Огонь и сера - Чайлд Линкольн - Страница 40

Позиция выбрана идеально. Окна выходят на север, как раз на покосившуюся громаду особняка 891 по Риверсайд-драйв. Объект, должно быть, настоящий маньяк, раз там живет. Впрочем, каждому свое. Васкез засел на третьем этаже; отсюда он видел крыльцо и полукруг подъездной дорожки, пробегавшей под аркой из кирпича и мрамора. Отлично просматривалась дверь, через которую жертва входила и выходила из дома. Других дверей Васкез не обнаружил, но он и наблюдал-то всего двенадцать часов.

Да, засада отличная. В этой части Гарлема нет любопытных привратников, торчащих на порогах домов и высматривающих что-нибудь подозрительное, нет скрытых видеокамер, нет старушек, готовых вызвать полицию, стоит завопить драной кошке... Полицию здесь не вызовут, даже если кого-то убьют прямо на улице. Но главное, из «отеля» вел невидимый для обитателей особняка подвальный выход – в аллею напротив Сто тридцать шестой улицы.

Такую точку захочешь – не сразу найдешь.

В ближайшее время Васкез выяснит, насколько регулярны привычки объекта – агента ФБР. Как и в охоте на зверя – не важно, какого, – главное, просчитать его поведение. И в охоте на эту конкретную дичь Васкез станет экспертом. Какие двери она использует и когда, с кем живет, кого принимает, как бережет жилище – все это Васкез досконально изучит. А изучив характер жертвы, он проникнется ее психологией. Бывало, те, кто боялся пасть от руки киллера, меняли привычки, но меняли в определенном порядке. Уже сейчас понятно, что нынешняя цель – человек крайне осторожный и умный. Только Васкез давно взял за правило: заранее считать жертву быстрее, умнее, хитрее себя. На его счету были и федеральные агенты, и дипломаты, и гангстеры, и второстепенные главы государств. Васкез занимался своим делом двадцать два года и стран, где поработал, мог назвать столько же, так что опыта хватало. Однако скромность и непритязательность – качества мудрые.

Оставив в комнате все как есть, Васкез развернул на полу брезент. Материал захватил часть стены, где киллер закрепил его скотчем. Воздух наполнился ароматом водонепроницаемой ткани. Мысленно сверяясь со списком – больше для формы, – Васкез разложил на полу инструменты. Проверив «ремингтон М-21», он удостоверился: магазин полон, все пятидесятиоднограммовые дозвуковые патроны – его любимые – на месте. Свою старую винтовку наемник ни за что бы не променял на вычурные новомодные штучки. Простота, точность, надежность – большего Васкез и не хотел. Он вставил магазин, передернул затвор и погладил привинченную «оптику».

Удовлетворенный, Васкез отложил винтовку и стал выкладывать на пол пакетики с вяленой говядиной и бутылочки с водой – пятидневный запас. Включив лэптоп, разложил рядом десяток заряженных батарей. Пара очков ночного видения пребывала в полном порядке.

В углу при тусклом свете фонарика Васкез установил душевую и туалет. Дверь он закрепил по периметру аккумуляторным винтовертом и заклеил скотчем; теперь никто сюда не войдет.

Вернувшись к окну, Васкез убрал заслоночку, открыв в фанерном листе отверстие для стрельбы. Раскрыл и приделал к трубке ствола сборную подставку, затем очень аккуратно зафиксировал оружие. В прицел стало видно крыльцо на уровне головы объекта. Ручным лазерным дальномером наемник определил расстояние до входной двери: получилось тридцать с половиной метров. При дальности прицельной стрельбы «ремингтона» в четыреста пятьдесят семь метров тридцать с половиной – сущий пустяк.

Все, «гнездышко» свито.

Васкез еще раз взглянул на дом через прицел. Особняк будто бы вымер: тихий, темный, окна забраны. Внутри, должно быть, творилось нечто противоестественное. Но киллеру было плевать, существовали только цель и работа, которую надлежало выполнить в отведенные сроки. Кто и зачем его нанял... какая разница? Достаточно знать, что два миллиона благополучно легли на его банковский счет.

Васкез приступил к терпеливому ожиданию. Иногда ему нравилось представлять себя натуралистом, будто он следит за повадками пугливых животных.

Важен был сам процесс – деньги шли после. Ничто не заменит восторга убийства.

Глава 33

Д'Агоста посмотрел на часы: почти полночь. Убойный отдел словно вымер. Этажом ниже в кабинках-офисах работала ночная смена, но здесь единственным источником света и звуков служил кабинет Хейворд.

«Даже детектива не заставишь пахать сверхурочно», – подумал д'Агоста. Забавно, особенно если знаешь, что убийства в Нью-Йорке большей частью совершаются ночью.

Подкравшись к открытой двери, он услышал, как Хейворд стучит по клавиатуре компьютера. Таких амбициозных копов д'Агоста еще не встречал. И это пугало.

Он постучался.

– Войдите.

Кабинет напоминал зону военных действий: на каждом стуле громоздились кипы бумаг, трещало полицейское радио, в углу гудел, выдавая порцию распечаток, лазерный принтер. Странно, прочие капитаны держали свои офисы в стерильной чистоте, не найдешь и пятнышка настоящей работы.

Капитан Хейворд взглянула на посетителя.

– Час поздний, – сказала она. – Что привело вас в цитадель начальства?

Полчаса назад Пендергаст наконец отыскался – сам пришел к д'Агосте в номер отеля. И хотя детали того, что случилось, агент ФБР изложил очень скупо, выглядел он... воодушевленным, если так вообще можно сказать о Пендергасте. И сразу же отправил д'Агосту к Хейворд, потому что знал: ему самому успех не светит.

– Я по поводу Балларда, – ответил сержант.

– Уберите вон те бумаги, – вздохнула Хейворд, – и садитесь.

Освободив один из стульев, д'Агоста сел. Хейворд расстегнула воротник и распустила волосы. На плечи ей упали удивительно длинные блестящие черные локоны. Среди грохота в кабинете капитан показалась д'Агосте глотком холодного, нет, свежего воздуха. Хейворд смотрела на него, в ее взгляде смешались изумление и что-то еще. Может, симпатия? Да, как же, просто на ночь глядя разыгралось воображение...

– Вот, достал Пендергаст. – Сержант выложил на стол Хейворд папку. – Как – не знаю.

– Боже, Винни! – Хейворд взяла папку и тут же отбросила ее, словно кусок раскаленного железа. – Это же секретные материалы!

– Ну.

– Я не стану читать. Я этой папки даже не видела. Уберите.

– Позвольте, я только дам резюме...

– Бог мой, нет.

Казалось бы, нужно просто взять и сделать это, но д'Агоста не знал, как подступиться. В конце концов, он мог плюнуть, встать и уйти.

– Пендергаст хочет, чтобы вы поставили телефоны Балларда на прослушку.

Секунд десять Хейворд просто смотрела на д'Агосту.

– А почему он не сделает это через Бюро?

– Не может.

– Он вообще хоть что-то может сделать по правилам?

– Баллард слишком силен, а ФБР – детище той же политики. Но вы могли бы без труда обратиться в офис прокурора за соответствующим разрешением.

Сверкая глазами, Хейворд встала из-за стола.

– Нельзя просить разрешения на прослушку, предъявив секретные материалы.

– Нельзя. Но ведь мы расследуем убийство.

– Винсент, вы чокнулись? Против Балларда нет никаких улик, нет свидетелей, нет мотивов. Его ничто не связывает ни с одним из убийств и ни с одной из жертв.

– Телефонные звонки.

– Звонки! Не он один пользуется телефоном.

– В компьютере Балларда нашли зашифрованные файлы. Шифры – жутко мощные, и взломать их не удается.

– Так ведь я тоже шифрую электронную почту, когда пишу маме. Винсент, доказательств нет. Вот на этом нас ловит «Таймс», а потом делает из нас монстров, нарушающих права граждан. И вам ли не знать, что добиться разрешения на прослушку – тот еще геморрой.

– Прочтите досье на Балларда. Он продает китайцам военные технологии.

– Я просила вас не рассказывать, что в этой папке.

– У Балларда в Италии завод. Там разрабатывают для китайцев ракеты, которые смогут преодолевать нашу систему ПРО.

– Моя юрисдикция распространяется на завод в Италии в такой же мере, как на карманников в Монголии.