Звездный рыцарь - Шаганов Андрей - Страница 30

Однако Рададор не был нисколько смущен. Он отодвинул останки телевизора и как ни в чем не бывало приступил к ежедневным лекциям. Олег в тот вечер был не так внимателен, как обычно, что не ускользнуло от внимательного ока учителя. По лицу рыцаря время от времени скользила загадочная улыбка, которая, впрочем, тут же гасла в многочисленных морщинах.

Засидевшись с Рададором, как обычно, за полночь, Олег, совершенно изможденный, лег спать. Но через полчаса был разбужен взрывом в соседней комнате. Не разобрав спросонок, что происходит, он скатился с дивана на пол и только после этого открыл глаза.

— Ты представляешь?! — восторженно сверкая глазами, воскликнул рыцарь, появляясь в комнате. — Она рванула прямо у меня в руках! Бамм! И чуть не вдребезги! Вот бы я пособирал осколков!

Олег молча кивнул, как бы разделяя чувства учителя, и снова вскарабкался на диван. Телевизор он мысленно похоронил и даже отслужил по нему панихиду. Восторг Рададора его нисколько не тронул, хотя чувство это проявлялось в суровом рыцаре едва ли не впервые. Не додумав эту мысль до конца, Олег провалился в сон.

На следующий день на работе Олег обиняками поведал о своем несчастье сослуживцам, назвав Рададора приехавшим погостить престарелым чудаковатым дядюшкой. После недолгого обсуждения проблемы ему посоветовали найти старику занятие по интеллекту, дабы он не испортил чего-нибудь еще. Совет был дельным и заставил Олега задуматься над сказанным. Гордый рыцарь был далеко не тем, кем его объявил молодой человек. Поручить ему какую-нибудь работу, только для того, чтобы занять его свободное время, было непросто. Рададор мог просто отказаться и при этом еще и обидеться. Хотя, по наблюдениям Олега, рыцарь не гнушался никаким трудом. Он был мастером на все руки и умел получать удовольствие даже от самой грязной и неблагодарной работы.

Олег прошел в соседний отдел и спросил у одной из сидящих там девушек, как поживает ее старенький магнитофон. Та словно ожидала этого вопроса — она принялась красочно живописать свои мучения со своенравным аппаратом. Жаловалась она долго и основательно, пока не закончила свой монолог просьбой хоть немного привести в порядок своего мучителя. Олегу только этого и было надо. Он знал, что изрядно потрепанный «Grundig» не брался чинить никто во всем институте. Наш герой даже не пожалел времени, чтобы заехать за аппаратом и, сгибаясь под его тяжестью, явился домой.

К моменту возвращения Олега с работы от телевизора остался только блок ПТК и хвостовик кинескопа. Рададор, сидя у секретера, колдовал над остальными частями, конструируя из них какой-то загадочный аппарат.

— Сегодня твой любимый фильм по первому каналу, — не отрываясь от своего занятия, бросил он.

— Ну и что? — ответил Олег. — Телевизора-то все равно больше нет.

Рыцарь хитро усмехнулся и, протянув руку к блоку ПТК, повернул ручку. В комнате возник высокий, на пределе восприятия звук, и на стене появилось четкое, почти объемное, цветное изображение. Это была кинокомедия «Трембита», как раз тот момент, когда Вестник убеждал Аросеву, что «разговор на эту тему портит нервную систему…».