Спасенный любовью - Эшли Дженнифер - Страница 37

Элинор посмотрела ему в глаза. В их янтарных глубинах она видела его уверенность в победе, уверенность в том, что он добьется всего, к чему стремится. Но она увидела еще и страх. Харт сейчас стоял на распутье и боялся за будущее.

Но он был не одинок в своем страхе — Элинор тоже боялась за будущее, боялась своего ответа, который мог перевернуть всю ее жизнь.

— Выходит, Карри проиграл свои сорок гиней, — заметила она.

— К черту сорок гиней! — Харт привлек ее к себе, и поцеловал.

И в тот же миг Элинор поняла, что больше от него не уйдет. Она знала, что не захочет уйти.

Когда Элинор с Хартом добрались до дома, там царил полный хаос. Цыганские дети, несмотря на дождь, носились по полю вместе с детьми Маккензи и Макбрайда. При этом все собаки громко лаяли, козы цыган блеяли, а дети кричали и визжали так, что можно было оглохнуть.

Флеминг вышел встретить Харта и Элинор; он вел под уздцы свою лошадь и по-прежнему не выпускал из руки фляжку.

— Боже правый, да тут просто бедлам, — сказал он, сделав глоток.

Герцог не мог с ним не согласиться.

Тут дети увидели их, и Эйми закричала:

— Дядя Харт! Тетя Элинор! Идите посмотрите наш шатер! Это настоящий цыганский шатер!

Вокруг Эйми столпились цыганята, и все они радостно улыбались Харту, сверкая черными глазами.

Следом за детьми подошли и взрослые — Мак, Дэниел, Йен, Эйнсли. Эйнсли остановилась, чтобы взять на руки свою крошечную дочку Гэвину, получившую имя ребенка, которого Эйнсли потеряла. А сын Йена Джейми, увидев отца, решительно заковылял к нему и обнял за ногу.

Глаза Йена потеплели, и он погладил мальчика по волосам. Затем подхватил его на руки и медленно приблизился к Харту.

— Что у вас случилось? — спросила Эйнсли, прикрывая Гэвину от дождя. — Что произошло, Эл? Расскажи.

Элинор медлила с ответом. Да и что она могла сказать?

— Элинор выходит замуж за Харта, — внезапно объявил Йен.

На лице Эйнсли расцвела широкая улыбка, а Элинор в изумлении раскрыла рот.

— Откуда ты это знаешь, Йен Маккензи? — спросила она.

Йен не ответил. А Джейми, сидевший у него на руках, гладил лошадь своей крошечной ладошкой.

— Это правда? — допытывался Дэниел.

— Да, к сожалению, — подтвердил Флэминг. — Я — несчастный свидетель.

— В следующем месяце, — сдержанно пояснил Харт. — В Килморгане.

Рука Элинор лежала на его согнутом локте, и он почувствовал, как при этих словах она вздрогнула.

— В следующем месяце? — переспросила Эйнсли, сделав большие глаза. — Так скоро? Но Изабелла рассердится. Она захочет большое торжество.

Мак громко рассмеялся:

— Браво, Элинор! Наконец-то ты его поймала!

— Ты мне должен двадцать фунтов, дядя Мак, — сказал Дэниел.

— И мне, Маккензи, — заявила Эйнсли. — И еще двадцать ты должен Йену и Бет. Будешь знать, как ставить против Элинор!

Мак снова рассмеялся.

— Я счастлив, что проиграл. Но если честно, то я думал, ты откажешь ему, Эл. Он ведь просто чудовище!..

— Она еще не у алтаря, — заметил Флеминг. — Ставлю два к нулю, что она в конце концов придет в себя и образумится.

Но Мак с усмешкой пробормотал:

— Пусть мой пример станет всем уроком. Никогда не делайте ставки против Харта Маккензи. Он хитрый и коварный, и он всегда добивается своего.

— Не всегда, — возразил Флеминг.

— Согласен! — крикнул Дэниел. — Я принимаю ставку и говорю, что Элинор отведет его к алтарю.

Не обращая на них внимания, герцог развернул Элинор к себе и поцеловал в губы, как бы объявляя о серьезности своих намерений.

Йен же хранил молчание, однако поглядывал на Харта с явным удовлетворением; при этом он имел вид человека, который наконец получил то, чего желал. «Но неужели Йен действительно думает, что это именно он все устроил?» — подумал Харт с удивлением.

Гладстон утратил контроль над правительством, и коалиция Харта, возглавляемая Дэвидом Флемингом в палате общин, уверенно преодолела слабую поддержку билля Гладстона. В результате Гладстону пришлось распустить парламент и объявить новые выборы.

В тот же вечер в одно из окон дома Харта на Гросвенор-сквер влетел кирпич. К кирпичу была привязана записка, из которой явствовало, что герцог Килморган объявлен мишенью фениев.

Харт бросил записку в ящик стола и велел мажордому вставить новое стекло.

Но герцог был не настолько глуп, чтобы забыть об угрозе. Выезжая в город, он брал теперь с собой двойную охрану; а также вызвал инспектора Феллоуза. К счастью, Элинор находилась в безопасности Беркшира.

— Садись, — в раздражении сказал Харт сыщику, когда Феллоуз появился в его кабинете. — Да не стой же! Меня это нервирует!

— Да-да, сажусь, — ответил Ллойд Феллоуз. Он взял стул и тут же уселся. Вопросительно взглянув на герцога, сыщик проговорил: — Насколько я понимаю, вас ждут поздравления, сэр. Все газеты об этом раструбили, хотя официальное объявление еще не появлялось. «Герцог К. женится на дочери ученого пэра и в то же время берет в руки Англию», — написала одна из газет. Другая заметила: «Шотландский герцог женится на своей первой возлюбленной после десятилетнего ожидания. Теперь никто не скажет, что они поженились в спешке». Много и других подобных заметок.

— Я очень занят, чтобы разбираться с такого рода угрозами. — С этими словами Харт протянул Феллоузу бумагу, влетевшую в окно его дома.

Осторожно взяв записку, Феллоуз прочитал ее, и его брови поползли на лоб.

— Не слишком много для продолжения следствия, — заметил сыщик. — И пока, к сожалению, в розысках стрелка мы не продвинулись.

— Не важно, — буркнул Харт. — Ведь ясно, что это ирландцы, рассерженные на шотландца. Я знаю, что найти их сложно, но мне нужно, чтобы ты держал их как можно дальше от меня. И чтобы ни в коем случае не подпускал к моим близким.

— Вы хотите сказать, что вам нужен телохранитель?

— У меня есть телохранители. Троих я оставил охранять Элинор. К тому же с ней еще и мои братья, которые не дадут ее в обиду. Но ты должен позаботиться о том, чтобы я беспрепятственно занимался своим делом. Ты хитрый и изобретательный, Феллоуз. У тебя получится.

— Вы слишком высоко, оцениваете мои способности, — сухо заметил сыщик.

— Неужели? Но ведь ты пять лет преследовал меня и Йена с безжалостностью, которой позавидовал бы и мой отец.

— Я оказался не прав, — ответил Феллоуз.

— Как и я, между прочим, — пробормотал Харт. — Но я тогда был ослеплен тревогой за Йена и не видел правды. — Он сделал паузу. — Я и сейчас волнуюсь…

Феллоуз еще раз изучил записку и проговорил:

— Я вас понимаю. Подумаю, что можно сделать.

Харт откинулся на спинку кресла, заложив руки за голову.

— Кстати, приглашаю на свою свадьбу, Феллоуз. Изабелла пришлет тебе официальное приглашение.

Сыщик сунул записку в карман.

— Сэр, вы действительно хотите, чтобы я присутствовал?

— Не важно, чего хочу я. Если ты не придешь, Бет, Изабелла, Эйнсли и Элинор будут в высшей степени недовольны. И обязательно припомнят мне это.

Феллоуз рассмеялся.

— Великого герцога заставляют нервничать невестки и будущая жена?

— Но ты же знаком с ними. Только очень сильные женщины способны ужиться с Маккензи. И когда кто-то из нас находит такую… — Харт умолк и притворно поежился.

— Но ваши братья как будто довольны жизнью, — заметил Феллоуз. — К тому же вы женитесь на своей бывшей невесте. Вы должны быть самым счастливым человеком на свете.

— Так и есть, — произнес Харт. И вдруг почувствовал, что у него защемило в груди. Ему пришло в голову, что он просто вынудил Элинор согласиться на брак.

— Охотно верю, — кивнул Феллоуз. — А вот я остаюсь холостяком. Жена не встретит меня, когда приду со службы домой, и сыновья не поддержат под локти, когда состарюсь.

— Все в твоих руках, Феллоуз. Думаю, что одна из моих невесток могла бы подыскать тебе невесту, если бы сосредоточилась на этом деле.

Феллоуз энергично покачал головой.