Гонки по паутине - Уайлд Томас - Страница 20

Майк вздрогнул и полюбопытствовал, куда делся верзила. Сыграл свою роль и удалился?

— Сколько таких операций ты проводишь в день?

— О, ты удивишься.

Неужели так мало? Майк глубоко вздохнул.

— Вот так, — сказала она, приспосабливая металлический наконечник с желобком под основание его черепа. — Просто расслабься и позволь этому случиться.

Майк закрыл глаза и вспомнил, что говорил верзила. Жить вечно.

Сейчас же он чувствовал себя так, словно его вот-вот казнят по ошибке. А что, если эта леди не правильно его поняла? Бог знает, на Питфоле водились негуманоиды, которым нравилось немного поразвлечься, устраивая фейерверки из мозгов время от времени.

— Э...

— Я сказала, расслабься!

— Я пытаюсь!

— Да не веди себя, как землянин. Майк начал говорить, что он-то как раз и есть землянин, но передумал.

— Копирование мозга, верно?

— Что?

— Мы ведь здесь для этого, верно? Копирование мозга? Она отвлеклась от опутывания его затылка проводами и слащаво улыбнулась.

— А как ты думаешь, чем мы здесь занимаемся, милок?

— Э...

Она подмигнула.

— Мы можем обсудить это позже, хорошо?

«Нет!»

— Отлично...

Он просто хотел, чтобы это случилось, и поскорей унести отсюда ноги. «Просто сделайте меня бессмертным, пожалуйста. И поторопитесь — мне немного не терпится попасть в вечность».

Процедура копирования сопровождалась мятным запахом, и когда она закончилась, единственное, что он помнил, было ощущение, как его голову сплющило между двумя кораблями.

— Лектрическое желе, — кричал продавец. Майк до сих пор чувствовал мелкую рябь, подернувшую хрупкое вещество мозга. Волны ряби были мятными на вкус.

Глава 8

Лига Противников Мяса с мрачным видом восседала за банкетным столом. Было начало третьей смены, и «Коухогс» преимущественно пустовал. Майк прошел мимо столика, едва взглянув на членов Лиги. Люди, полдавианцы, райкеллы, — все угрюмые и сонные, в соответствии с униформой. Заседания длились целыми днями, но, так как «Коухогс» никогда не закрывался и там всегда были свободные столики, никто не жаловался, и полиция Питфола не вмешивалась в это.

Члены Лиги Противников Мяса пили ригелианский кофе, что, насколько Майку было известно, нарушало заповеди Лиги. Было ужасно трудно выяснить, что же этично есть и пить в эти дни.

Когда Майк возвратился к столику, Джесс и Спидбол удобно расположились в своих креслах со скрещенными на груди руками. На Джессе не было шапочки его мясного спонсора.

Лек Крувен смеялся, утирал глаза, хихикал, ухмылялся, проливал колу и снова смеялся.

— И это еще не все. Это потрясающе. Лечу я как-то во время контрольного заезда, и вдруг кто-то обламывает мой детектор края трека.

— Твой что? — спросил Майк.

— Мою тактическую антенну, — пояснил Лек. — Сносит напрочь.

— Я не понимаю, — вмешался Джесс. — Ты хочешь сказать, что чей-то корабль пролетел мимо так близко, что... Лек засмеялся.

— Нет, кто-то был снаружи. Кто-то летал по треку. Без корабля. Просто человек, летающий по треку.

Майк прочистил горло, но ничего не сказал. Забудь об этом. Кто-кто, а он не собирался ничего ему выкладывать.

— Кто-то на треке, — уточнил Спидбол. — Летал себе без всякого корабля. Лек засмеялся.

— Мне кажется даже, что их было двое.

— Двое, — Джесс подмигнул Майку.

Лек рассмеялся и утер слезы с лица.

— И это еще не все. Помните того оператора домовидения, что подал на меня иск за халатность? Он не потянет. Хочет пятнадцать тысяч межзвездных йен. — Лек хихикнул. — Подумать только! У парня комбинезон протекает, а он обвиняет меня в том, что я поджег ангар техобслуживания. Майк слабо улыбнулся. Лека даже не было в лиге, когда это случилось.

— Прикол в том, что Майк спас этому идиоту жизнь. — Лек снова засмеялся, будто ему трудно было сдерживаться. Майку показалось, что светлые волосы Лека сильно поредели за то время, что они не виделись. — Да, братец. — Лек потянулся за своей колой.

— Неудачка вышла, — согласился Спидбол. Лек опять взорвался смехом, по случайности хлебнув колы носом. Подавился, закашлялся, засмеялся, задохся и грохнулся о стол. Все как один члены Лиги Противников Мяса подняли глаза.

— Ой, это здорово. Просто кайф. — Лек набрал в грудь воздух. — Жизнь во всем ее великолепии, — ухмыльнулся он. — Так, ребята?

— Очень может быть, — отозвался Майк.

Лек кивнул, раскрутил свой стакан на донышке, легонько толкнул его, подхватил и раскрутил снова, вращая все быстрее и быстрее. Кола внутри поднялась по стенкам стакана и грациозно выплеснулась в поле с малой гравитацией.

— Как продвигается дело с Фрэнком Джеймсом? — поинтересовался Джесс.

Лек издал резкий смешок. Кола пролилась из стакана, когда тот, вращаясь, соскользнул со стола. Лек перехватил его в воздухе, не дав упасть на ковер.

— Фрэнк Л. Джеймс, — отчетливо произнес он, выпрямляясь. — Это первый, кто вложил в меня деньги, тебе известно об этом? Самый первый. Я набрал собственную команду на его деньги. Я, Боб Хэнд и корабль класса А, из которого вытекало больше плазмы, чем из сверхновой.

— Боб Хэнд? — спросил Майк. — Как давно это...

— Он уже умер.

— Пленки?

— Не остались. Он не мог их себе позволить. Он умер — совсем умер.

Майк содрогнулся, припомнив время, проведенное им на треснувшем пластмассовом сиденье.

— На трек я попал с помощью Синдиката Джеймса, — продолжил Лек, — а теперь... они вроде как выходят из игры.

— Они не единственные, у кого водятся деньги, Лек, — напомнил Спидбол.

— Нет, конечно, нет.

Лек уставился на свой липкий стакан. В «Коухогсе» стало очень тихо.

Майк наблюдал за медленным скольжением кубика льда по холодной лужице.

После того как Лек ушел, Спидбол прокомментировал:

— Счастливый парень. Джесс хмыкнул.

— Все не так плохо, — высказался Майк. — Просто ему нужно, чтобы вокруг снова что-то происходило.

— Что говорит Таила? — спросил Джесс.

— Она слишком остро переживает, — ответил Майк. — Я думаю, она чувствует себя виноватой из-за того, что старается заиметь собственный корабль.

— Все значительно хуже, Майк, — сказал Спидбол.

— Верно, — вставил Джесс. — Значительно хуже.

— Нет! — быстро возразил Майк.

— Он колется.

— Я не верю этому.

— Майк, он на игле, — настаивал Джесс. — Ну как он мог не узнать тебя с Марджи на треке Монза.

— Он был занят.

— О, черт, — не утерпел Джесс. — Все на Питфоле уже слышали эту историю.

— Я не знаю...

— А как насчет его глаз? — спросил Спидбол. — Ты заметил размер его зрачков?

— Что с ними?

— Зрачки размером с булавочную головку. Сверхчувствительность к слабой освещенности.

— Я не верю этому. Джесс засмеялся.

— Держу пари, он смог бы прочитать газету внутри топливного бака.

— Это побочный эффект ускорения реакции, — сказал Спидбол. — Разве ты не видел, как он крутил стакан? Как поймал его, прежде чем тот упал на пол?

— Я тоже мог бы поймать его, — не сдавался Майк. — Только он слишком долго ждал, чтобы начать движение.

— В этом все дело, Майк, — сказал Спидбол. — У Лека было время среагировать, но у него подавлена способность оценивать ситуацию. Майк покачал головой.

— После долгого употребления действие хайпа притупляется, — внес разъяснения Джесс, — Но тебе кажется, что все идет замечательно, — продолжил Спидбол.

— Дозы увеличиваются, давление на мозг усиливается.

Майк все еще не мог поверить.

— Что я скажу Тайле?

— Я думаю, что она уже знает, Майк, — отозвался Джесс.

— У него есть пленки? — спросил Спидбол.

— Нет, не думаю.

— Совсем плохо, — констатировал Джесс.

— Ты хочешь сказать — слишком поздно для него? Джесс пожал плечами.

— А чего ты ожидаешь? — спросил Спидбол. — Он же человек.