Океан Надежд. Весна перемен (СИ) - Бер Игорь М. - Страница 88

   - Вы ведь хотели меня видеть!

   - Да-да! - рассеяно отозвался капитан, прокрутив штурвал направо и неотрывно поглядывая на компас. - Надвигается шторм и с каждой минутой он становится сильнее!

   - Этого трудно не заметить!

   - Так вот, я хотел бы попросить вас, чтобы вы передали своим друзьям - не выходить из своих кают до полного затишья. Надеюсь, ни у кого из вас нет "морской болезни". Ни в коем случае не пытайтесь разгуливать по палубе, если не хотите, чтобы вас волной не смыло за борт. - Первая большая волна накатила на борт корабля, смочив палубу брызгами. Покончив с парусами, матросы в спешке принялись спускаться вниз с мачты по веревочным лестницам. Небо прочертила яркая вспышка молнии, а за ней, словно голос огромного злого чудовища, раздался громовой рев. Озеро-море уже не казалось столь дружелюбным, каким оно было еще утром. - Вы раньше встречались с бурей на воде?!

   - Нет! - честно ответил Кевин, но не стал признаваться, что раньше справлялся по воде только на пароме.

   - Тогда могу утверждать наверняка, что сегодня вы не только не уснете, но и научитесь лихо падать с койки! - пошутил капитан, не меняя серьезный вид лица на более ироничный. - Советую вам сегодня не ужинать. Если же вы уже поужинали, то готовьтесь распроститься с едой, если только у вас желудок не слишком крепкий.

   После слов капитана, Кевин на самом деле почувствовал приступ тошноты.

   - Мы не собьемся с курса?!

   - Если только меня не смоет за борт или же я просто отправлюсь спать, оставив вас за главного!

   Кевин улыбнулся над шуткой капитана, но тот по-прежнему оставался сосредоточенным.

   - В вашей каюте есть ведро, если вам понадобиться справить нужду. По понятным причинам, до гальюна вы просто не дойдете, а приближаться к борту будет приделом человеческой глупости, пусть даже испражнятся в ведро не столь приятно как в озеро.

   - А что делать с запахами?

   - А вы собираетесь нюхать содержимое ведра?! - И вновь совершенно серьезное лицо. - До утра, думаю, можно и потерпеть любой запах.

   Кевин решил согласиться с капитаном, ведь в темнице Андора условия были гораздо хуже, если не учитывать качки.

   - Капитан, сколько дней нам понадобиться, чтобы доплыть до Диллема?!

   - Около недели! За это время вы забудете о тошноте!

   - А когда я привыкну к качке?!

   - Сразу, как только сойдете на берег!

   - Звучит обнадеживающе!

   - И так, я вас предупредил обо всем, что вам следует знать. У вас есть еще вопросы ко мне?

   - Нет!

   - Тогда вам следует вернуться к своим друзьям, передать им мои слова, после чего закрыться в каюте. И повторяю, не выходите на палубу до наступления штиля.

   - Хорошо! - прокричал Нолан и поспешил исполнить просьбу капитана.

   Стоило ему спуститься вниз по лестнице и прижать голову к плечам, спасаясь от дождевых брызг и ветра, как за его спиной раздался хлопок, хорошо ему знакомый по городу-призраку Аллесту. Обернувшись, он увидел открытую дверь, что вела в трюм корабля. Он хотел запереть ее и отправиться в каюту, как вдруг его внимание привлек странный звук. А вернее рык дикого зверя. Кевин тут же вспомнил про ящики, которые загружали грузчики, за несколько минут до отчаливания корабля.

   Сам не зная зачем, Кевин вошел в грузовой отсек. Внутри было темно, да вдобавок дверь трюма, под силой ветра, то закрывалась - полностью лишая его каких-либо источников света, - то вновь открывалась. В трюме пахло приправами и опилками, но никак не животными. Он выставил вперед руки, боясь наткнуться на что-то твердое и расшибить себе лоб, и сделал несколько шагов вперед, ожидая мгновения, когда его глаза смогут видеть больше в темноте, чем в эти минуты.

   Первым о чем он вспомнил, услышав посторонний звук, был роман Герберта Уэллса "Остров доктора Моро", о безумном гении медицины, который так же с помощью корабля, переправлял разных зверей на свой остров, и с помощью вивисекции превращал животных в людей.

   Ветер подул сильнее и дверь, при столкновении с косяком, произвела невероятно сильный звук схожий с выстрелом, после чего в мрачном трюме раздались несколько диких взвизгов. Сердце Кевин учащенно забилось, и его внутреннее "я" предложило ему повернуть назад и забыть о странных обитателях трюма. Но сам Кевин решил не поворачивать назад, к тому же его зрение начало привыкать к плохому освещению грузового отсека корабля.

   Трюм был почти забит всякими ящиками разных размеров, мешками, металлическими изделиями непонятной для Кевина бытовой или же материальной ценности, канатами, тросами и деревянными брусками. На самом близком и в то же время низком ящике, без опознавательных надписей, стоял канделябр и огниво. Кевин зажег свечу и огляделся по сторонам. Ящики между собой образовывали узкий проход, по которому Кевин не решил пройтись, боясь, что кто-то из матросов, проходя мимо и не заметив его, закроет дверь трюма, оставив его один на один с неизведанными тварями из ящиков.

   Кевин все же сделал еще два шага вперед, при этом оглянувшись назад, на скрипящую дверь, после чего остановился у перового ящика, который был выше него ростом. От него исходил запах свежей древесины и смолы. Его поверхность не была ошкурена, а потому, стоило провести ладонью по ящику, и с десяток глубоких заноз были гарантированы. На этом ящике так же не было никаких опознавательных знаков, которые бы могли подсказать хоть что-то о его содержимом.

   Кевин отвел свечу, тени на потолке заплясали, и тут же в ящике раздался шорох.

   Кевин не знал, откуда у него появилась такое убеждение, но он был почти уверен, что в ящике был человек. Или что-то очень похожее на человека. Большой примат, к примеру. Кто-то, кто может использовать свои конечности, для того чтобы скрести стенки ящика и при этом тяжело дышать через нос, а иногда и обреченно вздыхать.

   - Эй! Кто здесь? - его голос слега вздрогнул, по той причине, что на него накатило сильное чувство страха и отсутствия безопасности.

   В другом ящике так же кто-то зашевелился. Несмотря на буйство стихии за спиной, слух Кевина был сосредоточен исключительно на звуках в трюме, от чего биение его сердца казалось ему предательски сильным. Вскоре из третьего ящика донеслось нервное рычание, а затем кто-то ударил по стенке с внутренней стороны настолько сильно, что ящик вздрогнул.

   "Все, с меня хватит!", произнес в сердцах Нолан и поспешил к выходу, а за его спиной раздались в унисон два злобных рычания. По спине Кевина прошлась волна дрожи. Он быстро потушил свечу и, выйдя из трюма, запер за собой дверь на засов. Сам замок, ржавый и сломанный, лежал на полу. Кевин не стал его поднимать и рассматривать, так как ветер уже ревел над его головой, напоминая, что оставаться на палубе становилось все опаснее, а потому он поспешил назад в каюту, с трудом удерживаясь на ногах от сильной качки.

   Вернувшись в каюту, Кевин плотно запер за собой дверь. Ни Линин, ни Марк не стали дожидаться его возвращения, а потому он смог уединиться и обдумать все, что ему удалось услышать и увидеть в трюме.

   За бортом озеро-море неистовствовала, бурлило и пенилось, а небо не прекращало покрываться трещинами электрических разрядов.2.

В Диснэйлэнде всегда весело и людно. Апрельский день не стал исключением. Он был солнечным и теплым, от чего настроение у всех было исключительно хорошим и бодрым. Всюду пахло попкорном, жареным арахисом и сладкой ватой.

Кричали от восторга не только дети, но и взрослые. А когда катающиеся на "русских" горках спускались по самым крутым склонам, то крики восторга

заменяли

крики страха

и эйфории

, а

всплеск адреналина достигал заоблачных высот.

Щелкали вспышки фотоаппаратов, и дети разных возрастов и цвета кожи сменяли друг друга, оставляя неизменных лишь Микки Мауса, Дональда и Гуффи.