Великое Предательство:Казачество во Второй мировой войне - Науменко Вячеслав Григорьевич - Страница 132

До образования отрядов Тито, он боролся с немцами, а когда появились титовские партизаны, вошел в сношение с немцами и, не помогая им, начал борьбу с коммунистами. Приказом короля Петра, находящегося со своим правительством в Лондоне, Д. Михайлович был произведен в генералы и назначен военным министром. Ему помогали и союзники, и, частично, немцы (в т. ч. через Русский Охранный Корпус. — П. С). На горные базы, где скрывались четники, англичанами сбрасывалось оружие и снаряжение, к ним были назначены представители английского правительства для связи, регулярно передававшие свои сообщения правительству Черчилля.

В течение военных лет Михайлович спас от плена около 500 пилотов союзников, сбитых немцами и скрывающихся в горах.

В самом конце войны англичане вдруг прервали всякую связь с генералом Михайловичем и стали фаворизировать Тито, не пользовававшегося никакой поддержкой у народа, мечтавшего о плебисците и возвращении короля!

В самом конце войны, оставшиеся без поддержки патриоты-четники генерала Михайловича, вынуждены были отступить в Австрию, где и остановились со всеми следующими за ними беженцами, едва перейдя границу, в окрестностях города Клагенфурта. Там же собрались и части других отступавших добровольческих отрядов, включая Русский Корпус.

Попав в зону английской оккупации, эти считающие себя союзниками англичан, а также считающие себя, как и прежде, находящимися под их покровительством сторонники генерала Михайловича, были вполне спокойны.

Когда к ним явился представитель английских оккупационных властей в Австрии, сообщивший им, что все они будут перевезены в Италию, где их ожидает прилетевший туда со своим правительством король Петр, уже начавший формировать армию для отправки в Югославию и свержения там Тито, радости их не было конца!

Сообщение англичан было принято с восторгом в раскинувшемся на альпийском лугу лагере этих крепко сплоченных сторонников короля, у которых после краткой благодарственной молитвы и парада началось всеобщее ликование и празднование грядущей «победы» с музыкой и танцами, затянувшимися за полночь!

В поданных на другой день грузовиках, наперебой занимались места в стремлении первыми попасть к «ожидающему их в Италии» королю! Грузовики отходили под бодрые песни, крики «Живео Краль Пэтар!» (Да здравствует король Петр!), с развевающимися над ними флагами и плакатами! Через короткое время эти грузовики, незаметно перерезав австрийскую границу, подвозили ликующих людей к месту, где они попадали в окружение партизан Тито, тут же косивших их из автоматов и сбрасывающих живых и мертвых в глубокие провалы окружающих гор. Однако англичан это не останавливало, и они продолжали подвозить титовцам все новые жертвы, вместе с примкнувшими к ним при отступлении беженцами. Вся выдача происходила гладко и без затруднений, имевших место при выдачи казаков и горцев из Лиенца!

… Назначенная в конце 80-х годов международная комиссия для расследования этого ужасного преступления установила неопровержимый факт уничтожения титовскими партизанами многих тысяч выдаваемых им англичанами на расправу своих бывших союзников, обнаружив огромное количество сброшенных почти 50 лет назад в глубокие пропасти уже истлевших скелетов. Затем в 1991 году на месте преступления оператором Р. Джурджичем был снят документальный фильм «Яма», поразивший весь мир и вызвавший всеобщее возмущение.

(Коммунистическим режимом Тито после окончания войны и захвата власти в стране было уничтожено около 250 тысяч сербских патриотов. См. Карапанджич Б. М. Кровавая югославская весна 1945 г. Кливленд, 1976. — Я. С.)

Говорят, что король Петр, после воцарения Тито, предложил Михайловичу перелететь в Англию, но генерал ответил, что тогда теряется смысл его жизни — борьбы за Родину.

После всего происшедшего, при молчаливом согласии англичан, имеющих решающее влияние на Тито после поднесенной ему Черчиллем в подарок Югославии, титовские парашютисты, напустив усыпляющий газ на недоступный район, в котором укрывался генерал Михайлович со своими сторонниками, захватили его в плен и доставили в Белград. Американцы пробовали вмешаться в это дело, но получили резкий ответ Тито, что Дража изменник родины и, как таковой, будет судим. Англичане умыли руки, предоставив Михайловича самому себе. После показательного суда и, невзирая на сочувствие большинства населения Сербии, 16 июля 1946 года генерал был расстрелян (по свидетельским показаниям заключенных коммунистами, Дражу Михайловича не расстреляли, как было официально объявлено, а забили насмерть палками. Замучили его, избивая ежедневно, — отбили ему почки, отрезали уши, били и отливали водой, чтобы опять бить. Когда его добивали, он был уже слепой. Самого его истязателя, после смерти Михайловича, Тито распорядился убить, чтобы не оставалось свидетеля, могущего его скомпрометировать). Так англичане отблагодарили своего союзника в борьбе с немцами!

Н. В. Назаренко-Науменко

В Ливийском лагере в ноябре 1945 года

Это сообщение, полученное от казака Висенко из Лиенца (от 17 ноября 1945 года), атаман Науменко заносит в дневник 12 февраля 1946 года, находясь в лагере Мемминген (Бавария).

Здесь, в лагере, со мною 168 казаков, из них наших старых эмигрантов 103, остальные советские, которые резко делятся на две группы: или очень светлые, цельные натуры, сильные духом, или распущенные, расхлябанные типы с ярко выраженным советским воспитанием. Человек около 700 живет в окрестностях города, куда они ушли во время июньской катастрофы. До них моментально дошел слух, что я получил от Вас письмо, и они маленькими группами спускались с гор, желая лично убедиться, что это правда, ибо здесь распускаются часто самые невероятные слухи и люди изверились.

Я всем им показывал Вашу фотографию, которую Вы мне прислали (сердечно благодарю Вас за нее), и всем передавал от Вас привет, говоря: «Атаман просит меня передать, чтобы вы не падали духом и были настоящими казаками, живите честно и знайте, что он о Вас не забывает и сделает все, что возможно, чтобы создать Вам лучшую жизнь, но нужно терпеливо ждать весны». Если бы Вы видели, как моментально преображались эти худые, изнуренные, с печатью глубокого страдания, лица. Как теплым огоньком загорались их глаза и со слезами в них… они прощались, просили Вас приветствовать и, ободренные, уходили к себе в горы, где их ждали семьи, расположенные в наскоро сделанных землянках по ущелью и лесам диких Альп.

Кроме этих, есть еще около семи-восьми тысяч казаков, расположенных в Синане, Лиенце, Шпитале, Виллахе, Клагенфурте и Бруке. Часть их живет по деревням и городам, и находится на работах, а часть сидит по лагерям. От них тоже часто приезжают ко мне, по три-пять человек, узнать, что есть нового. Сейчас со всеми ними я наладил связь и стараюсь [ее] поддерживать.

Относительно архива (Кубанского Войска. — П. С.) удалось установить следующее. Архив (весь или часть) был послан Вами генералу Соламахину (по его просьбе. — П. С.) в Толмеццо, где он занимал пост начальника юнкерского училища. Атаман Доманов послал полковника Лукьяненко забрать его. Тогда, генерал Соламахин отобрал самую ценную часть его, а остальное отдал посланному. Куда этот архив делся, — не знаю. Ценную же часть архива генерал Соламахин передал на хранение некоему Чуйко, который и держал ее у себя до июньской катастрофы, во время которой он вынужден был сдать ее (на хранение, как он говорит) английскому майору Дэвису. Мне удалось лично познакомиться с майором. Впечатление он произвел на меня обыкновенное, — как и все англичане. В данное время майор Дэвис перемещен за 60 километров отсюда, и где эта часть архива мне установить не удалось.

Выдача из Дании. Бой казаков на станции в Венгрии

Из дневника В. Г. Науменко, июнь 1949 года. Иммиграционный лагерь в Баварии, Западная Германия.

<…> Вчера я имел разговор с одним нашим русским, который живет сейчас со мной в комнате. Он рассказал следующее.