Цвет сверхдержавы - красный. Трилогия (СИ) - Симонов Сергей - Страница 528

   Президент перечитал второе послание дважды. Фыркнул, передал Гертеру.

   – О! А вот это уже лично Хрущёв, – усмехнулся госсекретарь. – Что скажете, сэр?

   – Скажу, что он прав, чёрт возьми! – буркнул Айк. – Начинать мировую войну из-за Турции – идиотизм. Кстати, какой сочный термин – donkeyfuckers. Надо запомнить.

   – Моё мнение, сэр – проблема с красными в сложившейся ситуации не может быть разрешена прямолинейно, силовым способом, – сказал Гертер. – В конце концов, личный контакт первых лиц государства часто даёт лучшие результаты, чем даже долгая кропотливая работа дипломатов. Вспомните, как вы удачно побеседовали с ним в Женеве в 1955 году? Вам удалось договориться с красными по программе «Открытое небо» и по платежам за ленд-лиз. (АИ, см. гл. 01-32). И если бы не идиотская Суэцкая авантюра англичан и французов, вполне возможно, что мы смогли бы развить этот дипломатический успех. Заметьте, Советы продолжают вполне успешно сотрудничать с Францией, несмотря на Суэц.

   – Вы так думаете, мистер Гертер? – с сомнением спросил Айк.

   – Сэр! Я позволю себе инвертировать цитату великого Макиавелли: «Дипломатия есть продолжение войны иными средствами», – ответил госсекретарь. – Я допускаю, что в случае красных нам, возможно, удастся добиться дипломатическими методами значительно большего, чем прямой конфронтацией. Начать войну может любой идиот, гораздо сложнее её закончить, и уж тем более – выиграть.

   – Мне представляется, сэр, что с каждым усилением конфронтации мы теряем возможные выгоды, которые могли бы получить в случае решения проблемы дипломатическим путём. Кроме того, этот путь значительно безопаснее и дешевле, чем гонка вооружений. И разве вы не хотели бы войти в историю как президент, прекративший «холодную войну» ? Может быть, нам стоит пригласить мистера Хрущёва посетить Соединённые Штаты?

   Эйзенхауэр задумался.

   – Возможно, вы правы, мистер Гертер. Но мы не можем пригласить его прямо сейчас. Это будет выглядеть как капитуляция перед коммунизмом.

   – Сэр, вы знаете, что согласование визита на высшем уровне – дело не быстрое, – ответил госсекретарь. – Пока мы всё взвесим, пока наметим приблизительную программу визита, круг обсуждаемых вопросов – пройдёт несколько месяцев. Если в этот период не будет дальнейшего обострения отношений, общественность не свяжет визит с нашим уходом из Ливана, и даже с событиями в Турции. Если визит состоится, скажем, осенью будущего года...

   – Согласен. Возможно, это выход, – ответил президент. - Но вопрос с Турцией надо решать прямо сейчас. Греческий король выжил из ума, если думает, что может просто так оттяпать половину Турции, отдать красным Босфор и Дарданеллы, и мы это проглотим.

   – Можно устроить встречу на нейтральной территории, сэр, – предложил Гертер. – Предложите это Хрущёву.

   Президент несколько минут обдумывал предложение. Затем решился:

   – Передавайте, – сказал он оператору связи.

   «Соединённые Штаты готовы обсудить варианты мирного решения вопроса. Предлагаю встретиться лично. Готов рассмотреть варианты места встречи. Это может быть Мальта, Сардиния, или Корсика, например. Греция и СССР должны вывести войска с территории Турции. »

   Через несколько минут телетайп затрещал снова:

   «Приветствую идею личной встречи. Так проще договориться. Никаких предварительных условий. На это не согласится ни Греция, ни СССР, ни курды. Турки перешли черту. Они пролили слишком много крови гражданского населения, и им придётся за это расплатиться. Король Павел требует проведения публичного процесса, как в Нюрнберге. СССР и страны ВЭС поддерживают это требование. Если США не согласны – встречи не будет.

   Из Китая сейчас перебрасываются 2 миллиона добровольцев. У нас есть средства, чтобы закончить эту войну на наших условиях. Предлагаем провести переговоры: Греция, Турция, представители Кипра, Курдистан, + США и СССР как посредники и гаранты безопасности. Вместо Корсики предлагаю греческий остров Санторини. Там красивее, и легче организовать меры безопасности. Ваше решение, господин президент? »

   – Соглашайтесь, сэр, – подсказал Гертер. – Чёрт с ними, с турками, от них всё равно толку не было. Конфронтацией мы ничего не решим, и результата не добьёмся. Вот увидите, переговоры будут сложные, но лучше переговоры, чем ядерная война.

   Пару минут президент молча размышлял.

   – Хорошо. Передавайте:

   «Согласен встретиться на Санторини. Время встречи согласуем через МИД и Госдепартамент. Без предварительных условий »

   Получив телеграмму от Эйзенхауэра, Хрущёв ответил коротко:

   «Согласовано. Надеюсь, мы с вами придём к взаимопониманию ».

   Затем Никита Сергеевич снял трубку ВЧ-телефона:

   – Это Хрущёв. С академиком Королёвым соедините.

   Он подождал, пока в трубке щёлкнуло, и ему ответили.

   – Сергей Палыч? Это Хрущёв. Айк предложил встретиться на высшем уровне для переговоров. Запускайте лунник.

   Тщательная подготовка и стендовая отработка ракеты Р-7 принесли результаты. Количество неполадок удалось заметно уменьшить, надёжность улучшилась, каждую систему ракеты теперь отлаживали сначала на стенде, в том числе – и каждый прибор в отдельности, затем в составе состыкованной схемы, потом ещё раз – после установки на ступень, или боковой блок, и несколько финальных проверок – на стартовом столе.

   По настоянию Королёва был переделан редуктор-мультипликатор в приводе насоса перекиси водорода, разрушившийся при огневых испытаниях на стенде.

   (В реальной истории разрушение шестерён этого редуктора дважды приводило к потере ракеты на старте – 4 декабря 1958 г и 31 сентября 1959 г, и только после второй аварии носителя редуктор переделали. Б.Е. Черток «Ракеты и люди» )

   Тем не менее, первая попытка пуска Р-7 с вымпелом по Луне оказалась неудачной. Вторая ступень ракеты взорвалась на этапе выведения, недоразогнанная третья ступень с АМС «Луна-1» упала в океан и оказалась утеряна. Королёв приказал срочно подготовить следующую ракету из трёх, запасённых на случай неудачи.

   27 сентября 1958 года ракета Р-7, несущая вымпел с гербом Советского Союза, ушла к Луне. Полёт занял 38 часов с минутами. За полётом АМС следили не только советские пункты слежения, но и английский астроном сэр Бернард Ловелл, из своей радиообсерватории Джодрелл Бэнк близ Манчестера. Это была единственная в Европе на то время радиообсерватория, имевшая достаточно большой радиотелескоп, способный отследить радиосигналы советской АМС. 29 сентября станция «Луна-2» достигла поверхности Луны в районе Моря Дождей вблизи кратеров Аристилл, Архимед и Автолик.

   (В реальной истории – 14 сентября 1959 г, ровно накануне визита Хрущёва в США)

   Попадание в Луну было подтверждено не только английской обсерваторией. Заместитель директора NASA доктор Хью Дрейден сообщил прессе: «Мы не имели возможности визуально проследить за её прилунением. Но мы на территории США получили сигналы «Луны-2». Мы поддерживали постоянный контакт с профессором Лоуэллом из обсерватории Манчестера, который сообщал нам о каждом «шаге» советской лунной ракеты. Наши ученые на основании данных профессора Лоуэлла вычисляли траекторию полета ракеты »

   30 сентября на греческом острове Санторини началась встреча на высшем уровне, в которой участвовали король Греции Павел I, турецкий премьер Аднан Мендерес, президент Народной Республики Курдистан Мустафа Барзани, председатель Прогрессивной партии трудового народа Кипра Эзекиас Папаиоанну, а также президент США Дуайт Эйзенхауэр и Первый секретарь ЦК КПСС Никита Сергеевич Хрущёв.

   Само собой, приехали не только главы государств, а целые делегации. В составе греческой делегации также был премьер-министр Константинас Караманлис, в составе советской – опытные переговорщики Алексей Николаевич Косыгин, Андрей Андреевич Громыко и Анастас Иванович Микоян. Эйзенхауэр прибыл в сопровождении госсекретаря Кристиана Гертера. Кроме них, в составе делегаций были специалисты, большой штат референтов, охрана, обслуживающий персонал.