Гонки по паутине - Уайлд Томас - Страница 26

Марио Андретти и Ричард Петти. По всей видимости, искусственные конструкции.

Майк продолжал глазеть по сторонам. Загибающийся пол внутри огромного глобуса казался везде одинаково плоским — благодаря пресловутым гравитационным полям музея. Над ним, в пустом центре сферы, плавали знаменитые гоночные корабли.

Рассматривая один из подновленных богатырей-ветеранов, Майк заметил, что если «прищуриться», то можно различить место, где новая краска легла поверх названия корабля.

— Смотри, — показал он. Скарфейс вскарабкался Майку на руку и покосился на его ладонь. — Не туда. — Клаат'кс ухнул, проверяя остроту своих зубок на его вытянутом пальце.

— Попробуй вести себя прилично, Майк. Мне стыдно за тебя, возмутился Спидбол.

— Извини. Пожалуйста, извини.

Спидбол ненадолго остановился рядом с моделью «Юниор Джонсон», чтобы сфотографироваться под копией «Относительности», своего бывшего корабля, разбившегося, как оказалось, не во время гонок, а во время испытаний на спидвее. Майк заметил, что Спидбол не распространялся по поводу сомнительной романтики смерти гонщика на трассе. Все время, болтал ли он, подшучивал ли или постукивал титановыми пальцами по бокалу с шампанским, вместо того чтобы выпить, — все сенсоры Спидбола были направлены на древний инопланетный корабль для подпространственных перемещений под названием «Паук».

— Вот наша цель, — сказал он, транслируя образ Майку.

— Он что, летает?

— Разумеется, летает. Раз в четыре или пять лет его вытаскивают для показательных полетов. Наверняка к Трехсотлетию его немного подмазали.

Майк стал разглядывать корабль. Сегодня безобразный блошиный корпус «Паука» был покрыт свежим слоем ярко-желтой краски. Массивный округлый остов венчала шишковидная голова, и к земле свисало с полдюжины хрупких ножек, сгибаясь в сочленениях.

— Довольно дряхлая конструкция.

— А чего ты ожидал? — спросил Спидбол. — Это музейный экспонат.

Инопланетный аппарат использовался для создания зачатков того, что впоследствии стало треками спидвея, а позднее его загадочные двигатели были скопированы, чтобы послужить основой для передвижения всех чистильщиков, лидер-кораблей и спасательных судов системы. Никто по-настоящему не знал, как он устроен, и еще меньше — как он попал сюда. Ходили слухи, что корабль обращался по соседству задолго до того, как Консорциум занялся подготовкой треков и строительством Питфола.

Несуразной конструкции было сотни, а может, и тысячи лет. Но это был единственный в городе аппарат для подпространственных полетов, не находящийся в настоящий момент под вооруженной охраной.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — вздохнул Майк.

Он наблюдал, как Спидбол прислонился к стене рядом с распределительным щитом у выхода из музея. Когда все перестали обращать на него внимание, механический человек как бы ненароком воткнул палец в интерфейс. Тут же взвыл сигнал тревоги, и посетители, неприспособленные к обитанию в вакууме, кинулись к огромным шлюзовым люкам музея. Спидбол непринужденно отошел от стены.

Майк стоял и лишь наблюдал, испытывая смутное беспокойство от мысли, что происходящее, казалось, не волновало его. Они собирались украсть подпространственный корабль астрономической стоимости, так почему же он не ощущал... Озабоченности... или вины... хотя бы чего-нибудь? Неужели Спидбол подкорректировал кое-что в цепях, отвечающих за его нравственность?

Музей пустел довольно быстро, а механический человек в это время прогуливался под ручку с Майком, высматривая, что находилось у «Паука» под брюхом.

— Майк, покопайся в своих информкристаллах.

— Снизу посередине есть люк, — подсказал Майк, беспомощно пособничая в отведенной ему роли эксперта по чистильщикам. — В промежутке между соединением опор, видишь?

— Да.

— Мы в самом деле идем на это?

— Еще бы.

— О'кей.

«Да, покопался он в моих мозгах...» думал Майк. Оставалось только вывести аппарат из музея. Давление воздуха в помещении стремительно падало, ослабляя вой сигнальной сирены. Свет продолжал предупредительно мигать, хотя любой, не понявший до сих пор, в чем дело, уже, вероятно, не имел в нем надобности.

Скарфейс как сумасшедший выпорхнул из угла музея, взбивая кожистыми крыльями разреженный воздух. Клаат'ксы — удивительно выносливые маленькие гибриды — могли выживать в вакууме долгое время. Но махать крыльями в безвоздушном пространстве было, мягко выражаясь, невозможно.

Спидбол подхватил летучего ящера и подбросил его вверх, к «Пауку». Потом сам согнул колени и подпрыгнул, хватаясь за одну из полдюжины веретенообразных опор. Та качнулась под тяжестью его тела.

— Забирайся сюда!

Майк обвел взглядом остатки паникующей толпы, пожал плечами (точнее, его жест более всего соответствовал именно этим словам) и подпрыгнул. И, естественно, врезался головой в корпус «Паука». Спидбол поймал его прежде, чем он успел отскочить. К счастью, гравитационное поле в этой части музея было равно нулю.

— Весьма грациозно, Майк.

— Помолчи-ка!

Спидбол раскачался и ухватился рукой за поручень. Скарфейс, хотя и не обладал опытом эксперта по чистильщикам, уже разобрался, как открыть люк. Спидбол заглянул внутрь, затем жестом показал клаат'ксу забраться туда. Скарфейс ожесточенно моргал — слизистая оболочка его глаз высохла, — и от этого он, казалось, горел нетерпением. Ящер взлетел вверх.

— Ты следующий, — сказал Спидбол. — Поторопись!

Майк забрался в длинный и узкий шлюзовой проход. На некотором расстоянии друг от друга располагались закрытые люки, ведущие внутрь корабля, — лазы для ремонтников, без сомнения. У вершины темной колонны он наткнулся на Скарфейса, затем что-то врезалось Майку в пятки.

— Я закрываю люк, — предупредил Спидбол.

Скарфейс распахнул внутренний люк и забрался в кабину. Майк полез следом, Спидбол по-прежнему нетерпеливо толкал его в пятки.

— Эй, полегче!

Спидбол захлопнул и задраил внутренний люк. Свет в кабине был довольно тусклым, но Майк обнаружил способ расширить диапазон видения. Помещение было на удивление просторным, даже побольше, чем его комната на Питфоле. Майк проплыл над полукруглым стендом, усеянным приборами таинственного назначения.

— Давай сюда, Майк! — крикнул Спидбол. Они вместе со Скарфейсом уже срывали пластиковую крышку с главной консоли. С большой осторожностью Спидбол подключился в основное отверстие доступа. Майк перелетел через привинченные прямо напротив консоли кресла, дизайн которых был выполнен под человека.

— Нравится?

— Чувствую себя новогодней елкой с зажженными гирляндами.

Прямо над оригинальными рычагами управления была закреплена дополнительная панель. Сотни лет эта машина обслуживала треки: сначала как лидер-корабль, затем как спасательный шлюп и, наконец, как запасной чистильщик. Панель управления будто склепали на скорую руку когда-то очень давно, и после частых ремонтов она буквально разваливалась на части. Спидбол повернулся к Майку.

— Давай, подсоединяйся сюда.

Майк посмотрел на кончик своего пальца, запачканный медленно сочившейся едкой смазкой.

— Давай, Майк! Мне нужна твоя помощь. Майк неохотно вставил палец в панель.

— Оно щиплется... — Какофония данных прожужжала в голове осиным роем. — Я не понимаю, что я делаю.

— Ты лучше просто думай вот о чем, — предложил Спидбол. — Ты ведь эксперт по чистильщикам, помнишь?

— Да, верно.

Майк погрузился в массив информации и попробовал выловить из общего потока нужные ему сведения. С какой-то информацией он был знаком, другая требовала дополнительного изучения, а прочая — и таковая преобладала — была инопланетной абракадаброй, не поддающейся расшифровке.

— Справляешься?

— Как и с ощущениями — такой же кавардак, — отозвался Майк. — Но я нашел кислородные цепи — и баки в нем почти полные. На панели высветились кнопки, обозначая нужную последовательность их активизации. Майк не мог определить, светились ли указатели кнопок на самом деле или они выделялись свечением из информационного потока. Как бы то ни было, он в настоящий момент внимал лекции по управлению чистильщиком. Майк запустил кислородные насосы, комментируя: