Властелин ее сердца - Маккарти Моника - Страница 7

Не будет большим преувеличением сказать, что будущее войны зависело от Налетчика. И если путь к победе пролегал через заключение перемирий с английскими баронами, которые годами совершали набеги на Шотландию, он был рад заключить их.

– Король получит еду для солдат, – решительно сказал Робби Бойд.

И проклятое перемирие с Клиффордом.

Дуглас понял, что он имел в виду, и довольная улыбка расплылась на его темном лице. Сетон тоже все понял, но только сжал челюсти, словно хотел возразить, но понимал, что это бесполезно. Может быть, за прошедшие годы он все же кое-чему научился.

Клиффорд бросил им перчатку, и Бойд наверняка не собирался оставить этот вызов без ответа.

Мердок, однако, ничего не понял.

– Но как? У нас ничего не осталось, и они придут снова. Вы должны что-то предпринять.

Робби пристально посмотрел на фермера:

– Это я и собираюсь сделать.

– Что? – спросил фермер.

Он станет отвечать огнем на огонь и нанесет удар в такое место, которое его враг не сможет проигнорировать. На лице Бойда появилось странное выражение, уголки его губ приподнялись в улыбке:

– Отберу все назад.

Неделю спустя

Замок Бервик, граница с Англией

– Это нечестно, тетя Роузи-лин.

Розалин посмотрела на маленькое, поднятое к ней ангельское личико, на котором отражались обида, разочарование и сомнение, и почувствовала, что ее сердце тает.

Семилетняя дочь Роберта Маргарет ворвалась в ее комнату почти в слезах несколько мгновений назад. Розалин постаралась не показать, что шокирована ее нарядом. Бедняжка изо всех сил пыталась не расплакаться, и Розалин не хотела расстраивать ее еще больше. Она села на краешек кровати и показала на свободное место рядом с собой.

– Иди присядь, Маргарет, и расскажи, что произошло.

Девочка поняла, что нашла сочувствие, запрыгнула на кровать и уселась на взбитую пуховую перину рядом с тетей.

– Меня зовут Мэг, – поправила она, сморщив носик от недовольства. – Никто, кроме папы, не называет меня Маргарет.

Розалин с трудом сдержала улыбку и серьезно кивнула:

– Прости меня, Мэг.

Девочка наградила ее робкой улыбкой, и Розалин растаяла.

– Все в порядке, – заверила ее Мэг, похлопав по руке, словно они поменялись ролями. – Ты только что приехала сюда и не видела меня с тех пор, когда я была совсем маленькой.

Розалин притворно кашлянула.

Мэг нахмурила свои тонкие, изящно выгнутые бровки. Ее носик был такой же крошечный.

– Ты больна?

Розалин не смогла спрятать улыбку.

– Нет, Мэг, я совершенно здорова.

Девочка изучающе посмотрела на нее:

– Это хорошо. Эндрю все время кашляет, и ему не разрешают гулять. С ним скучно.

Розалин почувствовала, как у нее сжалось сердце, но она постаралась скрыть свой страх. Трехлетний сын Роберта Эндрю всегда был болезненным. И хотя об этом не говорили, никто не надеялся, что он доживет до взрослого возраста.

Радуясь, что малышка больше не собирается плакать, хотя о себе она не могла сказать того же, Розалин спросила:

– Почему бы тебе не рассказать, зачем ты надела бриджи и мальчишескую куртку?

Мэг осмотрела себя, словно уже успела забыть об этом.

– Джон сказал, что я буду им мешать.

Розалин не поняла, о чем идет речь.

– Мешать?

Мэг нетерпеливо нахмурилась, словно Розалин не уделила ей должного внимания.

– Это уроки верховой езды. Папа подарил Джону лошадь на его именины на прошлой неделе, и сегодня он начинает учиться ездить верхом с Роджером и Саймоном. Это несправедливо. Я тоже хочу, чтобы меня учили быть рыцарем. Джон на два года моложе меня. Он с трудом поднимает деревянный меч, который дал ему папа. Как он собирается убивать проклятых шотландцев, если не может поднять меч?

Розалин снова кашлянула и отметила про себя, что надо бы сказать брату, чтобы он выражался осторожнее в присутствии Мэг.

– Он не должен был говорить папе, что я одолжила эту одежду. Никто не любит ябедников.

Розалин с трудом следовала за ходом ее мыслей, поэтому просто кивнула.

Девочка сморщила личико.

– Роджер не разрешил мне остаться с ними, даже когда увидел, что юбка не помешает мне. Я не хочу вышивать с Айдонией и мамой. Почему они не позволяют мне тренироваться с мальчиками?

«Потому что ты – девочка».

Но поскольку время казалось неподходящим для того, чтобы объяснять Мэг суровую правду о разнице между мужчинами и женщинами, Розалин обняла плачущего ребенка и вздохнула. Она понимала ее горе. Она тоже хотела быть вместе с братом – возможно, даже сильнее, поскольку кроме него у нее никого не было. Понимание невозможности этого оказалось очень горькой пилюлей, которую ей пришлось проглотить.

Верховая езда, уроки фехтования на мечах и свобода бегать, где захочется, казались предпочтительнее, чем сиденье взаперти с вышивкой и лютней. Конечно, это было очень упрощенное представление о роли мужчин и женщин, но в возрасте Мэг Розалин испытывала те же чувства, что и эта девочка.

Спустя какое-то время Мэг подняла личико и посмотрела на тетю. Длинные темные ресницы окаймляли большие голубые глаза, мокрые от слез. Мэг была похожа на свою хорошенькую темноволосую мать, но Розалин просматривала упрямство Клиффордов в ее вздернутом подбородке.

– Ты поговоришь с ним?

– С кем?

– С папой. Он послушает тебя. Все говорят, что он никогда тебе ни в чем не отказывает.

Розалин рассмеялась:

– Уверяю тебя, он отказывал мне много раз. Я тоже хотела ездить верхом и учиться фехтовать.

Маргарет широко раскрыла глаза – при этом вид у нее стал почти комичным.

– Правда?

– Да. И я тоже думала, что это несправедливо, когда он мне отказал.

Улыбка на лице Мэг была почти ослепительной.

– Ты просила? И он отказал?

Розалин кивнула, затем задумалась на минуту.

– Как ты отнесешься к тому, если я возьму тебя завтра на прогулку верхом и позволю тебе поучиться держать поводья?

Это было явно не то, что Мэг надеялась услышать, но после минутного разочарования решила брать, что дают, и поторговаться насчет лучших предложений. Возможно, малышка в этом отношении была похожа на свою тетю.

– А как долго мы будем ездить?

– Столько, сколько захочешь.

– А куда мы поедем?

Розалин задумалась. Она не хотела уезжать далеко.

– Твоя мама сказала, что завтра в Норхэме будет ярмарка. Хочешь поехать туда?

Мэг с энтузиазмом кивнула и через мгновение выскочила из комнаты, горя желанием похвастать предстоящим приключением перед своими братьями и сестрами.

Розалин позвала ее назад:

– Мэг!

Девочка вопросительно обернулась.

– Надень платье, – с улыбкой сказала тетя.

Мэг расплылась в улыбке, кивнула и убежала.

Спустя несколько часов Розалин разыскала своего очень занятого брата, чтобы рассказать ему о своем плане. Она стояла в дверях его комнаты, пока он заканчивал разговор со своими людьми.

Как вновь назначенный наместник замка Бервик, сэр Клиффорд занял королевские покои и использовал одну из приемных комнат как зал заседаний. Розалин гордилась братом. Король не только назначил его военачальником и блюстителем Шотландии, но и сделал его наместником одного из самых важных приграничных замков. Замки Бервик на востоке, Карлайл на западе и Роксбург посередине формировали линию обороны вдоль границы, чтобы предотвратить вторжение шотландцев в Англию.

Розалин закусила губу. По крайней мере, замки выполняли такую функцию до прошлого лета. Но налеты Роберта Брюса на Камбрию и Нортумберленд опустошили округу, вселив ужас в сердца англичан, от которого они до сих пор не могли оправиться. Страх витал в воздухе, а имена свирепых налетчиков обсуждались испуганным шепотом, словно произнести их вслух значило вызвать самого дьявола.

Дуглас. Рэндольф. Бойд.

Болезненное чувство охватило Розалин. Не думай об этом…