Властелин ее сердца - Маккарти Моника - Страница 8

– Две тысячи фунтов? – сказал Клиффорд явно с яростью. – Он, должно быть, сумасшедший. Отошлите его. Я не желаю больше ничего слышать об их требованиях.

Розалин подождала, пока мужчины вышли, а затем вошла в комнату. Увидев сестру, Роберт улыбнулся, лицо его стало казаться менее уставшим.

– А, Роузи, извини, что заставил тебя ждать.

– Все в порядке?

Было очевидно, что нет. Ее брат сильно изменился с тех пор, когда она видела его в последний раз. Война давала о себе знать. Он все еще был красив, но выглядел старше своих тридцати двух лет. И жестче.

Он отмахнулся от ее беспокойства.

– Ничего такого, с чем нельзя было бы справиться. – Роберт жестом пригласил ее сесть. – Итак, что тебе нужно?

Пока Розалин объясняла, Роберт пытался спрятать улыбку. В конце концов он покачал головой.

– Я знаю, ты сказал ей, что она слишком мала, чтобы ездить верхом. Но послушай, ей уже семь лет. Я не понимаю, почему семилетняя девочка еще слишком мала, а пятилетний мальчик – нет.

Откинувшись в кресле, Роберт изучающе смотрел на сестру. Их разделял большой деревянный стол, который он использовал как рабочий.

– Ты провела здесь всего два дня, и Мэг уж нашла в тебе защитницу. Мне интересно, сколько ей понадобится времени, чтобы найти родственную душу.

Розалин нахмурила брови, не понимая, что брат имеет в виду.

– Родственную душу?

– А ты этого не видишь? – Он рассмеялся. – Господи, она совсем такая же, как ты, Роузи-лин, – всегда бросается на чью-нибудь защиту, всегда старается исправить несправедливость.

Она нахмурилась, застигнутая врасплох:

– Я этого не делаю.

Это заявление заставило Роберта рассмеяться громче:

– Господи, как хорошо, что ты здесь. Я скучал по тебе. Мне жаль, что я не мог чаще навещать тебя в Лондоне.

– Ты был занят.

Это не было преувеличением. С тех пор как Роберт Брюс восстал как феникс из огня поражений, брат не имел свободной минуты. Розалин видела его только дважды за последние шесть лет, с того своего судьбоносного визита в Шотландию.

– Я не был уверен, что сэр Хамфри когда-нибудь отпустит тебя навестить нас, – сказал он сухо.

Розалин тоже не была уверена.

– Граф настаивал, что это очень опасно, и… – Румянец залил ее щеки. – Я думаю, он ждал, пока я… решу.

Выражение лица Роберта изменилось.

– И ты решила? Это тот, за кого ты хочешь выйти замуж? Я не позволю графу Харфорду принуждать тебя. Мне наплевать, что ты достигла зрелого возраста, – я не дам тебе связать свою судьбу с человеком, которого ты не любишь.

– Двадцать два – это не такой уж зрелый возраст, – рассмеялась Розалин. – Нет, тебе не стоит волноваться о том, что сэр Хамфри принудил меня к чему-то. Он очень терпелив. Хотя, между нами, мне кажется, что и он и король отчаялись, что я выберу кого-нибудь.

– А ты уверена, что сэр Генри – тот, кто тебе нужен?

Что-то в голосе Роберта заставило ее насторожиться. Она пристально посмотрела на брата, но он умел скрывать свои мысли.

– Он тебе не нравится?

– Вопрос не в том, нравится ли он мне, а в том, нравится ли он тебе, малышка.

– Нравится, – сказала она с мягкой улыбкой. – Очень.

Хотя Розалин знала сэра Генри де Спенсера всего несколько месяцев, он произвел на нее большое впечатление своей галантностью и обаянием. Да, прославленный английский рыцарь был высок, темноволос и мускулист, и в этом заключалось случайное сходство с неким шотландским мятежником.

– Тогда это все, что имеет значение, – твердо сказал Роберт. Она нахмурилась и хотела расспросить его подробнее, но он добавил: – Я должен признать, что как бы я ни был рад видеть тебя, я испытываю облегчение от того, что ты с Мод и детьми вернешься в Бруэм в конце месяца, чтобы готовиться к свадьбе.

Ее суровая невестка настаивала на возвращении в замок Клиффордов в Камбрии, где Розалин родилась и который в определенном смысле могла считать своим домом. Замок был расположен значительно южнее, и там было безопаснее укрываться от налетов варваров. Бруэм находился довольно далеко от Бервика, но Роберт сможет иногда навещать их.

– Неужели дела обстоят так плохо? – спросила Розалин.

Он мгновение поколебался, потом, очевидно, решил сказать правду:

– Да. Шотландцы совсем обнаглели после отъезда Эдуарда, и кто-то должен остановить их, или… – Роберт замолчал, крепко сжав челюсти.

– Или – что? – спросила она.

– Или они не остановятся.

Розалин посмотрела брату в глаза. Казалось невероятным, что мятежники могут на самом деле победить. Она закусила губу. Брат старался держать ее вдали от войны и политики, но что-то заставило ее спросить:

– Ты никогда не думаешь, что, если… – Она не закончила вопрос, смущенная тем, что хотела сказать.

Но Роберт догадался:

– Не думаю, Розалин. Моя работа – следовать приказам и исполнять свой долг перед королем.

Внезапно почувствовав себя изменницей, Розалин испытала прилив гордости за своего брата. Он был верен долгу и королю – один из величайших рыцарей Англии, – и она любила его. Конечно, он поступал правильно.

– Поезжай на ярмарку, Розалин, и возьми с собой своего маленького рыцаря. Роджер тоже едет с несколькими из моих рыцарей. Вы можете поехать с ними. Думаю, он будет горд продемонстрировать тете свои навыки оруженосца. В Норхэме так же безопасно, как и в Бервике. Даже фантомы – призраки Брюса не посмеют приблизиться к одному из самых охраняемых замков при свете дня.

Глава 2

Несмотря на предупреждения брата, Розалин и представить не могла, что все обстоит так плохо. Только три мили отделяли Бервик от Норхэма, но едва выехав за укрепления, они оказались в совершенно ином мире.

Мирная сельская местность, которую она помнила, через которую проезжала, когда ехала на юг из замка Килдрамми, стала почти неузнаваемой. Каждое дерево, каждая травинка, каждое строение несли на себе обугленные следы разрушений. Но не только земля была опустошена, люди также не избежали этой участи. Розалин видела страх на мрачных, несчастных лицах крестьян, когда они отрывались от своей работы, чтобы посмотреть на большую кавалькаду рыцарей, дам и тяжеловооруженных всадников, проезжавших мимо.

Это разрывало сердце.

– Мой Бог, кто сделал это?

Она даже не заметила, что произнесла эти слова вслух, но ее тринадцатилетний племянник Роджер, ехавший рядом с ней, ответил:

– Сам Брюс. Захватчик провел свои войска по этой местности в прошлом сентябре. Он начал с земель графа Данбара, потом перевалил через Чевиот-Хилс в Нортумберленде, совершая набеги и разоряя местности, лежащие далеко на юге, – Харботл и Холистоун. Это продолжалось почти две недели, между праздником Рождества Богородицы и Самайном. А потом мятежники поспешно убрались в свою бандитскую нору.

Розалин слышала о набегах Роберта Брюса, когда бывала при дворе в Уайтхолле прошлым летом, вскоре после возращения короля Эдуарда в Лондон. Она вспомнила, что Камберленд пострадал таким же образом за месяц до этого. Но она никогда даже представить себе не могла, что это будет… так.

Сэр Клиффорд в это время был в безопасности с леди Мод в замке Бруэм, поэтому Розалин не вникала в детали происходящего, как делала всегда. Она не хотела услышать его имя.

– Бедные люди, – сказала она. – Неужели никто не смог их защитить?

Роджер сжал губы, и ее сердце сжалось. Он так был похож на Роберта в том же возрасте. Юноша был высоким, золотоволосым и уже подавал надежды, что станет со временем грозным рыцарем. Как и отец, Роджер был упрям, решителен и отчаянно горд, с изрядной долей самоуверенности. Он держался с видом непобедимости, как это часто присуще молодым людям, которые готовятся стать рыцарями, но пока еще никогда не видели сражений.

– Большая часть гарнизона из Бервика и Норхэма ушла с королем Эдуардом месяцем ранее. Никто не ожидал, что Брюс нападет, по крайней мере так скоро. Отца только собирались назначить наместником замка.