Водяра - Таболов Артур - Страница 106

– Ну вот, а вы говорили – старик, – прокомментировал Панкратов. – Что ж, теперь можно идти к генералу Егорову.

«Неужели получится?» – затеплилось в душе Тимура предчувствие. Но он отогнал его от себя. Хорошие предчувствия не сбываются.

VI

Самолет из Малаги приземлился в Шереметьево-2 в половине первого ночи. Багажа у Свиридова не было, лишь небольшой кожаный кейс какой-то дорогой фирмы. Он миновал пограничный контроль, беспрепятственно прошел по «зеленому» коридору и на выходе из зала прилета лицом к лицу столкнулся с Тимуром. Второй раз в жизни Тимур наблюдал, как лицо еще живого человека превращается в посмертную маску. Первый раз – когда милицейские «форды» увидел молодой чиновник из МНС Козлов. Второй раз – когда Свиридов увидел Тимура.

– С возвращением, Анатолий Евгеньевич, как долетели? – вежливо проговорил Тимур, открывая заднюю дверь «БМВ». – Садитесь.

Свиридов затравленно огляделся, но Панкратов и два человека в штатском не оставили ему путей для бегства.

– Не дергайся, подполковник, – посоветовал Панкратов. – Никто тебе не поможет. Сказано садись, значит садись.

Свиридов послушно полез в машину, Панкратов устроился рядом, но отстранившись от подполковника как бы брезгливо. Тимур сел на руль и осторожно свел «БМВ» с высокого аэропортовского пандуса, запруженного такси и частниками. Двое в штатском последовали за ним в черной «Волге». За ярко освещенным кубом гостиницы «Новотель», на темном участке дороги перед выездом на Ленинградское шоссе, Панкратов распорядился:

– Остановитесь, Тимур. Поговорим.

Тимур прижался к обочине. Черная «Волга» затормозила сзади.

– Ну, Свиридов, ты все понял? – спросил Панкратов.

– Все.

– Не слышу. Говори громче, не стесняйся, здесь все свои.

– Все, – повторил Свиридов.

– Где бумаги? Только не спрашивай, какие бумаги. Бывают случаи, когда врать опасно. Сейчас как раз такой случай.

– На даче.

– На какой даче?

– В Вялках. Там у меня шесть соток. В садово-огородном кооперативе.

– Где эти Вялки?

– Под Москвой. По Егорьевскому шоссе. В двадцати пяти километрах.

– Поехали.

Дорога до Вялков заняла около двух часов. За все это время ни Свиридов, ни Панкратов не произнесли ни слова. Садово-огородный кооператив оказался скопищем дачек-скворечников с сараюшками и хозблоками на крошечных участках земли. Несмотря на глубокую ночь, во многих дачках светились огни – москвичи использовали последние августовские дни и не вылезали со своих участков. Неясно, правда, что они делали ночью – то ли пьянствовали на природе, то ли закатывали на зиму банки с вареньями и соленьями.

Возле одного из участков Свиридов сказал:

– Здесь.

Тимур остановился. Черная «Волга» остановилась сзади. Свиридов долго возился с висячим замком на двери хозблока, наконец справился с ним, скрылся внутри и через несколько минут появился со старым пыльным кейсом в руках. Протянул кейс Тимуру:

– Вот бумаги.

Тимур отошел к машине, при свете фар открыл кейс. В нем лежала пухлая папка с белыми тесемками – та самая, что когда-то принес Тимуру старый бухгалтер Сахаров. Тимур раскрыл папку. Все документы были на месте.

– Все в порядке? – спросил Панкратов.

– Вроде бы да.

– Можете проверить, – предложил Свиридов.

– Не стоит. Мы тебе и так верим. Видим же, честный человек. Мне только одно непонятно. Почему ты не оставил бумаги у кого-нибудь из людей, которым доверяешь, и не предупредил Лазарчука, что если с тобой что-то случится, бумаги в тот же день окажутся в прокуратуре?

– Так я ему и сказал.

– А документы спрятал в сарае? Не вижу логики.

– А кому бы я их доверил? Некому.

Панкратов только головой покачал.

– Как же ты жил, подполковник, если не завел хотя бы одного человека, которому доверяешь?

– Можно и мне вопрос?

– Давай, – разрешил Панкратов. – Пользуйся свободой. Потому что скоро вопросы будут задавать тебе.

– Эти снимки и пленка – монтаж? – напряженным от волнения голосом спросил Свиридов. – Фальшивка?

– Не хотелось бы доставлять тебе лишних огорчений, подполковник. Честно говорю, не хотелось бы. У тебя их и без того будет много. Нет, не монтаж. Все подлинное.

– Он вам еще нужен? – спросил штатский из «Волги», постарше.

– Он нам еще нужен, Тимур? – повторил Панкратов.

– Нет.

– А нам нужен. Оперуполномоченный Управления собственной безопасности МВД майор Кузьмин, – представился штатский. – Подполковник Свиридов, вы арестованы. Руки!

Защелкнулись наручники. Свиридова затолкали в «Волгу», машина уехала. Панкратов проводил взглядом рубиновые огни и негромко засмеялся.

– Что с вами? – удивился Тимур.

– Никогда не думал, что буду участвовать в такой операции. Ну, Тимур, с тобой не соскучишься!

Первый раз Панкратов назвал Тимура на «ты», и это вдруг наполнило его необъяснимой радостью. Все в нем ликовало. Получилось! Все получилось! Сбылись хорошие предчувствия. Которые редко, очень редко сбываются. Этот день нужно запомнить. Какое сегодня число? Тридцать первое августа 2004 года. Нет, уже первое сентября, поправил себя Тимур.

Утром, когда он вез драгоценную папку на завод, чтобы спрятать в сейф, ожил мобильный телефон. На дисплее высветилось: Алина.

– Включи радио, – сказала она. – Господи, какой ужас!..

Глава четвертая

I

Утром первого сентября ни облачка не было в небе над Бесланом, ни ветерка не проходило по тихим садам. День обещал быть жарким, но солнце еще не успело выпить всю ночную росу, свежо было во дворах и в тени домов. Уже в половине девятого утра на улицах было многолюдно, как в праздник, со всех сторон к школе стекались принаряженные люди с букетами осенних георгин, астр и гладиолусов. Важно шествовали первоклашки в окружении многочисленной родни, в стайки сбивались школьники постарше, немного стеснялись сопровождавших их родителей, но не протестовали, понимали, что в этот день они не принадлежат себе. В школьном дворе их встречали учителя, выстраивали на заранее отведенных местах: в центр широкого полукольца малышню, для которой школьный звонок прозвенит в первый раз, за ней одиннадцатиклассников, для которых этот звонок станет последним. По краям – остальных школьников и взрослых. Народ все подходил, все больше трогательных малышей с тяжелыми букетами собиралось в центре, просторный школьный двор стал тесным от празднично настроенных людей – от молодых женщин с грудными детьми до торжественных стариков.

В 9.03 к собравшимся обратилась директор школы, заслуженная учительница России Лидия Александровна Цалиева:

– Дорогие ребята, дорогие мамы и папы, бабушки и дедушки, тети и дяди, сегодня у нас замечательный день. Этот день вы запомните на всю жизнь…

В 9.04 в школьный двор въехали милицейские «Жигули» «ВАЗ-2107» и грузовик «ГАЗ-66» с брезентовым тентом.

В 9.05 начался ад.

Из хроники террористического нападения на среднюю общеобразовательную школу №1 г. Беслана Правобережного района Республики Северная Осетия – Алания 1 – 3 сентября 2004 года:

9.05 – 9.15. Автомашины с боевиками въехали во двор школы, где на торжественную линейку, посвященную Дню знаний, собрались 1388 детей, их родителей и учителей. Стреляя из автоматического оружия, террористы оттеснили их к стенам спортзала и к окнам коридора, выходящим в школьный двор. Для запугивания людей главарь банды Хучбаров (он же Расул, он же Полковник) хладнокровно расстрелял двух жителей Беслана Гаппоева и Фраева. Блокировав школьный двор, боевики под угрозой оружия всех находившихся на линейке стали загонять в спортзал.

Из показаний свидетельницы Фатимы Дудиевой, майора МВД, сотрудницы Правобережного РОВД г. Беслана, дежурившей в школе:

Дудиева: Первого сентября примерно без десяти минут девять я стояла на пороге у входа в школу. Линейка еще не началась, звучала музыка. Ко мне подошла одна женщина и сказала, что во дворе рядом со школой стоит подозрительная грузовая машина. Я пошла посмотреть, но тут услышала странный звук, тонкий зуммер, как будто жук жужжит.