные крендельки, а Анака, прикончив уже не одну банку пива, продолжал заказывать все новые. Впервые в жизни Эйнджел не знала, что сказать.

— Не слишком далеко я продвинулся, — говорил Анака. — Сначала Граф умирает от компьютерной ошибки. Затем, после поверхностной аутопсии, исчезает доктор Эллис и, наконец, — опять же из-за компьютерной ошибки — тело лиса кремируют.

Анака покачал головой.

Эйнджел продолжала молча грызть крендельки, подумывая о том, чтобы взять чего-нибудь более существенного, чтобы расслабиться. Взгляд Анаки был устремлен на стол, казалось, он что-то пристально рассматривал там над парящей возле столешницы голограммой меню.

— Два компьютерных глюка следуют один за другим в двух разных больницах, а? Вследствие одного погибает подозреваемый, второй уничтожает тело жертвы. Это уже слишком. Чико и Дуэйн признают себя виновными в совершении нападения.

— Плюньте вы на это. Черт, как ваше имя?

— Коуб. — Анака с явным облегчением оторвал взгляд от крышки стола. — Кому, как не вам понять меня?

— Черт, конечно же, я все понимаю. Лучше скажите мне, когда вы последний раз спали?

Анака не ответил и поставил на стол последнюю опустошенную банку пива. Сделав пометку в меню, он заказал еще одно.

Эйнджел рукой, в которой держала еще недоеденный крендель, похлопала детектива по тыльной стороне ладони.

— Вам нужно поспать.

— Возможно, вы правы, — зевнул Анака. — Уставшие люди совершают ошибки, а я не могу позволить себе сейчас такую роскошь.

— М-м-м?

Появилось заказанное копом пиво. Он тотчас же открыл банку.

— Разве не понятно, почему они отстранили меня?

Эйнджел посмотрела на его всклоченные волосы, на темные круги под глазами, но прикусила язык.

«Чересчур хорошо понятно, если вас интересует мое мнение».

— Я слишком много знал о том, что происходит в этом городе. Они отстранили меня в тот самый день, когда я докопался до Ван Дайна. Добравшись так близко до источника коррупции… —Он развел руками, словно объяснял что-то, что не требовало никаких объяснений. — Но я уже не могу остановиться.

У Эйнджел все внутри оборвалось. Во многом она не доверяла Уайту, но Уайт как будто считал своего напарника немного тронутым. Эйнджел не могла не согласиться с тем, что Анака действительно походил на чокнутого.

— Почему? У вас ведь нет личной заинтересованности.

Анака метнул на нее гневный взгляд.

— Моя работа — моя жизнь. Значит, все происходящее касается меня лично.

Они оба замолчали. Анака не спеша потягивал пиво.

Только сейчас Эйнджел почувствовала, как сильно задела его.

— Простите. Лей говорит, что я последнее время веду себя очень несдержанно.

Анака улыбнулся:

— Не беспокойтесь. Системе пока не удалось сломать меня.

Эйнджел уже видела подобную браваду раньше. Правда, в среде моро, которые, как реактивные, были готовы преследовать враждебную банду, только что убившую их лучшего друга, подружку, родителей, уничтожившую автомобиль или еще что-нибудь в таком же роде.

— Вы собираетесь один на один выходить против Ван Дайна?

Анака повел плечами.

Эйнджел с осуждением покачала головой. «Здорово». Анака был убежден в том, что покойный Байрон Дорсет работал на дьявольскую империю зла, что держит в руках весь город. Тем не менее он как будто намеревался привлечь бывшую любовницу покойного Байрона Дорсета для участия в неком несанкционированном мероприятии.

Когда она снова начала его слушать, до нее долетел конец фразы:

— … то, что вы пережили в Кливленде.

— Какого хрена…

— В ФБР есть целый отдел, который только тем и занимается, что следит за моро с криминальным прошлым. — Он снова пожал плечами. — Я познакомился с вашим делом.

— Вы и представить себе не можете, как обрадовали своим заявлением, что федералы продолжают пасти меня. — Эйнджел окатила волна гнева, смешанного со страхом, однако ее поведение Анаке не показалось странным. — Что там написано?

— Была предводителем небольшой банды. В 53-м ей положила конец шайка «Зипперхедов». При этом с вас живьем едва не содрали кожу…

— Это называется побрить, — прошептала Эйнджел.

По этой причине до сих пор шерсть на ее ногах была не совсем белой. И если бы не тигр по имени Ногар, она бы истекла кровью в том вшивом мотеле восточнее Кливленда.

— Больше ничего особенного мне не удалось узнать, — сказал Анака, прерывая череду ее мыслей.

— То есть?

— Федералы не слишком охотно знакомят со своей информацией местные отделения. Вот так-то. ФБР не дали мне ни одного дела, касающегося банды «Зипперхедов». Несмотря на то, что, согласно всем источникам, они самораспустились шесть лет назад.

— Здорово.

Эйнджел могла представить себе, как какой-то чиновник из ФБР за дисплеем компьютера выделяет файлы, посвященные отдельным этапам ее жизни и из соображений национальной безопасности удаляет их. Она отпила глоток воды из стоявшего перед ней стакана.

Анака продолжал что-то бормотать, и Эйнджел не мешала ему, слушая его болтовню вполуха. Этот пинк не сказал ей ничего нового, во всяком случае ничего такого, о чем она не подозревала. Естественно, что кто-то стоял за тем делом, в которое был замешан Байрон.

Вопрос заключался в том, кто именно?

Уайт полагал, в этом деле замешаны «Рыцари». Анака таковым считал «Ван Дайн Индастриал». Отец Коллор сказал бы, что за всем этим стоят копы. Паскес из тайны в правительственных кругах сделал бы репортаж в пяти частях. Лей сказала бы ей, что она совсем чокнулась…

Пропавшая доктор Эллис считала, что убийцей был моро из семейства кошачьих. Но сейчас, когда доктор пропала, а от тела осталась только горстка пепла, Эйнджел, по-видимому, стала единственным живым существом, кто владеет этой пикантной информацией. Однако у нее нет никаких фактов, на которые можно было бы опереться.