Огонь и сера - Чайлд Линкольн - Страница 39

Гость посмотрел на д'Агосту, и черты его лица сделались как будто мертвее.

Пендергаст положил руку на плечо сержанта:

– Лучше я пойду один.

– К черту! Вы же не знаете, кто этот тип, чего ему надо, и вообще... Не нравится мне это.

Развернувшись, гость плавным шагом покинул обеденный зал. Мгновением позже за ним последовал Пендергаст. Д'Агоста, оставшись стоять, чувствовал, как внутри нарастает беспомощность.

Глава 31

Человек молча вел машину на север по Вест-Сайдскому шоссе. Начался дождь. У въезда на мост Джорджа Вашингтона, что протянулся над Гудзоном двумя нитями света, незнакомец свернул на едва мощенную дорогу. По ухабам и кочкам он повел автомобиль к развороту у самого подножия гигантского восточного пилона, утонувшего в зарослях ядовитого сумаха.

– Нервничаете? – спросил незнакомец.

– Нет.

– Если что не так, говорите.

– Вы из ЦРУ?

– Вы в состоянии меня вычислить. – Человек кивнул на ветровое стекло. – Дайте слово, что не станете этого делать.

– Даю.

На колени Пендергасту легла синяя папка с ярлычком: «БАЛЛАРД». Опечатанный документ носил гриф «Совершенно секретно».

– Откуда это? – спросил Пендергаст.

– Я занимался Баллардом последние полтора года.

– На каких основаниях?

– В папке все есть, но вот вам резюме: Баллард основал частную инженерную фирму средних размеров «Баллард аэроспейс индастриз». Он же является генеральным директором и держит контрольный пакет акций. В основном «БАИ» работает на военных: они проектируют компоненты воздушных судов, управляемых снарядов, ракет и проводят испытания. А еще фирма выступает как завод-подрядчик в производстве космических шаттлов. Вдобавок «БАИ» примкнула к разработчикам антирадарного покрытия бомбардировщиков и истребителей типа «Стелс». Прибыль у них высокая, и свое дело фирма знает. Баллард переманил несколько инженеров – лучших, кого смог купить. Он и сам очень способный, но по характеру импульсивен и необуздан. Если надо причинить вред или устранить кого-то, колебаться он не станет.

– Понятно.

– Хорошо. Слушайте дальше. «БАИ» также выполняет заказы иностранных правительств – порой не вполне дружелюбных. Такие дела ведет служба по контролю за экспортом и передачей технологий. До сих пор «БАИ» держалась в рамках закона. Вы понимаете, что это за рамки – при таких-то возможностях. Проблема угнездилась в Ластра-а-Синья, промышленном пригороде Флоренции. Несколько лет назад Баллард приобрел там заброшенную фабрику, когда-то принадлежавшую Альфреду Нобелю. – На лице человека промелькнула ироническая улыбка. – С виду это большой комплекс полуразрушенных зданий. Но «БАИ» превратила ядро фабрики в совершенный исследовательский центр.

Дождь барабанил по крыше. Сверкнула молния, в отдалении гулко пророкотал гром.

– Чем занимается «БАИ» во Флоренции, мы точно не знаем; есть косвенное доказательство того, что они работают на китайцев. В прошлом году на полигоне в пустыне Лопнор прошли испытания баллистических ракет. Судя по всему, эти ракеты способны обойти систему ПРО Америки, находящуюся в разработке.

Пендергаст кивнул.

– Особенность в том, что новая форма, совмещенная с некой специальной поверхностью или покрытием, делает ракету невидимой для радара. Ракеты не оставляют теплового следа, их не может засечь даже доплеровская РЛС. Тем не менее пока у китайцев ничего не выходит. Они запускают ракеты, а те, возвращаясь в плотные слои атмосферы, распадаются на части – задача как раз по тематике «БАИ». Мы считаем, что китайское правительство наняло фирму Балларда. Мы также полагаем, во Флоренции решается именно эта проблема.

– Как?

– Неизвестно. Похоже, ракеты распадаются, когда достигают резонансного пика на возврате в плотные слои атмосферы. Китайцы так увлеклись невидимостью, что забыли: ракеты еще должны и летать. Схожую проблему – с бомбардировщиками «Стеле» – решили мощные компьютеры и аэродинамическая труба. Только ракета летит черт знает во сколько раз быстрее, и ей противостоит куда более хитрый радар. Ответ лежит где-то в области характеристических чисел, преобразований Фурье и тому подобного. Понимаете, о чем я?

– В основном.

– Я говорю о математических моделях вибраций, резонанса и подавления. Ракета должна быть одновременно аэродинамически совершенной и абсолютно невидимой для радаров. Такой вызов может принять только «БАИ».

– Эти записи – для меня?

– Да.

– Почему я?

Агент ЦРУ посмотрел на Пендергаста – в первый раз за время беседы. Маска невыразительности куда-то пропала, и фэбээровец увидел очень, очень усталого человека.

– Так получается, что на ЦРУ подспудно давят политики. Мне приказали закрыть дело Балларда. У него друзья в Вашингтоне, он вбухал миллионы в предвыборные кампании десятка ключевых сенаторов, конгрессменов и даже президента. Нас спросили: как может ЦРУ преследовать добропорядочного гражданина, будто нам мало угрозы террора из-за границы?! Полагаю, вам знакома эта старая песенка.

Пендергаст кивнул.

– Я бы и рад не перечить, но ведь ублюдок распродает Америку ее врагам. Баллард – такой же предатель, как и те, кто сбывает мультимедийные программы Ирану и Сирии. Если он преуспеет, получится, что США угробят сотню миллиардов долларов на заведомо ущербную систему ПРО. И кто, вы думаете, попадет под раздачу? ЦРУ. У администрации вдруг случится острый приступ амнезии, и они забудут, почему велели закрыть расследование. Тогда конгресс потребует официального следствия, чтобы выяснить, куда смотрела разведка. Я не хочу, чтобы ЦРУ стало козлом отпущения.

– Мы в ФБР об этом тоже кое-что знаем.

– Я полтора года вел Балларда, и будь я проклят, если вот так сдамся на полпути. Я – американец и люблю свою страну. Прижмите Балларда, иначе на Нью-Йорк посыплются ядерные ракеты – только потому, что политики получили на лапу.

Пендергаст отложил папку.

– Но почему именно я?

– Хотя вы работаете в ФБР, о вас идет добрая молва. – Церэушник позволил себе циничную усмешку. – А то, что вы притащили Балларда на допрос, как обычного уголовника, – это здорово, по-мужски. Вы молодец.

Агент ЦРУ включил мотор, зажег фары и выехал на магистраль. Он вновь погрузился в молчание и хранил его до тех пор, пока впереди не показались похожие на кристаллы света небоскребы.

– Вы не слышали обо мне, я не слышал о вас. Этой беседы никогда не было. Файл удален из наших разработок, так что если он и вернется в ЦРУ, никто ничего не заподозрит.

– Как насчет вас? В конце концов, вы вели Балларда.

– Не беспокойтесь о моей заднице, я сам о ней позабочусь.

Церэушник высадил Пендергаста в нескольких кварталах к северу от дома. Когда фэбээровец покидал машину, сотрудник разведки наклонился к нему и заговорил снова:

– Агент Пендергаст...

Тот обернулся.

– Не сможете прижать ублюдка – убейте.

Глава 32

Человек, именующий себя Васкез, оглядел крохотную каморку, в которой он проведет следующие несколько дней. Некоторое время назад ему пришлось взяться за оружие, когда открылась дверь дома через дорогу. Получив неожиданный шанс, напряженный Васкез вгляделся в прицел: объект покидал дом. Но не один. Отложив винтовку, наемник сделал отметку в записной книжке: 22.31. Двое тем временем прошли к неприметному «шевроле», припаркованному у особняка.

Как только автомобиль отъехал, в дверном проеме мелькнуло нечто белое. Васкез увидел, как человек в смокинге отступил в дом, прикрыв за собой дверь. На первый взгляд он был похож на дворецкого, но мыслимое ли дело – дворецкий в этой части города?

Васкез запретил себе жалеть об упущенном шансе. Ни к чему завершать дела преждевременно. К тому же предосторожность не бывает излишней.

Отложив блокнот, он отошел от окна, чтобы вернуться к приготовлению «гнездышка». Васкез устроился в заброшенном «отеле»; по углам валялись использованные иглы и презервативы. Наверное, в этой комнате кто-нибудь даже умер – на полу лежал дырявый матрас, в середине которого темнело пятно. Стоило по углам и стенам разлиться свету газовой лампы, как побежали тараканы, шурша, будто осенние листья на ветру, бесчисленным множеством лапок. Васкезу здесь нравилось. К подобным местам он привык, но столь совершенных еще не встречал. Заткнув дырочку в фанерном листе, закрывшем окно, Васкез продолжил вить «гнездышко».