Черный замок - Тыртышникова Елена - Страница 41

В кабачке «Пьяное солнышко» царило необыкновенное благолепие. Необыкновенное как для любого заведения подобного типа, так и конкретно для данного кабачка.

Располагался он как раз на стыке Чаровника и Арфистки, граничной улицы небольшого квартала музыкантов. Правда, когда дело касается магов, в Главели всё относительно, особенно нахождение в пространстве.

«Пьяное солнышко» было одним из излюбленных мест сборов чародеев. Потому с утра здесь витали ароматы горького шоколада, бодрящего кофе и душистых чаёв и лишь к вечеру в кубки тонкой струйкой лилось красное вино или огромные кружки заполняло пенящееся пиво. Здесь предпочитали эль. Впрочем, если кто-то требовал молока или ключевой воды, никто выбору не удивлялся — у каждого свои пристрастия. С другой стороны, и надраться самым что ни на есть дешёвым пойлом дозволялось. Маги — тоже люди… ну-у, эльфы, гномы, гоблины и прочая. В общем, разумные существа, которые разум успешно теряют с завидной регулярностью. На том питейные заведения и стоят.

Однако примечателен кабачок был всё-таки не этим — один из двух входов располагался на приличном расстоянии от самого «Солнышка», где-то в районе Купцов. Таким образом, кабачок посещали не только чародеи, что несколько разнообразило обстановку. Особенно сегодня — ни одного мага не наблюдалось.

Хозяин кабачка взглянул на календарь. Экзамены. У Белого отделения, отделений Духа и Огня. И у чёрных — тоже, но они «Солнышко» посещали редко, предпочитая трактиры своего района.

Дзинь. Словно ударили по малому серебряному треугольнику.

— Хозяин, а это кто? — за стойкой бара с раннего утра сидел тощий парнишка с голубыми наивными глазами. С наличностью, одет хорошо, но не по моде, с чуть заметным южным акцентом — по всей видимости, из провинциальных дворян.

С самого своего появления в кабачке юноша задавал один и тот же вопрос. Не такой уж и праздный, надо признать, — хотя в «Солнышке» имелись два входа, они вели в одну и ту же дверь.

— Купцы, наверное.

— А как вы это определяете?

— Если бы входили с Чаровника, мы бы услышали арфу, — пояснил кабатчик.

Он не ошибся — дверь растворилась и впустила двух дородных пропахших холодом мужчин. Глава Гильдии купцов и его помощник без труда узнавались по медальонам — миниатюрным, стилизованным под аптекарские, весам на толстых золотых цепях. Поговаривали, что этими весами изредка пользовались по назначению, но хозяин не мог себе представить настолько дорогой товар.

Новоприбывшие расположились в углу, у кадки с вечнозелёной берёзой — дар магов Земли — и подозвали разносчицу.

— Вот же! — молодой дворянчик стукнул кулаком по столешнице, старательно не попав по чашке с недешёвым в Главели кофе. — Решил, раз уж в столице, посмотреть на чароплётов — и ни одного не увидел!

— А что, у вас дома нет магов? — искренне удивился хозяин.

— Есть. Но они все старые — вот я и собрался проверить, попадаются ли среди них молодые… Поспорил с приятелем… Ну, знающие люди сюда направили.

— Правильно сделали. Только вы, господин, неудачное время выбрали.

— Что так?

— Экзамены на ранг Подмастерья.

— И сегодня я никого не встречу? — лицо юноши обиженно вытянулось. — Но я завтра уезжаю!

— Встретите! — кабатчик широко улыбнулся. — Причём уже скоро — обязательно придут сюда щеголять своими новенькими жезлами. Традиция у них такая!

— С чего это вы взяли, что кто-то из них экзамен выдержит? — продолжал допытываться посетитель. — Я слышал, экзамены — трудное дело.

— Трудное, — согласился хозяин. — Но у меня примета верная имеется. С утра я ни одного мастера не встретил — значит, кто-то да сдаст и будет здесь веселиться. А не боитесь, господин, на развлекающихся магов смотреть?

— Ха, — фыркнул дворянчик. — Я же за этим и пришёл!

Но голос его чуть заметно дрогнул — хорохорился мальчишка, но любопытство лёгкий испуг всяко перевесит. Не уйдёт, дождётся. А хозяин — и подавно. Сегодня в кошель рекой потекут золотые и серебряные монетки.

В сопровождении мелодичного перелива арфы, мороза и веселья в кабачок «Пьяное солнышко» вкатилось Белое отделение в полном составе, исключая только Романда Отказника. Даже эльфийка Ивелейн присоединилась к неожиданно сдружившейся после экзаменов компании.

Угрюмец тоже не отказал себе в удовольствии погулять со всеми и посмеяться, порадоваться жизни, в которой нет ни зависти, ни огорчений, ни предательства. Нет в ней и обязательств, в том числе и перед Белоплащником. Чародей не сообщил нанимателю о появлении Романда в стенах Школы. Пусть маги спорят, пусть способны убивать друг друга и не видят в том ничего зазорного, но без причины против Гильдии и её членов не идут.

Покушение на императора и бой с его сестрой — одно, а слежка за Романдом — абсолютно другое. Нет, нужен Белоплащнику мальчишка, пусть сам его и ищет! Угрюмец против отказника ничего не имеет.

Едва компания появилась в кабачке, за спиной хозяина, среди кубков, бутылей зелёного стекла и пивных кружек завибрировал огромный амулет. Со стороны он походил на ромашку с разноцветными лепестками, а по сути являлся аллегорической моделью Гильдии.

Сердцевину на равных делили большой кусок горного хрусталя в форме полусферы, и того же размера и вида чёрный турмалин. Прозрачность и невидимость. День и ночь. Свет и Тьма. По кругу расположились шестью лепестками камни, символизирующие ту или иную Стихию.

На общем фоне почти терялся дорогой, но отнюдь не приковывающий взгляд тёмно-синий сапфир — Вода, источник жизни. Она всегда рядом, но обычно не заметна. Винно-золотистый топаз Воздуха напоминал, что ничто так не пьянит, не кружит голову, как вовремя сделанный вдох. Кроваво-красный пироп пугал страшной и неукротимой в безумном гневе стихией Огня, а изумрудно-зелёный хризолит, наоборот, обещал безмятежное спокойствие Земли. И, наконец, почти сливались в один «лепесток» молочно-белый опал Духа и водянистый гиалит Пси.

Прозрачный хрусталь с появлением Белого отделения наполнился нестерпимо ярким, ослепляющим светом, затем по кругу, один за другим, вспыхнули разноцветные каменья Стихий — и амулет погас, успокоился. Лишь чёрный турмалин, казалось, ещё больше потемнел.