Черный замок - Тыртышникова Елена - Страница 31

Не по пути, но других вариантов не намечалось. Романд вздохнул и съехал по перилам — лестница на глазок представлялась небезопасной для ног.

Ягодицы горели, зато прокатился он с ветерком и конечная точка вылета, чуть не приведшая к разбитому о колонну носу, оказалась приемлемой. Юношу вынесло в галерею, почти копию той, где он ожидал экзамена. Однако теперь это был второй этаж. Галерея опоясывала неизвестный внутренний дворик. Вместо фонтана-торта посреди небольшой площадки росло огромное дерево, несмотря на зиму, гордо зеленевшее большими листьями, по форме похожими на дубовые. Прямо напротив Романда зияло чёрным провалом в бесконечность дупло, оттуда посверкивали чьи-то огненно-золотые глаза с узкими вертикальными зрачками.

— Здравствуйте, — Романд был вежливым мальчиком и очень надеялся, что Керлик не в курсе. — Не подскажете, в какую сторону ближайший выход?

Зрачки невидимого жителя дупла удивлённо расширились, огонёк глаз моргнул, затем вспыхнул с новой силой… и растворился в темноте.

— Это последняя дриада Лаурри, великих Дрив. Её зовут Молчание. Разговаривает она, Романд, лишь с теми, кто принесёт ей потомство. Ты, видимо, не подошёл.

— Наверное, она знает, что я женат, — юноша медленно и осторожно обернулся на голос.

— Нет, дело не в этом. Скорее — в том, на ком ты женат, Романд.

Карла стоял, привалившись к соседней колонне, Новелль с изяществом и грацией кошки устроился на узких перилах, беззаботно болтая левой ногой. Оба чародея выглядели так же, как и на экзамене — разве что, смотрели ещё внимательнее и осуждающе.

— Это вторая часть испытания? Вы желаете отобрать жезл?

Маги переглянулись.

— Романд, — Новелль скупо улыбнулся. — Если бы мы считали тебя недостойным Жезла, то поверь, ты бы без него ушёл. И никогда больше его не увидел бы. — Чародей отвернулся, с интересом рассматривая плитку во дворе — мозаика, складывающаяся в странные, непонятные узоры. — Твой тесть, полагаю, знал, что делал, когда дарил тебе Жезл. Не простой артефакт, которых пруд пруди, а великий древний Жезл Подмастерья!

— Он ему не нужен!

— Конечно, — согласился Карла. — Кстати, выход у тебя за спиной. Правда, ведёт он в район Духов. Тебя устраивает? — Кивка чародей не дождался. — Так вот, Романд, твоему тестю Жезл давно без надобности — такие вещи детям отдают. Но отчего он не вручил его дочери, твоей жене? Не отвечаешь? Я сделаю это за тебя: она потомственный чародей — отец и сам её в подмастерья произведёт, если посчитает достойной.

— Да… С чего?!

— Очень просто, Романд, — глава Круга Старших вновь вернулся к беседе. — Ты хоть сам понимаешь, сколько на тебе волшебных побрякушек? Безопасных для тебя?

— Мало ли, что и где я нашёл, — попытался юноша, отлично уж понимая, что взрослые правы.

— Да-да, мало ли, — Новелль открыто усмехнулся. — Но нам о тебе слишком многое известно. Несмотря на всё своё герцогское происхождение, ты не только не любишь украшения, но и абсолютно в них не разбираешься, а в артефактах тебе пока рановато — значит, нацепил на себя подарки… Не надо, не возражай — ведь сам догадался, что бесполезно… Итак, что мы имеем? Тестя, обеспечивающего тебя возможностью учиться не чему-нибудь, а магии, и дарящего могущественнейшие и полезные артефакты.

— А почему тесть?

— Интуиция, — хмыкнул Карла. — А вообще-то ты сам сказал.

— Хорошо, чародей он. Что с того? — рассердился Романд.

— Ничего, — пожал плечами Новелль и устало откинулся на колонну, которую подпирал Карла. — Речь зашла — вот и поговорили. Собственно, мы тебя искали по другому поводу: как тебя называть в документах? Прости, но Зелешем не имеем права.

Юноша нахмурился — ничего себе «другой повод» !

— …Романд, поди сюда. Надо серьёзно поговорить.

Юноша с сожалением оторвался от книг — сегодня был один из тех немногих случаев, когда они с Литой действительно занимались магией совместно, помогая друг другу, а не мешая, не отвлекаясь. Когда они друг друга видели, что происходило нередко, то в крови гуляла иная жажда, нежели стремление к книжным знаниям и постижению мировых тайн.

— Да, Зо? — вздохнул Романд и поплёлся за тестем.

— Не кривись. Это важно, мальчик.

Они расположились в кабинете Керлика — удобной, просторной комнате за библиотекой и, по сути, библиотеку продолжающей. Все стены, даже между окнами, занимали стеллажи с книгами и свитками. На полу стояли различные чародейские приспособления или модели каких-то неизвестных и невиданных механизмов: металлическая птица, в развороченном брюхе которой рядами, словно в учебном классе, расположились миниатюрные креслица, за выпуклыми глазами просматривались такие же и ещё палочки-рычажки. Самодвижущаяся гномья вагонетка на рельсах, но большая и тянущая за собой штук пять-шесть поменьше, крытых и со всё теми же креслами-рядами внутри — эта «игрушка» даже работала. И прочие, наверняка иномирные чудеса.

Посреди комнаты торчал стол, прямоугольный, громоздкий, тяжёлый. Он словно специально был поставлен для того, чтобы все на него натыкались. Вокруг собрались диванчики.

Позади рабочего кресла, на стене красовалась нарисованная дверь, вполне реально ведущая в сокровищницу. Романд не преминул сунуть в неё свой любопытный нос, после чего джинна, охранявшего магические и обычные богатства Керлика, пришлось на коленях умолять вернуться к своим обязанностям. Слёзно «умолял», кстати, Романд под сердитым надзором тестя, утверждая, что он-де случайно, не хотел никого обидеть. Джинн вроде бы поверил, но потребовал, чтобы «этот скверный мальчишка» больше внутри хранилища не появлялся, иначе огненный гений за себя не отвечает! И за сокровища тоже.

— Только что известили, — Керлик кивнул на хрустальный шар, прыщом сверкавший на гладкой поверхности стола, — ты оправдан. Все обвинения сняты, чему способствовали полное здравие императора и его память. Преступников-исполнителей поймали, заказчика не обнаружили. Но…

— Отец лишил-таки меня имени? — догадался Романд.

— Да. И вряд ли он откажется от своих слов.

— Куда уж ему! Он меня ненавидит! Всегда ненавидел!