Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Лирика 30-х годов

Исаковский Михаил Васильевич

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Наши партнеры

Последние комментарии

Сергей2018-11-27

Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит

К книге

Lynxlynx2018-11-27

Читать такие книги полезно для расширени

К книге

Leonika2016-11-07

Есть аналоги и покрасивее...

К книге

Важник2018-11-27

Какое-то смутное ощущение после прочтени

К книге

Aida2018-11-27

Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит

К книге

Лирика 30-х годов - Исаковский Михаил Васильевич - Страница 89

Изменить размер шрифта:

У гроба Николая Островского

Спустите знамена! Трубач, не играй!

Мне хочется крикнуть: «Орленок, вставая!

Вставай, мой товарищ, мой друг боевой,

С врагами не кончен решительный бой!»

Но мертвый не скажет живым ничего,

И губы спокойны, как совесть его.

Сказал он, что думал, о бурях земли —

Рожденные бурей проститься пришли.

Идут они тихо, безмолвной толпой,

Им кончить придется решительный бой.

Идут они тихо, глядят на него,

И лица спокойны, как совесть его…

Взвевайтесь знамена! Трубач, не играй!

С орленком родимым прощается край!..

«Долго дорогая…»

Долго дорогая

Смотрит на меня,

С книгой засыпая,

Не гасит огня.

Вздрогнет с полуслова,

Взглянет в полусне,

Засыпая снова,

Улыбнется мне.

Улыбнется сладко,

Бросит взгляд тайком:

Все ли там в порядке

За моим столом.

Пусть молчу часами,

Пусть для всех — другой,

Для нее я самый,

Самый дорогой.

Самый, самый славный,

Лучших в мире нет.

Для нее я главный

На земле поэт.

Песня о Щорсе

Шел отряд по берегу,

Шел издалека,

Шел под красным знаменем

Командир полка.

Голова обвязана,

Кровь на рукаве,

След кровавый стелется

По сырой траве.

«Хлопцы, чьи вы будете,

Кто вас в бой ведет?

Кто под красным знаменем

Раненый идет?» —

«Мы сыны батрацкие,

Мы за новый мир,

Щорс идет под знаменем —

Красный командир.

В голоде и в холоде

Жизнь его прошла,

Но недаром пролита

Кровь его была.

За кордон отбросили

Лютого врага,

Закалились смолоду,

Честь нам дорога».

Тишина у берега,

Смолкли голоса,

Солнце книзу клонится,

Падает роса.

Лихо мчится конница,

Слышен стук копыт,

Знамя Щорса красное

На ветру шумит.

Партизан Железняк

В степи под Херсоном

Высокие травы,

В степи под Херсоном курган.

Лежит под курганом,

Овеянный славой,

Матрос Железняк, партизан.

Он шел на Одессу,

А вышел к Херсону —

В засаду попался отряд.

Полхлеба на брата,

Четыре патрона

И десять последних гранат.

«Ребята, — сказал,

Повернувшись к отряду,

Матрос-партизан Железняк, —

Штыком и гранатой

Мы снимем засаду,

И десять гранат — не пустяк!»

Сказали ребята;

«Херсон перед нами,

И десять гранат — не пустяк!»

Прорвались ребята,

Пробились штыками,

Остался в степи Железняк.

Веселые песни

Поет Украина,

Веселая юность цветет,

Подсолнух высокий,

И в небе далекий

Над степью кружит самолет.

В степи под Херсоном

Высокие травы,

В степи под Херсоном курган.

Лежит под курганом,

Овеянный славой,

Матрос Железняк, партизан.

Александр Жаров

«Тает снег…»

Тает снег.

Все краски небосвода

Радужно, затейливо, пестро

Собрались у мраморного входа

Самой лучшей станции метро.

С крыши падает поток счастливых

Золотых апрельских слез.

Манят пассажиров суетливых

Солнечные зайчики мимоз.

Первый спутник вздохов неизбежных,

Покоритель стольких нежных глаз —

Робкий и застенчивый подснежник

У киоска остановит вас.

И опять пленит голубизною,

Опьянит дыханьем новизны…

Это все, друзья, не что иное,

Как живые признаки весны…

Девушку с улыбкою крылатой,

Вместе с ней влюбленного юнца

Тихо опускает эскалатор

В здание подземного дворца.

Им не к спеху. Здесь они, как дома,

Я иду за ними стороной.

Признаки весеннего подъема

Неотступно следуют за мной.

Видно, так положено поэту!..

Поезда стремительного бег

Вдруг понес сквозь тьму к дневному свету,

На бульвар, где тоже тает снег.

Над верхами стриженых деревьев

Небосвод прозрачен и высок.

Вторит голосам о новом севе

Ручейка веселый говорок.

И по всей Москве в предмайском гаме

И по всей земле страны

Шествуют созвучными шагами

Все приметы трудовой весны.

Выбрать книгу по жанру

Лирика 30-х годов - Исаковский Михаил Васильевич - Страница 89

Связь с нами